Нуменорские колонии: анализ и реконструкция. Нуменор и Средиземье во Вторую Эпоху

Авторы: Алмондо, Имрахиль
Дата публикации: 18.02.2021

Общий обзор нуменорской колонизации

1)Проблемы изучения нуменорских колоний

Колонизация нуменорцами Средиземья – сюжет, без понимания которого позднейшая история Средиземья как бы лишена истоков, ну а история Второй Эпохи видится крайне неполной. Между тем, серьезного изучения данной темы, выходящего за рамки перечисления известных фактов, кажется, ещё не производилось. Виной этому, видимо, служит фиксация исследователей на чисто филологическом подходе, который отводит системной реконструкции, да и просто интуитивному домысливанию, место среди фанфиков. Плодом сей «благородной» позиции в итоге становится отказ от обсуждения методов построения объяснительных моделей процессов истории Средиземья, да, в общем, и их содержания. А значит, в итоге усилиями пуристов фиксируется господство фэндомных мифов, сильно упрощающих картину, которая может быть выведена из текстов, попробуй мы их анализировать системно, но не по филологическому шаблону.

Данной работой мы предлагаем заполнить зияющую дыру в исследовании нуменорской колонизации.

Во избежание непонимания читателей отметим, что процесс нуменорской колонизации следует отделять от присущего нуменорцам стремления участвовать в жизни прибрежных народов через торговлю, миссионерство, а в поздние времена – и куда менее благую деятельность. Что мы будем исследовать, так это распространение нуменорской власти на земли и народы Средиземья с последующим оформлением этой власти через определенный порядок, что, в сущности, и есть колонизация. Напомним, что дальние экспедиции дунэдайн, как нам известно, имели место и в Третью Эпоху, однако они не приводили к распространению форм властного и культурного господства последних на дальние земли. Соответственно, сам факт путешествия еще не означает колонизации.

Наша работа будет состоять из общего обзора истории нуменорских колоний, как мы её реконструировали: подробности метода реконструкции, в корне отличного от филологического подхода, изложены во введении, если читатель его, по какой-то причине, пропустил. Во второй и третьей главах отдельное внимание будет уделено политико-экономическому строю Умбара и Гондора, а также предполагаемым обстоятельствам вырождения нуменорских порядков к концу Второй Эпохи и образования Королевства Элендиля. В этом разделе, ориентированном на общий обзор истории нуменорских колоний, мы будем отвечать на следующие вопросы:

1.     Как нуменорцы стали основывать колонии? Сразу или постепенно они пришли к этой идее? Можно ли выделить несколько этапов нуменорской колонизации?

2.     Как различались между собой колонии Гондора и Умбара? Как нуменорские колонии управлялись и как воспринимались в различные временные периоды от Алдариона до Ар-Фаразона?

3.     Каков мог быть ареал распространения нуменорских колоний? Почему из всех предполагаемых колоний Нуменора до Третьей Эпохи дожили лишь Гондор и Умбар?

Напомним, что хотя текст, для удобства, написан как историческое повествование, в основе своей он – реконструкция, в силу чего дословно известные факты идут в нем об руку с предположениями – последние, однако, всегда выделяются оборотами, типа «предположительно» или «вероятно».

2) История первого этапа нуменорской колонизации

Из текстов, касающихся Второй Эпохи, мы знаем, что нуменорцы установили контакт с жителями Средиземья еще на заре своей истории (600 В.Э). Тем не менее, они не селились на Затемненных Землях в течение следующих 1000 лет за одним исключением- территории Южного Эриадора, где  в 800 В.Э. в устье реки Гватло принцем Алдарионом и Гильдией Морестранников была основана гавань Виньялондэ (Лонд-Даэр). Сразу отметим, что Виньялондэ, таким образом, был создан как поселение Гильдии, а не как королевская колония. Последнее не удивительно, ведь причина основания Виньялондэ лежала в потребности Гильдии в экспорте древесины, нужной для кораблестроении. Выбор же нуменорцами именно Южного Эриадора был, скорее всего,  связан не только с наличием густых лесов, но и с соседством с королевствами эльфов, чья формальная гегемония (но не реальная власть) могла распространяться и на Южный Эриадор. Действительно, судя по текстам, дальнейшее продвижение нуменорцев, знаменуемое воздвижением крепостей вдоль Гватло, отнюдь не сопровождалось установлением на этих землях власти Нуменора с принятием местного населения в подданство. Отсутствие четких правил, регламентировавших отношения нуменорцев с местными жителями, в конце концов вылилось в жесткий конфликт между ними. Когда вторжение Саурона в Эриадор (1693-1701 В.Э.) нанесло лесам невосполнимый ущерб и уничтожило торговлю с Морией и Эрегионом, нуменорцы покинули Южный Эриадор, со временем оставив и свой форпост Виньялондэ. Первый этап нуменорской колонизации, таким образом, характеризовался преимущественно сырьевой ориентацией, не сопровождаясь приобретением территорий и основанием городов. Более того, на раннем этапе своей истории нуменорцы, видимо, вообще не представляли для себя возможным селиться вне самого Нуменора, как и выносить за его пределы полномочия королевской власти.

3)Начало второго этапа колонизации нуменорцами Средиземья

Тем удивительнее, что уже спустя 100 лет (1800 В.Э.) источники констатируют резкую смену приоритетов, связанную с "началом установления власти Нуменора над побережьями". Кроме того, годы правления Тар-Кириатана (1869-2035 В.Э.) именуются в них временем завершившегося обложения данью младших народов, хотя, из тех же источников мы видим, что строительство городов начинается куда позже. Так, укрепление гавани Умбара датируется лишь 2280 В.Э., а основание Пеларгира - 2350 В.Э. Более того, конечный масштаб и причины второго этапа нуменорской  колонизации источники не комментируют, ограничиваясь лишь ретроспективным намеком на возраставшую заинтересованность королей в сокровищах Средиземья. Что же послужило толчком для колонизации, и каковы были ее изначальные формы, выяснить, на первый взгляд, не представляется возможным.

Между тем, восстановить цепь событий можно, взглянув на общую хронологию Второй Эпохи. Из ее анализа следует, что событием, давшим толчок второму этапу нуменорской колонизации, будет логично считать участие флота Тар-Министира в отражении агрессии Саурона в качестве союзника Гиль-Галада (1700 В.Э). Действительно, именно после этой экспедиции происходит переориентация политики Нуменора в Средиземье, и в течение следующего столетия осуществляется то самое малопонятное для нас "установление власти Нуменора над побережьями". И здесь нам представляется возможным вспомнить, что еще Тар-Алдарион установил активные отношения с жителями земель Умбара, а в Гондоре располагались эльфийские гавани - естественная точка притяжения для нуменорских мореходов. Учитывая географическое расположение будущих нуменорских колоний, известное из текстов, можно предположить, что их появление на землях залива Бэлфалас не было случайным.

Действительно, помимо уже имевшейся истории контактов, для нуменорцев могло представлять значимость соседство данных земель с Мордором. Как мы считаем, нуменорцы должны были понимать, что без наличия сдерживающих факторов, экспансия Мордора на дальние земли создала бы непобедимую армию, враждебную эльфам и их союзникам. Более того, сам Мордор при этом всегда бы был вне досигаемости противника, а дружественные нуменорцами народы побережья - наоборот, были первыми в очереди на порабощение Тьме. Чтобы не допустить такого сценария, уже столкнувшиеся с Сауроном нуменорцы, как мы считаем, в районе 1800 В.Э. предприняли ряд вылазок на побережье, приведших, в итоге, к установлению их представительства в Умбаре, Гондоре и долине Харнен, а также к вассальному подчинению местных народов власти своих защитников.

Хотя данные события не упоминаются в текстах, примерно с 1800 В.Э. Саурон берется за укрепление Мордора и больше не расширяет владения ни на юг, ни на запад. Более того, около этого времени Саурон начинает раздачу Колец людям, видимо, стремясь создать прочную коалицию из ранее разъединенных и порабощенных страху народов Тьмы. Причиной этому, как мы предположили ранее, стало то, на территории, еще недавно обреченные подпасть под власть Мордора, теперь распространилось нуменорское влияние, а сами Врата Мордора вдруг оказались на расстоянии марша от гаваней, куда теперь стали водить свой флот дунэдайн. Таким образом, превращение людей Тьмы в союз, скрепленный магией Колец, было подстегнуто, по нашему мнению, зеркальными действиями нуменорцев, что брали под свою опеку народы, готовые выйти из под влияния Мордора.

Атаковать же Мордор напрямую нуменорцы, скорее всего, не могли и не желали: во-первых, в силу огромных потерь, что породила бы эта попытка, а во-вторых, в силу еще недостаточно развитой инфраструктуры новых земель, не позволявшей переместить в них достаточно крупное войско. Более того, на этом этапе для большинства нуменорцев, как кажется, была неприемлима сама идея полномасштабной войны в далеком и не предназначенном им Средиземье, начатой по собственной инициативе.

4) Последовательность утверждения власти Нуменора в Средиземья

Таким образом, как по военно-стратегическим причинам, так и в силу еще живых убеждений, что Нуменор- единственное место, где суждено жить дунэдайн,- для перехода к прямой колонизации земель Умбара и Гондора нуменорцам потребовалось около 500 лет, логично опущенных летописью.

За это время подход нуменорцев к колонизации, по нашей версии, претерпевает следующую эволюцию:

·        На первом этапе на место прямого присутствия крупного контингента нуменорцев приходит опора на племена-союзники, спаянные вассальными обязательствами по образцу, известному нуменорцам из истории Первой Эпохи на примере отношений нолдор и трех домов эдайн;

·        Далее, при Тар-Кирьятане, введшим налогооблажение в Средиземье, вассальные племена, как кажется, вводятся под власть короля и действие его закона. Нуменорцы же, получив возможность активизировать строительство фортов за счет введенных для местного населения податей, берутся за освоение торговых путей, стремясь проникнуть далее на Восток. "Акаллабет" свидетельствует, что в ходе торговли нуменорцы приобретали богатства, сделавшие колонизацию не столько необходимой, сколько заманчивой;

·        Наконец, со сменой настроений в самом Нуменоре, начавшим смотреть на Средиземье как на подвластные земли, дающие богатство и авторитет правящему классу, стартует финальный этап утверждения нуменорцев на Побережье, связанный с основанием мощных гаваней-крепостей, дававших защиту от некой серьезной угрозы. Угроза, как можно догадаться, вновь исходила из Мордора: 2251 В.Э. Хрониками датируется первое появление назгул, скорее всего- во главе новых армий Мордора. Посднее обстоятельство, видимо, и заморозило дальнейшую экспансию Нуменора в этой области вплоть до времен Ар-Фаразона.

5)Текстологические подтверждения локализации нуменорских колоний на побережье залива Бэлфалас

Таким образом, согласно нашим предположениям, противостояние Саурону и его растущим амбициям являлось главным мотивом второго этапа нуменорской колонизации. Сами же колонии при этом, как мы предполагаем, по крайней мере до середины второго тысячелетия В.Э. в основном сосредотачивались в районе залива Бэлфалас - ключевом, со стратегическом точки зрения. В подтверждение последнего тезиса мы можем сослаться на те отрывки «Анналов Королей и Правителей» и «Акаллабет», где дано описание войны Саурона с Нуменором в правление Тар-Палантира и Ар-Фаразона 1000 лет спустя (3250 В.Э.):

«Теперь он (Саурон) узнал,  что  мощь  и  великолепие королей  Нуменора  возросли,  и  возненавидел их еще больше. Он опасался, как бы они не вторглись на его земли и не отобрали  у него  господство  над  Востоком.  Но  долгое  время  не решался бросить  вызов  Повелителям  Моря  и  отвел  свои   войска   из прибрежных районов».

А также:

«Как-то раз, сидя на золотом троне  в  столице  Арменелоса, Ар-Фаразон  мрачно  размышлял о войне, потому что Саурон двинул свои войска, как только Ар-Фаразон  покинул  Средиземье. Он осадил  города  на  побережье  и  принял  титул короля людей, и объявил своей целью разбить нуменорцев и разрушить Нуменор».

При чтении данных отрывков бросается в глаза, что речь идет все о тех же прибрежных землях в зоне досягаемости Мордора, и что ситуация в них все еще самая напряженная – не сколько продвижение, столько сохранение нуменорской власти на этом направлении требовало, как можно предположить, большого количества времени и ресурсов.

Причины данной ситуации можно легко узреть в иной цитате из «Акаллабет», показывающей, что Саурон стремился ограничить власть нуменорцев любой ценой:

«Уже в дни Тар-Минастира (Саурон) укрепился в Мордоре и начал войну за господство над Средиземьем. Он ненавидел нуменорцев и не забыл ту помощь, которую Тар-Минастир оказал Гиль-Галаду, когда было выковано Кольцо и в Эриадоре шла война между Сауроном и эльфами».

Таким образом, ограниченный и трудоемкий характер нуменорской колонизации в районе залива Бэлфалас, немало завязанный на сражении за лояльность коренных народов, можно считать текстологически подтвержденным - конечно, не абсолютно, на достаточном уровне относительно в основном хранящих тишину первоисточников.

6)Влияние колонизации на политический строй и стратегические мотивы Нуменора

Как уже могли отметить осведомленные в теме читатели, представленная модель, объясняя единство второго этапа нуменорской колонизации на военно-стратегических основаниях, вступает в противоречие тем местами первоисточников, что сводят нуменорскую колонизацию к экспансии ради богатства и власти. То, что противоречия здесь нет, можно увидеть, приняв во внимание хронологический зазор между началом нуменорской колонизации и временем, характеризуемым данными источниками. Между тем, этот промежуток насчитывал ряд веков, в которые Нуменор, на наш взгляд, пережил качественные изменения. Во-первых, произошло резкое возвышение королевской власти, чему способствовало, предположительно, формирование ею администрации, ответственной за военную мобилизацию и оборону в связи с колонизацией Средиземья. Во-вторых, в это время, как кажется, в Нуменоре произошло формирование аристократии, полностью зависимой от короля, а также Людей Короля как корпорации, связанной с распределением богатств и земель в Средиземье. Хотя эта реконструкция весьма произвольна, она неплохо объясняет эволюцию внутреннего строя Нуменора в контексте колонизации, и эволюцию колониальной политики в контексте нуменорской политики. Действительно, по мере того, как короли и их окружение все более возвышались над простым народом, могли  расти и амбиции Нуменора в Средиземье касательно освоения новых земель и ресурсных потоков, а также насаждения сословного строя. Более того, подобная смена акцентов должна была в ретроспективе затмить для первоисточников более раннюю историю колонизации, что мы и видим, к примеру, а "Акаллабет", по легенде принадлежащей перу Элендиля.

7)Стратегия колонизации Гондора и Умбара после 2000 В.Э.

Впрочем, не только амбиции нуменорцев и Мордора, но и географические особенности прибрежных земель, на наш взгляд, сильно влияли на стратегию нуменорской колонизации.

Так, неплодородность диких склонов Белых гор и враждебность местного населения, исповедовавшего Темные Культы, явно не дали нуменорцам превратить Гондор в полноценный плацдарм для сдерживания Саурона. В  итоге за основанием колоний в Гондоре стояли весьма конкретные цели:

·        Разведка планов врага и поддержание контактов по Андуину с народами Рованниона и Лориэном;

·        Защита эльфийских владений в Анфаласе от горцев, предположительно вытеснивших местное население в период экспансии Мордора при Тар-Минастире;

·        Прикрытие основных нуменорских владений в Умбаре от войск, что могли выйти из южных врат Мордора, которым, в свою очередь, мог угрожать гарнизон, действовавший из Гондора.

Исходя из этих целей, нуменорцы колонизировали лишь южную часть Гондора и, возможно, нижнее течение Андуина, сосредоточившись более на укреплении гавани Пеларгира, нежели на строительство множества крепостей и поселений. В силу подобной специфики Гондора его в дальнейшем избрали своим оплотом Верные, в то время как Люди Короля игнорировали.

По контрасту с владениями нуменорцев в Гондоре наиболее вероятной реконструкцией освоения куда более обширного Умбара было бы представление о наличии в этой стране плодородных земель, где обитали племена-союзники, позднее перешедшие под власть королей Нуменора. Последнее, на наш взгляд, и следует считать упомянутым в «Хрониках» наложением дани на младшие народы, то есть установлением налогов в пользу колоний. Возможность регулярного обложения налогами свидетельствует в пользу того, что местное население было оседлым, а не кочевым, а также развитым относительно соседних земель. Такое население, скорее всего, могло жить  в долине реки Харнен, образуя примитивную земледельческую культуру. Особая роль данной территории косвенно подтверждается топонимикой карты, которая разделяет Юг на Харандор, Ближний и Дальний Харад ровно по этой долине. Кроме того, именно долина Харнен, будучи плотно населенной,  могла бы служить естественным заслоном от Мордора и харадских кочевников в качестве плацдарма Нуменора. В случае же отсутствия нуменорской поддержки долина Харнен стала бы желанной мишенью для нападения Саурона, а значит союз с нуменорцами был обоюдовыгодным.

Помимо естественных выгод данного союза, свою роль, по-видимому, сыграло и наличие более ранних контактов местного населения с Нуменором, и боязнь повторения им судьбы жителей древнего Гондора, изгнанных или порабощенных горцами в ходе вторжения Саурона на Запад (1693-1701 Т.Э.). В свою очередь, характерное для земледельческих культур естественное неравенство должно было бы способствовать готовности оседлого населения перейти под власть более справедливых законов нуменорцев, вопреки наложенной дани. Последняя, будучи жесткой, как о том повествуют «Анналы», вряд ли касалась богатства, которого на этих землях отнюдь не было. Наоборот, ее жесткость можно связать с необходимостью мобилизовывать местное население на строительство укреплений и поддержание боеготового ополчения. Соответственно, и политика королей Нуменора по раздаче земель в Умбаре пришлым аристократам должна была быть встречена местным населением относительно лояльно, так как последнее облегчало их обязательства перед властями, хотя и ценой личной свободы.

Хотя подобная эволюция, на фоне тяги нуменорцев к богатству, должна была вызвать со временем недовольство местного населения, явленное на стыке Эпох, харадско-нуменорский синтез, в котором харадрим доминировали как этнос, а нуменорцы- как правящая элита, сохранился в Умбаре и до позднейших времен. Вышеперечисленные процессы привели к тому, что в Умбаре, в ходе развития крупного землевладения и закабаливания местного населения, сложилась авторитарная политическая традиция, обеспечивавшая интересы Людей Короля. Такой строй, по мнению Верных, не соответствовал Закону и вел Нуменор к деградации, что способствовало постепенному исходу Верных из Умбара.

8)Гипотеза о торговых истоках богатств Людей Короля

Мы полагаем, что получение служилых и натуральных повинностей с местного населения Умбара стало первой ступенью для возвышения Людей Короля.  Между тем, с информацией, что во Вторую Эпоху нуменорцы вывезли из Средиземья гору сокровищ, приведенная реконструкция, увы, не состыкуется. Действительно, следует принять во внимание, что будь нуменорцы хоть втрое более алчными, взять нечто ценное от малоразвитых народов Средиземья было бы для них трудной задачей.

Между тем, не стоит сбрасывать со счетов и еще один важный, раннее упомянутый нами способ обогащения – торговлю, что изначально могла развиваться под благовидными предлогами разведки и миссионерства, зато потом стать объектом монополизма Людей Короля на направлениях, ведших к богатыми драгоценностями горным цепям и рудникам.

Действительно, многие факты свидетельствуют в пользу этого. Так, из текстов, посвященных Третьей Эпохе, мы знаем, что будучи в известных границах, Гондор эпохи расцвета мог обеспечить себя баснословными драгоценностями. Источник последних мог быть только в Умбаре, либо, что более вероятно, в горных цепях, располагавшихся в зоне досягаемости торговых путей, ведших из Умбара. Однако поскольку в Умбаре, нуменорцы так и не смогли продвинуться далее Побережья, мы можем заключить, что большинство сокровищ так и осталось вне досягаемости их прямой власти. Действительно, Фаразон, в уже упомянутой войне совершавший походы вглубь континента, вернулся из них с сокровищами, раздача которых сделала его королем, из чего следует, что доступа к настоящим сокровищам Затемненных Земель нуменорцы никогда не имели.

Последнее обстоятельство, впрочем, до времени не должно было расстраивать королей Нуменора слишком сильно. Наоборот, поскольку монополия на дальнюю торговлю была прекрасным инструментом сплочения Людей Короля вокруг трона, такое положение вещей способствовало концентрации власти, имевшей место в Нуменоре поздней эпохи. Эволюция колониальной политики Нуменора, таким образом, имеет вполне четкую связь с его внутренним упадком.

9)Географический ареал нуменорских колоний в конце Второй Эпохи

Как же должны были измениться границы нуменорских колоний исходя из изменившихся мотивов нуменорцев?  Имеющей широкое хождение является версия о том, что к концу Второй Эпохи нуменорцы  выстроили в Средиземье бескрайнюю империю, охватившую несколько континентов. Как мы показывали ранее, для раннего этапа нуменорской колонизации эта версия едва ли близка к истине. Более того, если сведения о богатствах тексты преимущественно связывают с данью и относят уже к ранней эпохе, то получается, что речь в них идет об Умбаре и примыкающих к нему прибрежных территориях. Между тем, нельзя  отрицать, что на позднем этапе существования Нуменора приоритеты колонизаторов могли измениться, и новые колонии могли быть выстроены в неких иных частях Средиземья, а не на северо-востоке. Единственная загвоздка – ни о каких поселениях и государствах нуменорцев за пределами залива Бэлфалас мы сведений не имеем, хотя до начала упадка Гондора ареал морских экспедиций дунэдайн охватывал и самые дальние земли.

Рассмотрим теперь по порядку аргументы за и против существования дальних колоний нуменорцев в конце Второй Эпохи.

Начнем с того, что проблема доступа к дальним сокровищам Харада нуменорцами так никогда и не была решена: лишь при Тар-Палантире (3177 - 2255 В.Э.) потоки сокровищ, захваченные континентальными экспедициями, смогли наводнить метрополию, и их масштаб был так велик, что стал существенным подспорьем к захвату Ар-Фаразоном королевского трона. Из этого факта можно сделать выводы разной степени критичности относительно ширины географического ареала поздних нуменорских колоний, но ни один из них не будет давать намека на существование сверх-империи.

Далее, зная, что в силу экваториального климата и цепи гор, отделявших побережье от континента, осваивать земли к югу от Умбара нуменорцам было бы неудобно, можно предположить, что в экваториальных широтах нуменорцы ограничились возведением форпостов, граничивших с приисками, но не создавали колонии. То же самое можно сказать и о землях по другую сторону Харадской пустыни, предположительно омываемых океаном: если, как мы считаем, нуменорские колонии отрезали Мордору путь экспансии на юг, то в этих, восточных, землях, империя Саурона должна была процветать. Создать в этих землях колонии нуменорцы не могли. Наоборот, земли на дальнем востоке и юге Средиземья могли быть вполне интересны нуменорцам как объект колонизации, однако их географическая удаленность от метрополии, очевидно,  накладывала ограничения.

Наконец, существенный аргумент, проясняющий положение дальних нуменорских колоний, можно найти, зная, что их основанием, скорее всего, занимались Люди Короля- корпорация, зависимая от своего властелина и аристократии Умбара. Интересы последних же совпадали в плане стремления не допустить неконтролируемого возвышения новых родов и корпораций, обязанных всем далеким и независимым дальним колониям. Вероятность таких приоритетов аристократии, в свою очередь, косвенно подтверждает наш изначальный тезис – несметных сокровищ в дальних прибрежных землях разведчики Нуменора не обнаружили. Что более вероятно, обнаружив прииски, нуменорцы создавали там единичные форпосты, подчинявшиеся как напрямую короне, так и корпорациям, подобно Виньялондэ двумя тысячелетиями ранее.

Озвученная гипотеза дает логичный ответ на проблему отсутствия информации о государствах, оставшихся в наследство от Нуменора в дальних землях. Если мы правы, и вне залива Бэлфалас, скорее всего, были лишь базы и крепости, но не обширные земли-колонии, то их исчезновение после гибели Нуменора перестает быть загадкой. Не предполагая единовременное падение дальних форпостов, мы думаем, что после гибели Нуменора контакты с ними стали проблематичными, и к середины Третьей Эпохи оставшиеся поселенцы должны были бы их покинуть.


Обсуждение на форуме Все статьи Статьи по теме «Текстология»


Комментарии для сайта Cackle
Реклама на сайте Поддержать сайт