Здесь больше нет рекламы. Но могла бы быть, могла.

Author Topic: Сказание о Непожелавших  (Read 88036 times)

0 Members and 1 Guest are viewing this topic.

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #300 on: 22/08/2022, 18:36:09 »
На Запад

Глава 21

Через снежную пустыню

3 часть

Между тем вечер близился к завершению, но для беглецов время будто застыло на месте и стало вязким как упругое тягучее желе. Всем хотелось поскорей убраться с просматриваемой вдоль и поперёк равнины, но горы как будто не становились ближе ни на дюйм. Наконец начало темнеть. Вскоре маячившая на горизонте точка слилась с опустившимися на землю сумерками, но путникам это отнюдь не добавило спокойствия. Наоборот, им стало казаться, что силуэт Гаурхода обретает ужасающие формы на вершине ближайшего к ним холма, и тогда каждый из бедолаг мог поклясться, что слышит, как хрустит снег под лапами нагонявшего их чудища.
Вот уже и горы растворились в темноте вступающей в свои права ночи, и стало трудно сказать, насколько путники далеки от желанной цели.
Вскоре впереди, на фоне затухавшего неба очертился контур одинокой скалы. Почуяв препятствие, Уголёк сбавил ход, а вскоре и вовсе остановился на месте.
– Мы что, дальше не поедем? – Шёпотом спросил Нобби.
– А куда тут ехать? – Отозвался Пако из темноты. – Кажется, я видел впереди громаду скалы, да и Уголёк неспроста остановился. Было бы неплохо отыскать укрытие хоть мало-мальски подходящее для ночлега и затаиться до утра. А там все наши надежды вновь лишь на проворство и неутомимость нашего четвероногого друга.
Пако натянул на ноги меховые чуни и ступил на снежный наст. – Вы тут посидите вдвоём, – тихо сказал он, – а я погляжу, что там впереди и можно ли здесь найти хоть какое-то укрытие для ночлега.
Не успели Нобби и Лимпи опомниться, как Пако соскочил с саней и быстро растворился в темноте. Минула минута, затем другая, а Пако всё не возвращался. Вокруг стояла мертвенная тишина, а в небе не было видно ни единой звезды. 
Не прошло и пяти минут, а Нобби уже сидел, как на иголках. – Не надо было его отпускать, – сказал он молчуну Лимпи, – вечно он ввяжется в какую-нибудь неприятную историю. Ты как думаешь, Гаурход нас отыщет?
Лимпи послюнявил палец и, подняв руку вверх, ответил:
– Думаю, кто бы ни был преследователь, ему будет непросто отыскать нас в такой темноте, да и ветер сейчас с востока, а это значит, что даже если у него отменный нюх, ему нас не учуять, ведь он сейчас находится с наветренной стороны.
– Хотел бы я верить твоим словам, – нервозно вздохнул Нобби, – однако в том, что нам сейчас ничто не грозит, я не вполне уверен.
Минуло ещё несколько минут, но ни единый шорох не нарушил ночной тиши.
– Да куда же он запропастился? Чтоб ему пусто было! – ругнулся Нобби, не выдержав нарастающего напряжения. – Вечно ведь заварит какую-нибудь кашу, а ты потом за него расхлёбывай. Пако! – Тихо позвал он, немного совладав с волнением.
– Что у вас там стряслось? – Послышался из темноты голос пропажи.
– Скоро ты там? – Никак не мог успокоиться Нобби.
– Да иду я, иду, – снова отозвался Пако.
Вскоре послышался хруст снега под осторожными шагами, после чего появился и сам Пако.
– Я нашёл неподалёку небольшую пещерку, – шепнул хоббит, присаживаясь на край саней. – Правда придётся немного подняться по крутому склону, но зато потом у нас будет хорошее укрытие от ветра. Чтобы Угольку было легче, вы с Лимпи будете толкать сани сзади, а я возьму повод и поведу его.
– Может поменяемся? – Насуплено спросил Нобби.
– Не спорь, ты ведь не знаешь, где находится пещера, – коротко возразил Пако, и Нобби ничего не оставалось, как подчиниться.
Хотя сами сани и не были большими, однако они были загружены благодарным хозяином под самую завязку, и тащить их вверх по склону было не так-то просто даже несмотря на все старания Уголька. Кроме того, существенным препятствием был и снег, который доходил путникам до колен. Однако в этом было и некоторое преимущество, ведь в темноте Пако мог ориентироваться только по своим, протоптанным ранее следам. Дело спорилось не очень гладко, но несмотря ни на что друзья неуклонно приближались к цели. Когда крутой подъём немного выровнялся, Пако остановился и тихо произнёс:
– Всё, прибыли. Пещера где-то здесь. Теперь подождите меня немного, я нащупаю вход.
Тяжело дыша, Нобби и Лимпи повалились на сани. Вокруг по-прежнему было совсем ничего не видать, но хруст снега под осторожными шагами Пако слышался где-то неподалёку. Вскоре шаги Пако вновь приблизились. В темноте послышалось обрадованное похрюкивание Уголька, и сани вновь тронулись с места.
Наконец, через какое-то время Пако объявил – Прибыли. – Его голос гулко отразился от невидимых в темноте стен, и стало ясно, что путники уже внутри обещанной пещеры. И хотя в укрытии оставалось так же холодно, как и снаружи, однако завывания ветра остались где-то позади, а вновь поднявшаяся вьюга в бешенстве билась о скалы в бессилии достать укрывшихся от вновь разразившейся непогоды малышей.
– Ну что, ребята, будем отдыхать или немного перекусим? – Спросил Пако, немного отдышавшись.
Читатель конечно понимает, что задавать подобный вопрос хоббиту, в общем-то, не стоит, ибо ответ за некоторыми вариациями всегда последует один и тот же. Вот и на этот раз, несмотря на усталость, едва вспомнив о еде, Нобби воскликнул:
– Тьфу ты! Ну надо же! Из-за этого проклятого Гаурхода я впервые в жизни забыл об ужине!
– Тихо ты! – Прицыкнул Пако на друга.
Осознав допущенную оплошность, Нобби виновато прикрыл рот рукой. Все трое замерли словно камни, прислушиваясь к доносившимся снаружи звукам. К счастью, ничего подозрительного друзья так и не услышали. Лишь надрывно стонала в ночи вьюга, да свистел в расщелинах скал усиливающийся ветер.
– Кажись пронесло, – шепнул Пако и тут же сердито добавил. – Чтоб у тебя во рту крапива выросла, Нобби. Накличешь на нас беду, что тогда делать будем?
Чувствуя свою вину, Нобби словно воды в рот набрал, а Лимпи тихонько спросил:
– Мы будем ужинать в темноте?           
Вспомнив о порядком залежавшемся подарке Тэльтинвэ, Пако сунул руку в карман и, бережно достав чудесный эсгалдорский кристалл, потёр его о полу плаща. Мгновение, и лоно пещеры осветил тусклый серебристый свет, которого вполне хватало, чтобы поужинать.
– Где это мы? – Внезапно раздался сверху тоненький голосок Гиль.
– Тьфу ты! – Ругнулся Пако, дёрнувшись от неожиданности. – Гиль! Когда ты уже научишься вести себя как добропорядочная фея?
– А что такое добропорядочная фея? – Искренне удивилась Гиль.
Смекнув, что за его разъяснениями последуют десятки новых вопросов, Пако лишь махнул рукой. – Лучше я расскажу тебе об этом как-нибудь в другой раз, – вздохнул хоббит и присоединился к товарищам, уже начавшим рыться в сумках в поисках чего-нибудь съестного.
Этим вечером друзья впервые вспомнили о  гостинцах, собранных им в дорогу Сериндэ и Меретином. И надо признаться, угощение хозяев озёрной обители не произвело на них особого впечатления. Уж от кого от кого, но от прекрасной госпожи Изумрудного Озера они ожидали чего-нибудь особенного, а отыскали в ранцах лишь странные, выглядевшие недопеченными коржики, да небольшие фляги. Благо хоть водица в баклагах была воистину хороша, однако что толку, если водицы этой только и хватило, что раз напиться. Съев по одному пресному коржику, и не найдя в них ничего особенного, решили не тратить времени понапрасну и кинулись развязывать узел, который снарядили им в дорогу гномы. Величина мешка, а также и его тяжесть давали все основания рассчитывать на роскошную трапезу и ожидания не обманули проголодавшихся путников. Однако то, что случилось потом, показалось столь неслыханным и невероятным, что даже заставило друзей, и особенно хоббитов, усомниться в своём здоровье. Прежде чем рассказывать читателю, что же на самом деле произошло, стоит отметить, что ожидания малышей оправдались сполна. В узле с едой они обнаружили большой ломоть ветчины, аппетитно поджаренный с боков бараний окорок, румяные хлебцы, пирожки со всевозможной начинкой, несколько видов приправ в небольших, плотно закупоренных банках и ещё много такого, о чём путники не имели ни малейшего представления. Но вот незадача, пока друзья разворачивали многочисленные свёртки, готовясь к такому желанному ужину, он странным и весьма незаметным образом перестал быть таковым! Когда наконец все яства были разложены, аппетит невероятным образом пропал! У всех без исключения!
Объясняя странное самочувствие переутомлением, Пако без особого желания отрезал кусок хлеба и, положил на него толстый ломоть ветчины. Откусив от сделанного бутерброда и немного пожевав, хоббит внезапно понял, что есть вовсе и не хочется, будто бы он только что самостоятельно оприходовал целого поросёнка, а немое недоумение на лицах товарищей, дало ему понять, что он в своих ощущениях не одинок.
– Что-то мне как-то нехорошо, – перепугано произнёс Нобби.
– А что с тобой не так? – С неподдельным интересом спросил Пако.
– Даже не знаю, что и сказать, – растерянно выдохнул Нобби. – Ещё пять минут назад я готов был один съесть всё, что отыщется в этом мешке, а теперь даже не могу на всё это смотреть, будто уже наелся досыта. Да и то сказать, досыта – это сказано даже как-то неверно…                     
– А ты, Лимпи, – повернулся Пако к лепрекону, – Судя по растерянному выражению твоего лица, ты тоже чувствуешь нечто похожее. Я прав или нет?
Лепрекон энергично закивал головой.
– Ну что-ж, – почему-то раздосадовано вздохнул Пако, – если это хоть как-то успокоит вас обоих, то признаюсь, что я чувствую то же самое что и вы.
– Но что же тогда со всеми нами происходит? – Взволнованно спросил Нобби. – Ведь ещё каких-то десять минут назад я чувствовал себя в полном порядке, а теперь не знаю что и подумать…
– Постойте, – перебил Пако друга. – Все мы пили воду из фляг, которые обнаружили в ранцах, а так же отведали тех недопеченных, безвкусных коржиков, которыми снабдила нас госпожа Сериндэ.
– Неужели она нас отравила?! – Сорвалось с языка Нобби.
– Ну это ты, дружище, хватил лишку, – покачал головой Пако. – И это после всего добра и гостеприимства, которым одарила нас хозяйка Изумрудного озера.
Не выдержав укоризненного взгляда Пако, Нобби виновато опустил глаза.
– Я думаю, что дело тут состоит в том, что гостинцы, которыми одарила нас госпожа Сериндэ вовсе не простые. Похоже, что они не предназначены для того, чтобы служить угощением на шумных пиршествах, но призваны быстро утолить голод в походных условиях. Госпожа сказала, что когда-то давным-давно Меретин был воином и жил в Нимлонде. Учитывая всё это, я бы предположил, что коржи, которых мы только что попробовали, использовали воины во время длительных походов, когда каждый лишний груз является излишней обузой.
– Я о такой особенной еде даже когда-то слышал от своего деда, – поддержал Лимпи товарища, одобрительно кивая головой.
– А вот и разгадка, – облегчённо вздохнул Пако, будто с его сердца свалился тяжёлый камень. – Стало быть, эти коржики ещё не раз пригодятся нам в пути. Только вот жаль, что мы не начали этот странный ужин с гостинца, которым нас снарядили гномы, а то я вроде бы и сыт, но удовольствия от этого маловато.
– Э-эх! И кто меня за руку дёргал, – в сердцах выпалил Нобби.
– Ладно, друзья, – вздохнул Пако, – раз уж такое дело, то давайте ложиться спать, а завтрашний день начнём с того, что съедим гостинец гномов.
– Ну теперь уж я ночь напролёт не засну, а буду мечтать о настоящем завтраке, – пробормотал Нобби.
– Заснёшь, – устало улыбнулся Пако и полез за морковкой для кабанчика. – Вот кому сегодня повезло, так это Угольку, – сказал он, доставая из мешка с десяток ярко-оранжевых морковин.
Едва Уголёк почуял запах морковки, послышалось его довольное похрюкивание. Мгновение, и перед Пако возник кожаный пятачок, вожделённо принюхивающийся к излюбленному лакомству.
– Кушай, Уголёк. Ты сегодня единственный, кто действительно честно заслужил свой ужин, – ласково сказал Пако, почёсывая животное за ухом.
Порадовавшись за Уголька, путники устроились в санях поудобней и, натянув на себя все одеяла, что у них были, попытались заснуть. Пако спрятал в карман затухающий кристалл, и под сводами пещеры вновь стало темно. Теперь стенания вьюги будто бы стали громче, и малышам почудилось, будто сквозь завывания ветра до них доносятся яростные вопли разбушевавшихся снежных гигантов северных пустошей. Казалось, что это сами хозяева равнин поднимают ветры и метают друг в друга охапки снежной пурги, выясняя, кто среди них сильнейший и достойнейший стать единственным владыкой необозримых просторов севера. Сон упорно не шёл, и путники ещё долго ворочались с боку на бок, растревоженные неистовой яростью бушующих стихий. К счастью этой ночью малыши были укрыты от ураганного ветра и назойливой пурги, и уже только поэтому им было немного теплей, чем во время прошлой ночёвки. Уснули не сразу, а во сне очутились в объятиях милых сердцу грёз о доме, в окружении близких и друзей.

Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #301 on: 22/08/2022, 18:37:20 »
На Запад

Глава 21

Через снежную пустыню

4 часть

Посреди ночи Пако внезапно очнулся, разбуженный странным чувством ещё толком неосознанной тревоги. Вьюга всё не прекращалась, однако не её протяжные стоны насторожили хоббита. Пако задержал дыхание и прислушался. Что-то определённо было не так, но что именно он никак не мог понять. Та же вьюга, тот же ураганный ветер, но было что-то едва уловимое, что неосязаемо находилось где-то рядом и наполняло невидимой угрозой само окружающее пространство. Пако толкнул Нобби в бок и едва слышно прошептал:
– Нобби, ты спишь?
Нобби так и не проснулся, и Пако пришлось толкнуть его более настойчиво.
– Отвяжись! Это мой гриб, и я не позволю… – неожиданно всполошился спросонья Нобби и дабы прекратить неожиданную истерику товарища, Пако пришлось зажать ему рот рукой.
– Что случилось? – Послышался испуганный шёпот проснувшегося от внезапного переполоха Лимпи.
– Тихо вы оба, – чуть слышно отозвался Пако, пытаясь совладать с подпрыгнувшим в груди сердцем. – Я что-то почуял, но вот только что это, никак не могу понять.
– Да ладно тебе, давай спать, поутру разберёмся, – пробормотал Нобби недовольным тоном и попытался повернуться на другой бок, но Пако рывком сдёрнул с друга одеяло, и это возымело желаемый результат.
– Ну что ещё?! – Недовольно огрызнулся Нобби, однако приподнялся на локте, протирая свободной рукой заспанные глаза.
– Тихо ты, болван, – прошептал Пако. – Говорю тебе, я как будто слышал что-то странное.
– Я не слышу ничего особенного, – тихо отозвался Лимпи.
– Я тоже ничего не слышу, – рассержено буркнул Нобби. – Теперь ты доволен?
Пако промолчал, потому что ещё не был вполне уверен в том, что тревога не плод его разыгравшегося воображения и не хотел давать Нобби повода для назойливых шуточек впоследствии.
Приняв молчание за согласие, Нобби выдернул плед из рук беспокойного друга, вновь тщательно в него закутался и отвернулся от Пако на другой бок.
И тут случилось то, от чего волосы зашевелились на головах уже успокоившихся путников. Внезапно сквозь неистовство бушующей стихии до их ушей донёсся низкий утробный рык, который перешёл в жуткий протяжный вой.
Все как один друзья подскочили на своих местах, а их сонливость в мгновение будто рукой сняло. Друзья онемели от ужаса и боялись даже вдохнуть, опасаясь что их может услышать неведомый, и оттого ещё более страшный враг. Время тянулось невыносимо медленно, и малыши сидели в санях, словно каменные изваяния. Борясь с нараставшим внутри животным ужасом, Пако собирался подняться с саней и подойти к Угольку, чтобы в случае чего успокоить кабанчика, но тут жуткий вой повторился. Не успев коснуться каменистого дна пещеры, нога Пако так и застыла в воздухе. Положение хоббита никак нельзя было назвать удобным, для того чтобы долго оставаться неподвижным, но даже несмотря на это обстоятельство он готов был ждать так до самого утра, лишь бы зверь не почуял его присутствия, а тут ещё проснулся и занервничал Уголёк. Кабанчик беспокойно захрюкал, и его шум вновь вынудил сердца путников опуститься до самых пяток. Всем стало ясно, что ещё немного, и их присутствие будет обнаружено, но тут выручил Лимпи. Лепрекон сообразил сделать едва слышный щелчок пальцами, как учил Филби, и Уголёк затих, прижавшись к земле, словно дрессированный пёс.
И вновь время будто остановилось, казалось, что и улитка сможет выиграть у него забег на любую дистанцию. Нога Пако порядком затекла, и хоббит почувствовал в ней неприятные колики. Задержав дыхание, он медленно поджал ногу под себя, и последовавший случайный скрип саней показался ему рёвом разъярённого медведя. Лимпи и Нобби зажмурились от объявшего их ужаса, решив, что всем им пришёл конец. Однако малыши забыли учесть, что снаружи пещеры продолжается буря, и кто бы сейчас ни находился во власти неистовствующей стихии, был оглушён её невиданной яростью.
Как долго пришлось терпеть друзьям, находясь в полной обездвиженности, сказать трудно, но пришёл момент, когда они до того устали, что всем стало безразлично, что последует дальше, лишь бы хоть немного размять ноги и руки.
– Как вы думаете, это был он? – Наконец не выдержал и прошептал Нобби.
– Да, – коротко отозвался Пако, нервно сглотнув. – Я никогда не забуду его рёв там, над обрывом, и то, как он ревел, пока летел вниз.
– Но ведь он же не мог выжить после такого? – Попытался Нобби разубедить друзей, а заодно и себя самого.
– Мне тоже хотелось бы так думать, однако все мы только что слышали его рёв своими ушами, и этот рёв был точно таким же, как и там, на тропе над обрывом, – хмуро ответил Пако. – Померещиться всем троим одновременно никак не могло.
– Что теперь будем делать? – Тихонько спросил Лимпи.
– А что нам остаётся? – Прошептал Пако. – Будем продолжать сидеть как мыши и надеяться, что в такую пургу он нас не отыщет.
– И ты веришь в то, что у нас есть шанс? – Нервозно поинтересовался Нобби.
– Давайте просто подождём и тогда узнаем, каковы наши шансы, – угрюмо ответил Пако. – В любом случае, если мы пойдём дальше, тогда он точно нас нагонит, а так, принимая во внимание некоторое недовольство в его вое, можно надеяться, что он сбился с нашего следа, и в этом нам без сомнений помогла вовремя разыгравшаяся буря. Если бы он знал, где нас искать, то мы бы тут уже не рассуждали о возможных шансах.
Не согласиться со словами Пако было трудно, и потому друзья вновь притихли, обострив слух.  До самого рассвета глаз более не смыкали, потому как сонливость у всех словно рукой сняло. А вьюга всё не утихала, и шум ветра в отдалённых проходах и расщелинах пещеры казался путникам шёпотом неведомых созданий, старавшихся привлечь внимание рыскавшего неподалёку Гаурхода. Однако, несмотря на все опасения путников, жуткий вой чудища больше не повторялся. Лишь к утру буря пошла на спад, а вместе с серым рассветом, неспешно заполнявшим пещеру со стороны входа, пришла и новая надежда на то, что всё окончится хорошо.
– Как вы думаете, он ушёл? – Робко спросил Нобби, нарушив многочасовую тишину.
– Так это, или нет, но спешить нам не стоит, – тихо сказал Пако. – Если до полудня наш враг себя не обнаружит, тогда рискнём выбраться наружу.
– Эх, знать бы, куда он направится, – не мог успокоиться Нобби.
– Он поджидал нас в пустошах – вмешался в разговор Лимпи, – и теперь наверняка догадывается, куда мы направляемся.
– Согласен, – поддержал Пако товарища, – скорей всего теперь он направится на юг, и если не нагонит нас там, то затаится, и станет ждать, когда мы сами к нему явимся.
– Что же нам тогда делать? – Обеспокоено заёрзал Нобби.
– Если мы по-прежнему хотим помочь нашим друзьям, то иного выбора, кроме как продолжать двигаться к цели, у нас нет – вздохнул Пако. – Или нам повезёт, или… – добавил он и замолк, так и не закончив начатой фразы.
– Ты что, совсем спятил?! – Всерьёз перепугался Нобби, осознав всю опасность подобного решения. – Если сделаем так, как ты говоришь, то отправимся прямо в пасть к Гаурходу!
– Но мы ведь ещё не вполне уверены, что нас преследует именно он, – попытался улыбнуться Пако, однако его улыбка получилась неубедительной. – Вы сами то подумайте, а что нам остаётся? Позади снежная пустыня и второй раз нам может повезти меньше, чем это было в первый. С запада путь преграждают горы и единственный шанс добраться до обитаемых мест – несмотря ни на что продвигаться к Железному Взгорью.
Взвешивая услышанное, Нобби призадумался.
– Ну а ты что скажешь, – повернулся Пако к Лимпи, рассчитывая на его поддержку.
– Я согласен, – сходу ответил лепрекон.   
– Вот и хорошо, – облегчённо вздохнул хоббит и вновь повернулся к Нобби. – Теперь слово за тобой, дружище, – попытался он подбодрить товарища.
Нобби виновато покосился сначала на Пако потом на Лимпи, но соглашаться не спешил. 
– Нобби, – вновь заговорил Пако, – мы ведь не для того так далеко зашли, чтобы, в конце концов, повернуть назад. Пойми дружище, я поставил на карту не только своё честное имя. Сейчас от успеха нашего дела зависит репутация всего рода Прыгинсов. Дед ведь не переживёт, если все вокруг станут говорить, что его небезызвестный внук обокрал дочь Тинвэроса Мудрого и погубил остатки его народа. Мне и сейчас тошно оттого, что у Тэльтинвэ и Эвингила есть все основания думать обо мне подобным образом. Неужели после всего того, что мы с тобой вместе пережили, ты оставишь меня в столь трудный час?                         
Нобби задумчиво чмыхнул носом и робко проговорил:
– Ну тогда, может быть, пускай сначала Гиль всё разведает?
– Так ты согласен! – Едва не закричал Пако от радости и стиснул друга в объятиях. – Ты главное не переживай, – приговаривал он, – мы будем ждать, пока на смену утру не придёт день, а затем пустим Гиль вперёд – уж она то нас предупредит о близости этой гадкой зверюги. 
Нобби молчаливо кивнул головой в знак согласия, и вновь потянулись минуты ожидания. То, что таинственный преследователь уже давно ничем о себе не напоминал, не могло не радовать путников, и когда проход в пещеру залился светом наступившего дня, они даже начали сомневаться в том, что их кто-то преследует. Таинственного преследователя быстро списали на разыгравшееся вследствие усталости воображение, а жуткий ночной вой объяснили неистовством разбушевавшейся вьюги. Успокоившись, накормили Уголька и позавтракали сами. Нынешним утром к коржикам в ранцах даже не притрагивались и с удовольствием приступили к гостинцу гномов. За отменным завтраком позабыли даже об осторожности, а когда в узелке ничего не осталось, засобирались в дорогу. Когда стали подводить Уголька к выходу, тот неожиданно заартачился, однако не проронил ни единого звука. Видя, что животное заметно нервничает, Пако достал из мешка «волшебную» морковку и протянул кабанчику. Однако Уголёк впервые отказался от своего излюбленного лакомства.
– Ну ладно, если сейчас не хочешь, тогда больше достанется вечером, – сказал Пако, забираясь в сани вслед за Нобби, и тут заметил, что Лимпи вовсе не спешит занимать своё место. – Лимпи, – окликнул Пако товарища, – что с тобой?
– Тс-с-сс, – прижал лепрекон указательный палец к губам. – Кажется, я слышу что-то странное.
Хоббиты притихли и насторожились, и в это мгновение на них вновь обрушились все предрассветные страхи и сомнения.
Вокруг было совсем тихо, и лишь странный звук повторялся вновь и вновь, будто кто-то усердно работал кузнечными мехами у самого входа в пещеру.
– Нобби, ты это слышишь? – Шепнул Пако на ухо другу.
– Кажется да, – едва слышно шевельнул хоббит губами, – но что это такое?
– Сейчас посмотрим, – вновь прошептал Пако. – Ждите меня здесь.
Осторожно, как только мог, Пако выбрался из саней, приблизился к выходу из пещеры и осмотрелся. Над ним, с обледеневшего свода, словно зубы в пасти хищной рыбы нависали огромные сосульки, длинной с хоббита каждая, а то и больше, и упади такая сверху на голову, она проткнула бы его с головы до ног. Пако сглотнул подступивший к горлу ком и шагнул к освещённому светом наступавшего дня выходу из пещеры. И вот над головой вновь нависло закрытое серыми тучами небо, а вокруг, сколько видел глаз, простёрлась заснеженная пустыня. Странный свистящий звук теперь доносился до ушей хоббита откуда-то сверху. Недолго думая, Пако стащил с ног меховые чуни (так он сделал для того, чтобы создавать как можно меньше шума) и покарабкался вверх по склону, чтобы добраться до нависавшего над входом в пещеру козырька. Сердце храбреца яростно колотилось в груди, отдаваясь в ушах гулкими ударами, а недоброе предчувствие делало ожидание развязки просто невыносимым. Тщательно выбирая место, куда поставить ногу, чтобы ненароком не вызвать каменной осыпи, Пако постоянно замирал на месте, чтобы сделать несколько глубоких вдохов и успокоиться. Наконец, добравшись до базальтового карниза, он ухватился за его край и подтянулся на руках…
Даже в кошмарном сне Пако не могло присниться того, что он увидел прямо перед собой! Едва голова хоббита оказалась выше нависавшего над входом в пещеру козырька, как его тут же обдало смрадным дыханием зверя! Худшего оборота событий невозможно было и представить – прямо перед ним, положив голову на лапы, лежал ужасный, покрытый угольно-чёрной шерстью Гаурход! На ослепительно-белом снегу, чудище казалось дырой в пустоту на покрывале мира. Объятый мертвенной хваткой липкого ужаса, Пако словно остолбенел. В ожидании роковой развязки он зажмурился изо всех сил, боясь глядеть на зверя даже сквозь прищуренные глаза. В любое последующее мгновение он мог оказаться в страшной, усеянной острыми зубами пасти, однако глаза волколака оставались закрытыми, а его дыхание ровным. Гаурход спал. И всё же, почуяв сквозь сон странный запах, чудище настороженно потянуло воздух влажным, таким же чёрным, как и его шерсть носом.
И тут Пако понял, что пора удирать. В охватившей его панике он разжал руки и, оступившись, кубарем покатился вниз. В следующее мгновение над бескрайней равниной прокатился ужасный рёв проснувшегося от шума зверя. Свалившись в сугроб лицом вниз, Пако почувствовал, что кто-то схватил его за шиворот и потащил по земле. Хоббит уже не сомневался, что это приступил к своему чёрному делу сам Гаурход, однако, к счастью для всех, он ошибся – к нему вовремя подоспели Нобби и Лимпи. Случись это несколькими мгновениями позже, то Пако непременно раздавило бы одним из скатывающихся вслед за ним камней или пронзило бы гигантской сосулькой, однако всё обошлось.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #302 on: 22/08/2022, 18:38:12 »
На Запад

Глава 21

Через снежную пустыню

5 часть

Когда Пако пришёл в себя, и стал выплёвывать набившийся в рот снег, то увидел, что вновь оказался в полумраке пещеры. Кто-то тут же навалился на него сверху и зажал рот рукой. Как же Пако обрадовался, когда у него на лице оказалась именно рука товарища, а не когтистая лапа ужасного чудища. Однако успокаиваться было ещё рано, ведь где-то поблизости всё ещё находился беспощадный убийца.
Каменная осыпь всё не прекращалась, увлекая за собой и скопившиеся на склонах горы снеговые шапки, а падавшие со сводов пещеры сосульки оглашали подземный зал треском крошащегося льда. Когда наконец всё стихло, вход в пещеру оказался почти полностью завален, и теперь оставалась лишь небольшая щель под самым сводом, через которую внутрь всё ещё проникал дневной свет.
Малыши затихли, боясь даже шелохнуться, а снаружи до них доносилось настороженное сопение зверя, который спросонья принюхивался к витавшим в воздухе странным запахам. Никто не мог видеть, что Гаурход делает наверху, однако все отчётливо ощущали под собой подрагивание почвы, сопровождавшее его тяжёлые шаги. Путники прекрасно понимали, что если зверь поймёт, что они находятся у него под самым носом, то даже происшедший обвал не помешает ему добраться до них, чтобы завершить своё чёрное дело. Сидя в каменном мешке, каждый в ужасе гадал, устроил ли зверь засаду, поджидая своих жертв у входа в пещеру, или же оказался поблизости случайным образом? Время тянулось мучительно долго и малышам показалось, что один раз они даже увидели в узком просвете, оставшемся от ещё недавно широкого прохода, промелькнувшую тень грозного врага. Но удача продолжала сопутствовать храбрым путешественникам и к их великому облегчению, вскоре шаги зверя начали медленно удаляться. Над равниной ещё несколько раз разнёсся протяжный вой чудища, однако вскоре всё вновь стихло.
– Фф-ууу-уух, – облегчённо выдохнул Нобби, отирая рукавом проступившие на лбу капли холодного пота. – Похоже, что с нюхом у него не всё в порядке, раз уж, будучи так близко, он нас не обнаружил.
– А я думаю, – сказал Пако всё ещё дрожащим голосом, – что нас спасло лишь то, что камни и снег полностью засыпали место, где я только что топтался и он решил, что мы здесь были, но уже ушли. А возможно нас спас сильный ветер. Так или иначе, теперь нам предстоит разобрать происшедший завал.
– Главное это то, что мы, несмотря ни на что, всё ещё живы и невредимы, – рассудительно заметил Лимпи, – а значит, нам нужно торопиться, чтобы помочь нашим друзьям. Полагаю, что нужно, не теряя времени, приступать к разбору завала. Когда сможем выбраться наружу, зверь будет уже далеко. Похоже он решил, что мы ушли далеко вперёд и в этом наша удача.
– Хорошо, тогда прямо сейчас и начнём, – с готовностью согласился Пако. Он поднялся на ноги, отряхнул с себя налипший снег и решительно шагнул к завалу, перекрывшему выход из спасительной пещеры.
– Как вы думаете… почему за нами увязалась эта ужасная зверюга? – Запинаясь спросил Нобби, будто боялся услышать ответ на свой вопрос.
– Думаю, Нобби, ты уже хорошо это знаешь, – ответил Пако. – Похоже, Гаурходу известно, что лежит у меня в ранце. Вастаки, от которых нам чудом удалось улизнуть на окраине Хаэрастского леса, видели Ромэнсильмэ своими глазами и наверняка рассказали всё Атармарту, ну а волколак исполняет волю своего господина. Теперь он не оставит нас в покое и я вижу, что госпожа озёрной обители оказалась в этом права.
– Эх-хе-хех, – тяжело вздохнул Пако после паузы, – напрасно я взял вас с собой, ребята. Уж лучше бы вы отправились в Харбад вместе с Рози и мастером Урвином. Похоже, что теперь неприятности преследуют меня по пятам.
– Да брось ты, дружище, – неожиданно расхрабрился Нобби и похлопал товарища по плечу. – Мы бы там, в Харбаде, и дня бы не высидели, всё думали бы о том, не приключилось ли с тобой чего плохого. Ведь правда, Лимпи?
Лепрекон энергично закивал головой.
– Так что мы ни о чём не жалеем, – продолжил Нобби, – авось как-нибудь и прорвёмся сквозь эти неприятности, ведь у нас не раз уже и раньше получалось. Так что выбрось из головы все эти глупости и не терзай себя тем, чего изменить уже не в силах. Давай-ка лучше поскорей разберём эту гору обломков и продолжим наш путь.
Разбирать завал оказалось делом не таким-то и простым, и без Лимпи хоббитам пришлось бы туго. Лепрекон будто заранее знал, какой камень нужно сдвинуть, чтобы остальные сами откатились с кучи в сторону, ведь знание тайн камня в крови у этого странного, чудаковатого народца.   
Когда разобранный проём оказался достаточным, чтобы через него могли пройти гружёные сани, вспомнили об Угольке. Кабанчик всполошился от грохота происшедшего обвала, а затем, почуяв страшного хищника, так испугался, что забился в самый дальний угол пещеры. 
Чтобы успокоить перепуганное животное, Лимпи пришлось долго поглаживать его по голове, нашёптывая на ухо ласковые слова, но окончательно Уголёк пришёл в себя, когда ему задали хорошую порцию морковки. Подкрепившись, кабанчик заметно оживился, и настойчиво подставил лепрекону ухо, чтобы тот хорошенько за ним почесал. 
– Ну что-ж, – сказал Пако, убедившись, что Уголёк оправился от пережитого ужаса, – похоже, что наш четвероногий друг повеселел, приободрился, и теперь мы можем смело отправляться в путь.
Друзья поднатужились и помогли Угольку протащить сани через частично разобранный завал. Оказавшись под серым небом уже к полудню, с удивлением отметили, что снаружи стало значительно теплей. Ветер переменился с восточного на южный и принёс с собой согревающее дыхание далёких тёплых краёв.
Первым делом внимательно осмотрели огромные следы Гаурхода, беспорядочно петлявшие неподалёку от входа в пещеру, ведь теперь было важно знать, куда именно направился волколак. Оставив Уголька под присмотром Лимпи, хоббиты забрались на самую вершину скалы и увидели, что Серые горы, ещё вчера казавшиеся столь близкими, будто бы отодвинулись за ночь дальше. Теперь с высоты стало ясно, что для того, чтобы добраться до отрогов горного хребта, придётся ехать ещё как минимум целый день.
Следы огромных лап Гаурхода опоясывали скалу по кругу, а затем свернули на юг из чего хоббиты пришли к заключению, что зверь догадывается о конечной цели их пути. Теперь для того, чтобы избежать нежелательной встречи с грозным врагом, нужно было отворачивать от его следа в сторону, поэтому, вернувшись к оставленным под присмотром Лимпи саням, стали обсуждать, куда направиться дальше. В конце концов, решили продолжить путь к восточной оконечности Серых гор.
И вновь впереди, пронзая низко плывущие тучи, высились пики горных вершин. Южнее, окружённое горной цепью, лежало урочище, называемое Гиблой Пустошью, которое теперь неминуемо предстояло пересечь путешественникам на пути к Железному Взгорью. Серые горы окаймляли пустошь серпом несколько сплюснутого полумесяца, оконечности которого указывали на восток.
Весь день ехали без остановок, и лишь когда ночь смыла с окружающих просторов последние краски дня, вновь остановились на ночлег.
Эту ночь путникам пришлось провести под открытым небом, но что было ещё хуже, у них не осталось из еды ничего, кроме пресных коржиков Меретина и подаренных им же, уже опустевших фляг. Однако когда Нобби достал свою флягу в надежде на то, что там осталось хоть несколько капель воды, то обнаружил, что она вновь полна, будто он ещё не сделал из неё и единого глотка. Подивившись странному обстоятельству, свои фляги достали и Пако с Лимпи. Каково же было их замешательство, когда и те тоже оказались доверху наполнены чистой родниковой водой!   
– Ай да фляжки! – Не могли нарадоваться друзья. – Ай да Меретин!
В конце концов, утолили аппетит странными, совсем безвкусными коржиками и, распределив дежурства на всю ночь, стали по очереди отдыхать.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #303 on: 09/09/2022, 12:44:27 »
На Запад

Глава 22

Что у них на ужин?

1 часть

Весь следующий день ехали не останавливаясь. К счастью ветер не переменился, и тёплое дыхание южных краёв вселяло в путников оптимизм и веру в успех предпринятого дела. Лишь когда день начал подходить к концу, вновь приуныли, вспомнив, что на ужин остались лишь одни обманные лепёшки, как прозвал пресные коржики Меретина Нобби. Вскоре на пути начали попадаться прогалины растаявшего снега, которые приходилось объезжать вокруг, делая немалые крюки. Когда солнце коснулось горных вершин на западе, стали подыскивать место для очередного ночлега. Багрянец заходящего светила постепенно сменился фиолетовым отливом, который, в свою очередь, начал быстро угасать, погружая всё вокруг в стремительно надвигавшиеся сумерки. До гор было уже рукой подать, и поэтому решили ехать дальше, невзирая на сгущавшуюся темноту.
– Э-хе-хех, – грустно вздохнул Нобби. – Нынешним вечером у нас ничего кроме обманных лепёшек не осталось, а я бы не отказался сейчас от жирного бараньего окорока, домашней колбаски или, на худой конец, от зажаренного на огне кролика. А с этих лепёшек что толку? Жуёшь, жуёшь, а удовольствия никакого. Да и жевать то в них тоже особо нечего – так, на один зуб.   
– Ничего, не захочешь спать голодным, удовольствуешься и лепёшками, – хмуро заметил Пако.
– О-хо-хох, – снова вздохнул Нобби, понимая, что спорить с товарищем бесполезно.
Вскоре последние отсветы зашедшего солнца погасли за вершинами гор на западе, и на землю опустилась ночь. Уголёк постепенно сбавил ход, и теперь шагал вперёд неторопливым шагом, ибо в темноте уже почти ничего не видел. Неожиданно где-то впереди, на горном склоне, зажёгся огонёк.
– Там впереди огонь! – Возбуждённо выдохнул Нобби. – Во-он там, видите?
Затаив дыхание от волнения, друзья стали пристально разглядывать мерцающий вдалеке огонёк, терзаясь в догадках о том, стоит ли им ехать на свет, или же лучше поостеречься.
– Не думаю, что нам стоит проверять, кто развёл этот огонь, – мрачно пробормотал Пако, не ожидая от сурового края пустошей ничего хорошего.
– Может это охотники, забредшие сюда из южных земель? – Предположил Нобби в надежде на лучшее. Уж очень хотелось проголодавшемуся хоббиту надеяться на удачу. – Лимпи, а ты что скажешь? Как думаешь, может быть это гномы? Вот было бы здорово попасть к ним на ужин.
– А ты не подумал о том, что в этих диких краях мы вполне можем попасть на ужин и в виде главных блюд? – Поспешил Пако остудить энтузиазм товарища. 
– Верно, – согласился Лимпи. – В горах, как правило, водятся гоблины, а гномам на поверхности делать особо нечего. Они сидят себе в своих подземных коридорах, и все свои дела делают там.
– И что же? Мы даже не попробуем поглядеть, что там творится? – Расстроился Нобби.
– Поглядеть-то может и попробуем, однако нужно быть очень осторожными, – тихо сказал Пако.
Услышав ответ друга, Нобби вновь загорелся надеждой. Ему страсть как хотелось погреться у очага и возможно даже воспользоваться великодушным угощением гостеприимных путешественников. По правде сказать, того же хотелось и Пако с Лимпи, да только чувство ответственности за конечный успех дела не давало им покоя, а Пако, к тому же ещё был весьма наслышан о коварстве здешних краёв. Как очевидно помнит читатель, до совсем ещё недавнего времени Пако любил исподтишка подслушивать истории захожих на Отпорный Перевал путешественников и таким образом узнавал много интересного. Не раз слышал он и об орках, слонявшихся вокруг Гиблых пустошей в поисках подвернувшейся добычи. И рассказы о злополучных поисковых партиях старателей гномов, а так же искателей удачи из далёкого Дола были не так уж и редки. Находились и такие, кто отправлялись в эти места за поисками несметных сокровищ драконов, коих в Гиблых пустошах ранее было – пруд пруди. Вот таких-то любителей лёгкой наживы и поджидали в этих краях порождения тьмы, и зачастую не напрасно. Правда, в последние годы орки Серых гор сильно присмирели, после того как южные леса были очищены от скверны, некогда расплодившейся под сенью древних исполинских дерев. Но кто мог знать, сколько мерзких орков и других тёмных тварей по-прежнему всё ещё живут в недрах гор? Многие из них никогда не видели солнечного света и в поисках добычи лишь ночами покидали свои глубокие чёрные норы. Такие мысли не давали Пако покоя, и тщательно всё обдумав, он сказал:
– Ладно, мы попробуем подобраться к огню поближе, но тебе, Лимпи, придётся остаться с Угольком. Похоже, ты хорошо с ним поладил, и с тобой ему будет куда спокойней, чем с одним из нас. 
– Хорошо, что тебе в голову пришла эта идея, – обрадовался Нобби. – Я тоже об этом подумал.
Лимпи отпираться не стал, и его молчание было принято за окончательное одобрение избранного плана.
– Сначала поглядим, кто они такие, – снова сказал Пако, – а там уже и решение принимать будем.
– Кажись до огня не так уж и далеко будет, – заметил Нобби.   
– Кто его знает, – засомневался Пако. – Ночью огонь виден далеко и впечатление о расстоянии может быть обманчиво. Пока что будем продолжать путь прямо на него, а когда подъедем ближе, свернём в сторону. Затем отыщем какой-нибудь закуток и оставим там Лимпи с Угольком, а сами отправимся в разведку.   
Ещё около получаса не спеша ехали прямо на огонёк, а когда всем показалось, что до него осталось не так уж и далеко, взяли вправо и вскоре наткнулись на препятствие. В темноте совсем ничего не было видно, и поэтому решили остановиться в том месте, где оказались.   
– Ну что, Лимпи, – тихо сказал Пако, – делаем как договорились. Ты остаёшься, и пока нас не будет, покормишь Уголька, чтобы он чувствовал себя спокойней. А мы пойдём туда, и посмотрим, что к чему.
– И постарайся не спать, пока мы не вернёмся назад, – добавил Нобби. – Кто знает, кого здесь можно встретить.
Сделав товарищу последние наставления, хоббиты натянули на ноги тёплые чуни и бесшумно выбрались из саней.   
– Только вы уж там постарайтесь поосторожней, – взволнованно прошептал Лимпи. – А то что я тут буду делать, если вас вдруг схватят? 
– Ладно, дружище, ты особо не переживай, – попытался успокоить Пако товарища. – Плохо ты знаешь, хоббитов, если думаешь, что нас хоть кто-нибудь сможет учуять, будь то друзья или враги. Ты главное сам будь осторожен, а за нас не беспокойся. Вот увидишь, не пройдёт и получаса, как мы вернёмся с горячим ужином, и это в худшем случае. А может быть и такое, что нас даже пригласят к огню. 
– Хорошо бы, – чмыхнул носом Лимпи и принялся искать морковку для Уголька.

 

Обойдя невидимое в темноте препятствие, хоббиты нащупали пологий подъём вверх и стали взбираться по каменистому склону. Огонёк то исчезал, очевидно скрываясь за скалами, то вновь появлялся в поле зрения из чего хоббиты сделали вывод, что они поднимаются вверх по беспорядочному нагромождению скал. Продвигались очень медленно, ведь на пути могли оказаться глубокие расщелины, а свой чудесный кристалл Пако доставать боялся, ведь освещая дорогу себе, хоббиты могли привлечь внимание тех, кто был у костра, а друзья это были или враги, по-прежнему оставалось лишь гадать.
Вскоре на пути стали попадаться небольшие деревца и кустарники, а снег под ногами совсем пропал. Когда свет заметно приблизился, хоббиты стали продвигаться вперёд ещё осторожней, чем прежде. Идти прямо на свет было опасно, а потому они решили обойти огонь со стороны. Они поднялись приблизительно на ту же высоту, на которой горел большой костёр (теперь это было уже видно), и двинулись навстречу. Вскоре в сполохах огня глаза хоббитов различили обширную площадку на горном склоне, за которой чернела большая округлая дыра, более похожая на орочью нору, чем на обычную пещеру. Перед этой странной норой мелькали на фоне костра какие-то силуэты, но в том, что ими могли оказаться люди или гномы, оставались большие сомнения. Храбрецы подобрались как можно ближе, чтобы попытаться разглядеть хозяев костра, однако и не настолько близко, чтобы оказаться замеченными самим, и притаились в тенях высившихся на горном склоне валунов. До дыры, врезающейся в горный склон, оставалось всего каких-то полсотни ярдов, поэтому теперь хоббитам было хорошо слышно, что творится на площадке, где горел костёр:
– Углук, ты с Тумбаем останешься сторожить вход, пока мы покончим с тушей кабана, – прозвучал грубый голос не терпящим возражений тоном. – И глядите в оба, чтобы никуда не делся наш десерт! Отвечаешь за это своей паршивой шкурой!
– Почему я? – Взвизгнул тот, кого назвали Углуком.
– Потому что я так хочу! – Ещё более грубо отрезал тот, кто несомненно был главным.
– Но если мы с Тумбаем останемся здесь, то нам от кабана ничего не достанется! – вновь отозвался гнусавый голос.
– Не скули, я самолично прослежу, чтобы вам с Тумбаем что-нибудь оставили!
– Но так хочется есть! Я не смогу так долго ждать! – Вновь загнусавил Углук.
– Сможешь, идиот, если хочешь остаться цел! И вообще, мне давно уже кажется, что твои кривые зубы тебе явно жмут. Ещё одно слово, и я повыбиваю последние оставшиеся своим собственным кулаком! Вот тогда тебе точно незачем будет присутствовать на сегодняшнем ужине, хе-хе. Так что если желаешь сохранить последние зубы, сторожи наш десерт, пока мы съедим кабана и вновь раскочегарим огонь.
Углук жалобно заскулил, однако же, на этот раз промолчал. Должно быть, он резонно решил, что зубы ему ещё пригодятся.
– Орки! Давай назад, здесь нам больше делать нечего, – испуганно шепнул Пако другу и, прижавшись к камням, начал осторожно разворачиваться, собираясь уходить. Однако в следующее мгновение Нобби неожиданно схватил его за рукав.
– Ты чего? – Удивился Пако.
– Но так хочется кушать, а их тут только двое у входа осталось, – прошептал Нобби. – Как думаешь, что у них на десерт, о котором они тут упоминали?
При слове десерт, Пако почему-то сразу посетило видение пудинга, который так замечательно умела готовить мама Велисвета и бабушка Евлантия. Воображение рисовало ему аппетитные оладьи и душистое хрустящее печенье, которые он любил запивать молоком или ароматным чаем. Приблизительно то же самое несколькими мгновениями ранее привиделось и Нобби, и теперь оба хоббита едва не захлёбывались слюной.
– Но ведь это же орки! – Возразил Пако, отогнав предательское наваждение.
– А кто может знать, что у них бывает на десерт? – Не стал легко сдаваться Нобби, ведь был настолько голоден, что готов был без раздумий полезть даже в разверстую драконову пасть, чтобы вытащить оттуда всё то, что воображалось ему при слове «десерт». Где уж было знать хоббиту, что едят на десерт орки?
Нобби сглотнул обильно выделяющуюся слюну и нерешительно прошептал:
– Они там говорили о каком-то десерте. Может быть, попробуем их отманить от входа? Когда нам ещё представится удобный случай добыть на ужин что-нибудь стоящее в этой снежной пустыне?
– Ты что, рехнулся?! – Испугался Пако отчаянной мысли друга. – Да их там у костра не менее десятка! Вполне может быть, что и в пещере ещё кто-то остался!
– Не-а, – замотал головой Нобби. – Вот ты бы, например, остался там во время ужина? То-то. Вот и меня бы там никто не удержал.
– А как же эти двое? – Заколебался Пако, почуяв в воздухе аппетитный запах поджаренного на костре кабаньего окорока.
– За стоящий десерт я готов взять этих двоих на себя, – решительно прошептал Нобби.
– Нет, ну ты только послушай себя, – замотал головой Пако, – ведь ты предлагаешь сейчас сунуться в логово орков, о которых дома и слышать боялся!
– Но, согласись, – возразил Нобби, не отпуская рукава товарища, – я ведь ещё и никогда не был так голоден, как сегодня, ведь верно? 
– Угу, – кивнув головой, согласился Пако. – Но как мы с тобой пройдём незамеченными мимо этих двух?
– Положись на меня, приятель. Похоже ты уже забыл нашу любимую игру в «слепого тролля»? – Пробормотал Нобби, вглядываясь в площадку у входа в гоблиновское логово.
Пако хорошо помнил любимую игру детства, ведь это была излюбленная забава всех детишек Отпорного Перевала. В эту игру играли парами, в которых один участник был поводырём, а другой – «слепым троллем». «Троллям» завязывали глаза и раскручивали, чтобы они не имели представления, где, что находится, а поводыри выбирали себе место, с которого не могли сойти. Их задачей было, бросая камушки по очереди, направлять своих «троллей» к поводырю-сопернику. «Тролль» с завязанными глазами шагал вперёд на звук падающих впереди камушков, и та пара, «тролль» которой первым находил поводыря соперников – выигрывала. Разумеется, вокруг всегда собиралось множество галдящих детишек, которые, ожидая своей очереди, подтрунивали и посмеивались над играющими товарищами, вынуждая их отвечать на обидные шутки. Так хитрецы надеялись поскорей вступить в игру сами.
– Что-то я не понял, причём здесь игра? – Растерялся Пако.
– Сейчас я тебе покажу, но для этого нам нужно подобраться чуть ближе, – прошептал Нобби.
Пако был голоден ничуть не меньше, чем Нобби, и ему страсть как хотелось верить, что у друга всё получится, как задумано. Именно поэтому он не стал противиться рискованной затее и послушно шмыгнул следом за Нобби. Хоббиты осторожно подкрались к цели и слились с тенью скального выступа неподалёку от входа в пещеру.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #304 on: 09/09/2022, 12:46:57 »
На Запад

Глава 22

Что у них на ужин?

2 часть

Орки, оставленные на страже, уже смирились со своей участью (видимо их зубы были им очень дороги) и, разместившись на большом плоском валуне, принялись играть в кости.
Костёр, на котором доходила туша кабана, пылал всего в каких-то двухстах ярдах от входа в пещеру, и подле него уже вовсю начались пляски с радостными воплями и залихватским гиканьем. Тени скачущих орков дёргались на стене скалы подобно картонным марионеткам, хозяин которых пытался оторвать привязанные к ниткам руки и ноги своих игрушек. И уж совершенно точно пирующим не было никакого дела до неудачников, оставшихся в эту ночь на посту, сторожить вход в логово. Все предвкушали один из немногих удачных вечеров, когда им, наконец, удастся вволю набить едой свои утробы.
– Гляди, – шепнул Нобби и, нащупав под ногами увесистый камень, швырнул его в сторону караульных. Камень пролетел над головами занятых игрой орков и гулко стукнулся о каменистый склон в стороне от входа в пещеру. При этом упавший снаряд покатился по склону, вызвав вслед за собой шумную осыпь.   
– Сегодня они будут «троллями», а мы их поводырями, – шепнул Нобби.
– Это ещё что такое? – Раздался в темноте гнусавый голос Углука. – Ну-ка, Тумбай, пойди и погляди, что там творится, а то как бы эти метлобородые нас не выследили.
– Пойди сам посмотри, а я пока тут посторожу, – отозвался Тумбай недовольным голосом.
– Ты что, старшему подчиняться отказываешься? – Озлобленно взвизгнул Углук.
– Какой ты мне старший? Мы оба здесь поставлены Оглаем и он ничего про старшего не говорил, – вызывающе возразил Тумбай.
– Ну и скотина же ты, – огрызнулся Углук. – Забыл уже как я твою шкуру от секир метлобородых спас?
– Меня спас не ты, а Хатог, – не сдавался Тумбай. – А ты притащился последним и потом больше всех скакал и бахвалился. И вообще, таких как ты трусов поискать, так обыщешься.
– Ну всё, мразь болотная, ты сам напросился, – взвизгнул Углук и как кошка бросился на Тумбая. В следующее мгновение оба орка, вцепились друг в друга мёртвой хваткой, и, повалившись на землю, стали кататься из стороны в сторону. Они кусали друг друга, царапали когтями и ни на что вокруг уже не обращали внимания. Казалось, что теперь даже сам старший орк не сможет разнять дерущихся.
– Пошли, – прошептал Нобби, – да поскорей, они ведь не будут драться всю ночь… или всё-таки будут?
Конечно же, Нобби не ожидал подобного исхода от своей рискованной затеи, ведь игра в «слепого тролля» заключалась вовсе не в драке двух повздоривших «троллей», однако быстро смекнул, что в сложившейся ситуации подобный результат даже более предпочтителен. 
Хоббиты поднялись из укрытия и опрометью бросились к пещере. А орки катаясь по земле продолжали остервенело бить и кусать друг друга. Всё было бы ничего, да только эта бесшабашная схватка происходила перед самым входом орочье логово. Однако отступать было уже поздно и чтобы проникнуть в пещеру, друзьям пришлось перепрыгивать через шипящие, сыплющие отборными ругательствами и копошащиеся в пыли тела. Словно тени пронеслись прытконогие хоббиты над дерущимися и юркнули в тускло освещённый чадящими факелами проход. И каждый из маленьких храбрецов думал в эти мгновения лишь о таинственном десерте, о котором с нескрываемым вожделением говорили орки.
Оказавшись в длинном коридоре, хоббиты отбежали подальше от входа и, стараясь слиться с тенями, приникли к стене. Чуть отдышавшись и осмотревшись вокруг, они быстро поняли, что пещера глухая и никуда больше не ведёт. К счастью, как и предположил Нобби, в пещере никого из орков не оказалось. Коридор оканчивался просторным округлым залом с закопченным потолком. Вокруг на стенах чадили несколько факелов, тускло освещавших гору сваленных в кучу самых неожиданных вещей. Здесь вперемежку с одеждой можно было увидеть добротные доспехи и оружие, которые никак не могли принадлежать оркам. Где-то из кучи выглядывала пара сапог со стоптанными подмётками, а кое-где потёртый, но добротный ремень с медной пряжкой. Под дальней стеной, отдельной кучей, было свалено оружие, среди которого чаще всего попадались секиры и короткие мечи. Сверху были выложены в ряд несколько изрядно помятых шлемов. Рядом, на каменном полу, в глаза хоббитам бросились три туго набитых тюка, которые и привлекли их внимание.
Первым за дело принялся Нобби; хоббит оставил своё укрытие и без раздумий бросился развязывать один из мешков. Ужаснувшись безоглядной решительности друга, Пако лихорадочно завертел головой, но, не заметив явной опасности, последовал примеру друга. Когда Пако вспарывал ножом холстину выбранного мешка, Нобби уже вовсю потрошил свой, раздосадовано приговаривая:
– Да где же этот треклятый десерт?! Неужто они съели его заранее?
В мешке действительно не оказалось ничего съедобного – он был доверху набит награбленным скарбом. Потеряв надежду найти что-нибудь съедобное в первом тюке, Нобби бросился ко второму и тут обнаружил, что тот шевелится!
– Вот-те на! – Удивился хоббит.
– Ну что там у тебя? – Шепнул Пако.
¬– Здесь в мешке что-то живое, – растерянно пробормотал Нобби.
Внезапно из тюка послышалось глухое мычание.
– Сейчас поглядим, – выдохнул Пако и бросился с ножом к завязанной горловине.
Ещё мгновение и хоббиты уже перерезали толстую бечевку. Вскоре стянутый узел разошёлся, и друзья с замиранием сердца заглянули внутрь… 
В мешке вместо такого желанного десерта находился самый настоящий, связанный по рукам и ногам, гном! Борода и волосы пленника были всклокочены словно банная мочалка, а рот заткнут тугим кляпом. Он был раздет до самого нижнего белья и, похоже, изрядно замёрз. 
– Ну дела! – Раздосадовано выдохнул Нобби. – Где же нам теперь искать этот десерт?
– Может он что-то знает? – Предположил Пако.
При этих словах гном призывно замычал, тщетно пытаясь избавиться от закрывавшей рот тряпки. Сообразив, что пленник хочет что-то сказать, Пако вытащил кляп изо рта несчастного, и едва челюсти гнома оказались свободны, как тот прошептал:
– Да я! Я их десерт! А теперь развяжите меня!
Пако не мешкая полоснул ножом по верёвкам на руках и ногах гнома и тот принялся растирать распухшие запястья и лодыжки. Немного оправившись от долгой обездвиженности, гном схватил первые, подвернувшиеся под руку сапоги и, быстро натянув их на ноги, возбуждённо выпалил:
– Надо бежать, или нас вот-вот схватят!
Вспомнив, что они тут вовсе не на прогулке, хоббиты внезапно поняли, что в окружавшей их обстановке что-то изменилось, и это было действительно так – шума яростной потасовки больше не было слышно!
Обернувшись к выходу, друзья к своему ужасу увидели, что ещё недавно отчаянно дравшиеся Углук и Тумбай ошарашено таращатся на них.
От ужаса хоббиты словно оцепенели и совсем не представляли, что же теперь делать, ведь единственный путь к отступлению был преграждён мерзкими орками, сжимавшими в руках ужасные зазубренные мечи.
Но и сами орки тоже были в растерянности. Казалось, их глаза вот-вот вылезут из орбит – настолько они были удивлены неслыханной дерзостью нежданных пришельцев. Наконец раздался громкий, гнусавый вопль Углука:
– Во-о-ор-ры! На нас напали!
И неизвестно, что бы делали перепуганные малыши, если бы не освобождённый ими от пут гном. Уже готовый было умереть, бородач не задумываясь схватил первую попавшуюся под руки секиру и яростно набросился на орков. К счастью, обессиленные длительной дракой, охранники порядком выбились из сил и, отразив несколько выпадов разъярённого гнома, с истошными воплями бросились наутёк.
– Бежим!!! – Выпалил гном и бросился к выходу.
Вот что-что, а бегать хоббиты умели отменно. Они быстро обогнали бегущего вразвалку гнома и, выскочив из пещеры, бросились в ночной мрак. А вслед беглецам с гиканьем и бранью уже неслись несколько десятков рассвирепевших орков. За спинами малышей полыхали факела преследователей, и, до смерти перепуганные, они бежали в кромешной темноте наугад. Они то и дело падали, разбивая в кровь коленки и локти, но тут же поднимались и снова бежали вперёд. И никогда ни один из них не имел шишек и ссадин больше, чем после той сумасшедшей ночи, однако же, от погони им удалось уйти. Возможно, немалую роль в этом сыграло то, что орки уже успели набить свои желудки и изрядно отяжелели, а, может быть, беглецам больше помогла ночь, но с уверенностью можно сказать одно, что и первое и второе сыграло спасшимся на руку.
Пако бежал до тех пор, пока шум за его спиной не стих совсем, и лишь окончательно убедившись, что погоня отстала, обессилено опустился на колени и повалился наземь. Сердце в груди хоббита колотилось так, будто вот-вот вырвется наружу. Дав немного отдохнуть ногам, он ощутил, как холод пробирается сквозь одежду и был вынужден вновь подняться.
– Нобби! – тихо позвал Пако, однако на его зов никто не откликнулся; вокруг стояла морозная зимняя ночь. Внезапно хоббит с ужасом понял, что остался совсем один в этих диких неизведанных краях. Первой его мыслью было достать свой чудесный кристалл, однако в следующее мгновение он подумал о том, что свет наверняка привлечёт разбежавшихся по окрестным скалам преследователей. Из рассказов бывалых путешественников Пако хорошо знал, что орки прекрасно видят в темноте, и отсутствие факелов ещё не могло свидетельствовать о том, что они прекратили поиски.       
– Что же теперь делать? – Терзался Пако горькими думами. – Так ведь недолго и замёрзнуть ещё до наступления утра.
Несчастный хоббит даже не представлял, где он теперь находится и о том, в какой стороне искать оставшегося сторожить сани Лимпи, можно было лишь гадать, но осознавать, что в таком же ужасном положении оказался и Нобби было просто невыносимо. К счастью, пробираясь наугад в кромешной темноте, Пако вскоре услышал чьи-то горестные всхлипывания. – Нобби, – осторожно позвал он, – это ты?     
– Пако?! – Раздался поблизости знакомый голос.
– Да тихо ты! – Испуганно прошипел Пако. – Погоди немного, я к тебе иду.
Нащупав друг друга в темноте, хоббиты крепко обнялись; у обоих на душе отлегло, и немного успокоившись, они задумались о том, что делать дальше.
– Надо спуститься под гору и пройтись вдоль её основания, – предложил Нобби, – авось Лимпи с Угольком и отыщутся.
– Да погоди ты, – перебил друга Пако. – А где гном, которого мы освободили в пещере? Ты поблизости ничего не слышал?
– Наверное, он тоже удрал, как и мы с тобой, – пожал плечами Нобби.
– Но куда он один пойдёт в такой глуши?
– Да пускай себе идёт, куда хочет, на что он тебе сдался? Мы его освободили, вот и пусть наслаждается жизнью.
– Нет, Нобби, – решительно заявил Пако, – мы обязательно должны его разыскать, а иначе он погибнет от холода и голода.
– Но у нас ведь и самим есть нечего, ты ведь хорошо это знаешь, – заметил Нобби.
– Нет, приятель, тут ты не прав, – продолжал настаивать Пако. – То, что тебе не по нутру «обманные лепёшки» не значит, что их нельзя есть, и, похоже, что они ещё долго будут выручать нас в этом опасном путешествии. Голодная смерть нам уж точно не страшна, так что соберись с силами и духом, потому что мы отправляемся на поиски нашего нового друга.   
– Но как мы его будем искать посреди ночи?
– Но я ведь тебя нашёл, стало быть вдвоём и его как-то отыщем, – подбодрил Пако товарища. – А, кроме того, ты совсем забыл про Гиль.
– Верно! – Обрадовался Нобби. – Давненько её не было видно.
Пако осторожно прощупал один карман, затем другой, но Гиль так нигде и не обнаружил. Он уже давно подметил, что никогда нельзя было сказать с уверенностью, где находится фея, и чаще всего она сама появлялась, когда Пако о ней вспоминал. Вот и в этот раз тонкий голосок летуньи неожиданно послышался над головами хоббитов:
– Что тут у вас стряслось?
– И где только тебя носит? – Несколько своеобразно обрадовался Пако. – Мы тут успели попасть в неприятную переделку и теперь без твоей помощи нам никак не выкрутиться.
– Да уж… и как только вас занесло посреди ночи в это унылое место? – Пожала плечиками Гиль. Её миниатюрное тельце слабо светилось в темноте, и было единственным источником хоть какого-то света. 
– Ты бы лучше спустилась пониже, – забеспокоился Пако, – а то, неровен час, тебя заприметят орки.
– Так вы, наконец, расскажете мне, что тут у вас стряслось? – снова поинтересовалась летунья, приземлившись на плечо Пако.
– Мы потеряли где-то здесь одного нашего друга, – перешёл Пако на шёпот, – и теперь даже не знаем, где его искать.
– Только и всего? – Мило улыбнулась Гиль. – Тогда мне нужно знать, как он выглядит, и я его для вас отыщу.
– У него длинная косматая борода, – припомнил Пако, – и одет он весьма странно, будто его среди ночи вытащили из постели. Иными словами он в одной лишь пижаме.
– Ладно, – кивнула головкой Гиль, и её прозрачные крылышки вновь зашелестели в воздухе. – Ждите меня здесь. Я найду вашего странного друга и скоро вернусь.
– Постой, – спохватился Пако, опасаясь, что Гиль вот-вот исчезнет, – постарайся не попадаться на глаза оркам, а то вдруг они проследят за тобой и отыщут нас.
– Проследят за мной? – Хихикнула Гиль. – Гляди, ты за мной проследить сможешь?
Едва фея закончила говорить, как тут же исчезла из поля зрения хоббитов.
К этому времени хоббиты порядком замёрзли, и время ожидания для них тянулось долго, хотя, на самом деле, до возвращения Гиль прошло всего несколько минут.
– Я его нашла, – как всегда неожиданно раздался голосок феи. – Здесь совсем недалеко.
– Недалеко для тебя, или для нас? – На всякий случай уточнил Нобби.
– Конечно для вас, – улыбнулась Гиль.
– Он тебя видел? – Поинтересовался Пако.
– Похоже что да, – смущённо ответила Гиль, – но…
– Но что?
– Он испугался так, будто увидал перед собой пещерного тролля, – стыдливо отозвалась Гиль. – Неужели я так плохо выгляжу?
– А ты чего хотела? Мы ведь давно уже не в Эсгалдоре, – вздохнул Пако, вспомнив о печальной участи прекрасного края. – За пределами Окружных гор цветочных фей никто отродясь не видывал. Более того, очень немногие верят в их существование… так вот. Теперь покажи нам, где ты видела гнома.
– Спускайтесь под гору, а затем сверните направо. Думаю, вы отыщете его без труда, потому что он так стонет, будто скатился под гору кубарем.
– Спасибо тебе, Гиль, – поблагодарил Пако подружку. – Даже не знаю, что бы мы без тебя делали.
Летунья просияла от удовольствия и тут же исчезла.
– Никак не привыкну к этим её внезапным появлениям и исчезновениям, – пробормотал Нобби.
– Я тоже, – согласился Пако.
Хоббиты замерли, прислушиваясь к малейшим шорохам ночи, но вокруг было тихо, если не считать шёпота гуляющего меж скалами ветра. 
– Нужно спускаться вниз, – шепнул Пако.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #305 on: 09/09/2022, 12:47:49 »
На Запад

Глава 22

Что у них на ужин?

3 часть

Хоббиты определили направление сбегавшего под уклон склона и двинулись вперёд, осторожно нащупывая дорогу. Несколько раз валуны, на которые доверчиво опирались хоббиты, внезапно срывались со склона вниз, увлекая за собой целую осыпь камней поменьше вперемежку со снегом. В такие мгновения малыши падали ничком и, затаив дыхание, прислушивались к ночи. Лишь когда шум обвала затихал, они вновь поднимались и продолжали спуск.     
– Тихо! – Внезапно шепнул Пако, схватив Нобби за рукав. – Кажется, я что-то слышу.
Хоббиты притихли, и действительно, откуда-то справа из темноты до них донёсся глухой стон.
– Слышал? – Тихонько спросил Пако.
– Угу, – отозвался Нобби.
– Тогда давай подберёмся ближе.
Брести пришлось совсем недолго, и вскоре друзья расслышали неподалёку тихое бормотание вперемежку со стонами: 
– И как же это меня угораздило, укуси меня орк за печёнку! Вот ведь старый болван. И почему было не захватить с собой факел? Хорошо теперь хоть ноги целы, а рёбра как-нибудь и сами заживут. 
– Кто здесь? – Негромко спросил Пако, но едва он это сделал, как всё стихло.
– Сударь, отзовитесь, – чуть громче проговорил Нобби. – Мы ведь не орки.
– Что не орки, я это уже понял, – несколько грубо отозвался незнакомец, – но кто же вы тогда?
– Сначала назовите своё имя, а затем услышите наши, – снова вмешался в разговор Пако.
– Я Олли Пробейгора с Железного Взгорья, – раздался в ответ хриплый голос. – А теперь назовите ваши имена и поскорей, а не то я пущу в дело свой топор!
– Не очень то учтиво с вашей стороны, сударь, ну да ладно, – решил не накалять обстановки Пако. – Мы хоббиты с Отпорного Перевала. Меня зовут Пако а моего друга Нобби.
– Ха! – Радостно выдохнул Олли. – Так вы те ребята, которые освободили меня из вонючего орочьего мешка!
– Похоже, что так, сударь, – отозвался Пако.
– Тогда подходите ближе, ребятки, и простите, если я вас ненароком чем обидел, – виновато пробормотал Олли. – Тут ведь места глухие, и кроме орков никого не встретишь.
– Но мы то вас встретили, – возразил Нобби.
– Ну я то ребятки особый случай, а с вами мне просто несказанно повезло, – с облегчением вздохнул Олли.
Пробираясь среди беспорядочно разбросанных повсюду валунов, хоббиты осторожно подобрались к гному и крадущийся впереди Пако в темноте едва не споткнулся о бородача.
– Осторожно, – отозвался гном, – я здесь. На самом деле мне здорово досталось, но что самое обидное, по собственной же глупости. Ох-хо-хох, – простонал он, – мои бедные рёбра.   
– Что с вами приключилось? – Сочувственно поинтересовался Пако.
– Ох-хо-хох, – вновь сокрушённо вздохнул гном. – Угораздило меня оступиться на этом проклятущем склоне, и теперь я лежу тут с переломанными рёбрами. Один раз я уже было подумал, что не жилец на этом свете – такая несуразица мне померещилась как раз незадолго перед вашим появлением. Но, похоже, я просто слишком сильно стукнулся головой при падении.
– Должен сказать, – не без доли иронии заметил Пако, – что это значительно лучше, чем оказаться десертом на пиршестве орков. Такая возможность у нас пока всё ещё остаётся, поэтому предлагаю поскорей отсюда убираться.
– Верно э-э… как ты сказал тебя зовут? – Запамятовал Олли.
– Пако. Пако Прыгинс.
– Прыгинс говоришь? – Послышалось удивление в голосе Олли. – С Отпорного Перевала?
– Именно так, – подтвердил Пако.
– Чтоб мне провалиться на месте! – Воскликнул гном от радости. – Уж и не думал, что когда-нибудь увижу тебя своими глазами! У нас, приятель, в трактирах только и разговоров, что про тебя!
Нельзя сказать, что при этих словах Пако был не польщён, однако решил напомнить Олли о том, что опасность всё ещё существует.
– Сударь, вы бы не шумели тут, а то мы ведь не в трактире за столом. Поблизости всё ещё могут рыскать орки и ещё невесть кто.
– Верно, дружок, это у меня просто от радости вырвалось, – попытался оправдаться Олли уже шёпотом. – Я ведь истории о твоих странствиях не раз и не два слышал. Эти рассказы о потаённом Эсгалдоре у нас уже многим покоя не дают. Некоторые из моих приятелей даже вознамерились искать туда торный путь.
– Давайте пока оставим истории об Эсгалдоре, – перебил Пако гнома. – Нам нужно отсюда уходить и как можно скорей. 
– Ладно, ладно, – охотно согласился гном, – только помогите мне подняться, а идти уж я и сам смогу.
Хоббиты дружно взяли гнома под руки и помогли ему стать на ноги.
– Как вы себя чувствуете, сударь? Идти сможете? – Переспросил Пако.
– А куда же мы пойдём? – Вдруг растерялся Олли. – Тут ведь на многие лиги ничего кроме орков и голых скал нет.
– Где-то тут, неподалёку, нас поджидает друг с санями, – успокоил Пако гнома.
– Но как же мы его отыщем? – Заволновался Нобби.
– Думаю, с этим у нас сложностей не будет, – спокойно сказал Пако, – Уголёк сам нас найдёт. Надеюсь, Лимпи сейчас сидит в санях… – тут Пако неожиданно для всех довольно громко свистнул.
– Ты что, совсем очумел, что ли? – Перепугался Нобби. – Ведь орки могут быть где-то рядом!
– Могут, – согласился Пако, – но Уголёк всё равно отыщет нас быстрей их.
– Не знаю, мальцы, что вы задумали, – настороженно пробормотал Олли, – но ребята вы точно отчаянные.
– Всё будет хорошо, сударь, – спокойно сказал Пако.
– Охотно верю, малыш, и хочу сказать, что для меня встреча с тобой – большая честь, – важно добавил гном. – Я ведь тебя именно таким себе и представлял и очень рад, что судьба свела нас, пусть даже и таким, не очень-то подобающим образом. Вот ведь мерзавцы! Всю мою одежду забрали! Ну ничего! Я им ещё за всё отплачу сполна! Они вовек не забудут Олли Пробейгоры, потому что отныне я вместо камня буду пробивать их никчемные черепа!
– Хорошо, хорошо, мастер Олли, – успокоил Пако гнома, – сейчас лучше бы нам не шуметь, потому что так мы можем не услышать хруста снега под полозьями приближающихся саней.
Миновала минута, затем другая, потом хоббиты услышали в ночной тиши, как стучат от холода зубы Олли. Малыши уже начали волноваться, когда наконец услышали вдали знакомое похрюкиванье. 
– Это они! – Обрадовался Нобби. – Мы спасены!
– Теперь нужно идти им навстречу, – предложил Пако. – Сударь, вы идти сможете? – Спросил он, повернувшись к Олли.
– С-с-смогу, д-друзья, тольк-ко д-давайте с-скорей, не то я с-совсем прев-вращусь в с-сосульку.
– Я вам помогу, сударь, – предложил Пако, поддерживая гнома под руку.
В низине снежный покров доходил до колен, и шагать было совсем непросто, но не прошло и пяти минут, как Пако ощутил слабый толчок в грудь, а затем услышал, как кто-то осторожно его обнюхивает.
– Кто здесь? – Послышался испуганный голос Лимпи.
– Ш-ш-ш, это мы, дружище, – тихонько отозвался Пако.
– Ну наконец-то, – с облегчением вздохнул лепрекон. – Я уже начал было волноваться, а тут ещё Уголёк тронулся с места и я решил, что это вы ему свистнули – уж очень мне хотелось в это верить. Свиста то я сам не слыхал, но вспомнил, как мастер Филби говорил, что у кабанчика очень хороший слух. Вот и решил, будь что будет.
– Ты всё правильно сделал, дружище, – снова заговорил Пако, – а теперь доставай все одеяла, что у нас есть. С нами гость, который сильно замёрз.
Не задавая лишних вопросов, Лимпи нашёл несколько одеял и в придачу даже отдал своё. Олли сразу усадили в сани и окутали его всем, что нашлось, но даже после этого гном продолжал дрожать так, что все остальные чувствовали, как под ними сотрясаются сани. Не зная, как ещё помочь несчастному, Пако предложил гному «обманную лепёшку». Олли молчаливо сжевал не очень то щедрое угощение и приложился к фляге, которую протянул ему Лимпи.     
– Б-благодарю вас, д-друзья, – отозвался бородач, после чего вновь обхватил колени руками и затрясся мелкой дрожью. Однако очень скоро тряска прекратилась, и Олли удивлённо спросил: – Что это вы мне дали, ребятки? Готов биться об заклад, что это была вода, да только после нёе кровь в моих жилах разбежалась так, как бывает после нескольких кружечек эля в заведении старушки Мо.
Рассказывать гному про чудесную флягу не спешили, сомневаясь, что он поверит удивительной истории, к тому же, согревшись, он очень быстро заснул.
С появлением нового спутника в санях стало довольно тесно, но у этого обстоятельства обнаружилась и положительная сторона – прижавшись друг к другу словно засоленные кильки в банке, путники почувствовали, что так всем стало значительно теплей, и вскоре они один за другим забылись желанным сном.   
Поутру первым проснулся Пако. Вокруг стелился плотный туман, и было совершенно неясно, с какой стороны находятся горы, а где простираются Гиблые Пустоши. Утро было серым и совершенно безрадостным. Одно было хорошо – вокруг стало значительно теплей.
В ожидании, пока не рассеется туман, Пако не стал будить товарищей, но едва чуть выше низко стелющейся молочной пелены проявились вершины Серых Гор, направил сани в противоположную сторону, подальше от горной гряды. Все остальные проснулись уже в дороге. Осмотревшись вокруг, и узнав, что его спасители направляются к Железному Взгорью, Олли тут же начал подсказывать Пако дорогу. Гном уверенно ориентировался по скалам, которые время от времени проплывали мимо в туманной дымке. По словам Олли, следуя выбранным направлением, путники ещё до наступления ночи завтрашнего дня должны были добраться до юго-восточной оконечности Серых Гор, а ещё через два дня и до хорошо укатанной дороги, соединявшей город Дол и Одинокую Гору с Железным Взгорьем.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #306 on: 14/09/2022, 10:44:50 »
На Запад

Глава 23

Горные старатели

1 часть

На следующий день Олли разговорился и поведал друзьям о том, как несколько дней назад посреди ночи на лагерь горных старателей, ищущих в окрестных горах остатки рудных жил, напала банда орков. Ему и ещё нескольким его товарищам не повезло, и они были захвачены в плен. После нападения налётчики разделились на несколько групп, поделив между собой и захваченных пленников. Вот так Олли едва не стал одним из блюд неудавшегося пиршества, а насколько повезло остальным несчастным, удачливому гному оставалось теперь лишь гадать. 
По мере продвижения к югу на глаза путникам стали всё чаще попадаться темнеющие прогалины растаявшего снега, а к вечеру их стало так много, что приходилось делать большие крюки, чтобы их объехать.
– Если так дело пойдёт и дальше, то вскоре нам придётся оставить сани и отправить Уголька назад, к своему хозяину, – задумчиво сказал Пако.
– В этом можете не сомневаться, ребятки, – согласился Олли, – южнее Серых Гор снег не лежит ни летом, ни зимой. Так что очень скоро нам придётся искать другой способ передвижения.
Услышав слова гнома, путники загрустили. Всем им было жаль расставаться с Угольком, к которому они уже успели привязаться. Уголёк не был привередлив, как многие его собратья и своё дело знал отменно. Он спас друзей от удушья под снежным заносом, вынес в непогоду из ледяной пустыни, и за всё это лишь изредка требовал небольшой порции вожделенной морковки. Пако с грустью смотрел на резво трусившего впереди кабанчика и сожалел о том, что у него с друзьями нет колёсной повозки, чтобы можно было не расставаться с четвероногим другом и дальше. Похожие думы одолевали и всех остальных.
Хотя небо в этот день было полностью затянуто серыми тучами, однако и плохой погоду назвать было никак нельзя. В воздухе не ощущалось ни единого дуновения ветерка, а вокруг царила полная тишь. Туман по-прежнему скрывал прилегавшие окрестности, из-за чего вперёд продвигались медленней, чем обычно, ибо Олли опасался пропустить лишь одному ему известные ориентиры. Внезапно сквозь туманную пелену путники заметили по правую руку странное движение.
– Что это? – Встревоженно указал Нобби рукой на пятно, темневшее на покрывале подтаявшего снега.
– Наверно медведь, или ещё какой иной зверь, – с безразличным видом пробормотал Олли.
Когда повозка оказалась ближе, пятно неожиданно разделилось, и от него во все стороны метнулись тени поменьше. В тишине тут же раздались недовольные крики ворон. Теперь стало ясно, что тёмное пятно на снегу было останками мёртвого животного на тушу которого как на пиршество слетелись птицы. В следующее мгновение Уголёк пересёк широкую полосу протянувшейся по снегу запёкшейся крови, от вида которой малышам стало дурно. Снег был примят широкой дорожкой ведущей к останкам несчастного животного. Когда жуткий след остался позади, Пако остановил Уголька и слез с саней, намереваясь осмотреть труп.
– Ты думаешь это он? – Испуганно выдохнул Нобби?
– Ты имеешь в виду, он ли это сделал? – Тихо спросил Пако. – Я не знаю, Нобби. Для этого нужно подойти ближе и поглядеть. Возможно, следы на снегу скажут нам о многом.
– О чём это вы, ребятки? – Удивился Олли. – В здешних местах это дело обычное. Должно быть, медведь задрал лося и решил оттащить его к себе в берлогу.
– Боюсь, что вы ошибаетесь, мастер Олли, – хмуро сказал Пако, слезая с саней, – хотя в этом случае я предпочёл бы ошибиться самому.
– Пако, не ходи туда! – Испуганно выдохнул Нобби. – А вдруг он всё ещё где-то поблизости?
– Нет, Нобби, если бы он был рядом, то птицы не решились бы приблизиться к мёртвому животному, – возразил Пако. – Подождите меня тут, а я погляжу, что там, и быстро вернусь.
– Погоди, я с тобой, братишка, – отозвался Олли. – С секирой в руках нам, гномам, и медведь нипочём.
Кутаясь в плед, гном выбрался из саней и взял топор, который прихватил во время бегства из логова гоблинов. Вид у него был довольно нелепым, а в сочетании с серьёзной решительностью на лице, пожалуй, даже смешным. Кроме того, оказалось, что во время бегства Олли в спешке натянул на ноги два разных сапога – один чёрный, а другой коричневый. В другое время Пако бы непременно от души рассмеялся, но близость зловещей находки держала всех в нервном напряжении. Проследив за скептическим взглядом хоббита, гном заметно сконфузился, поспешив объясниться:
– Это я, того… когда бежали от орков, некогда было искать пару, ну я и схватил, первые, что под руку попались. Не весна ведь, босиком по мёрзлым камням далеко не уйдёшь.   
– Ладно, не стоит терять время, пойдёмте, – чуть заметно улыбнулся Пако и шагнул в направлении темневшей в тумане туши погибшего животного.
На окровавленном снегу лежали останки задранного лося. Тело животного было настолько истерзано, что теперь его можно было опознать лишь по оставшимся нетронутыми рогам. Рядом на снегу ясно виднелись следы лап огромного волколака.
– Деревянная наковальня! – Ругнулся Олли. – Это кто же его так?! Ничего подобного в жизни не видел! А следы то какие огромные!
– Это сделал Гаурход, – тихо произнёс Пако. – Этот зверь преследует нас уже несколько дней, и если вы, сударь, хотите оказаться подальше от неприятностей, которые следуют за нами по пятам, то лучше будет, если вы оставите нас как можно раньше.
– Что?! – Искренне возмутился Олли. – Гномы никогда не бросают друзей в беде! А, кроме того, я ваш должник и буду защищать вас, пока в моих жилах течёт горячая кровь рода Дьюрина!
– Спасибо, сударь, я совсем не хотел вас обидеть, – быстро поправился Пако.
– Я лично доведу вас до Железного Взгорья, – завёлся Олли, – и даже этот, как его там…
– Гаурход, – подсказал Пако.
– Да, Гаурход, укуси его орк за печёнку! Кем бы он ни был, не помешает мне это сделать! – Пылко заявил гном. Немного успокоившись, он внимательно осмотрел место разыгравшейся драмы и сказал: – Надо бы поглядеть, куда ведут его следы – так мы будем хоть приблизительно знать, откуда ждать его появления.
Гном подошёл к изуродованной туше и медленно обошёл вокруг.
– Да, мой юный друг, судя по следам лап, это страшилище просто огромное, – взволнованно произнёс Олли. – Эх, мне бы сейчас кольчужку… ну хоть самую завалящую!
Пако не спеша приблизился к гному и обратил внимание, что вереница огромных следов уводит в юго-западном направлении, а чуть дальше сворачивает на юг.
– Похоже, ему хорошо известно, куда вы стремитесь попасть, – настороженно сказал гном.
– Да, мастер Олли, мы уже поняли это немного раньше, – согласился Пако, – а потому вы бы лучше ещё разок хорошенько подумали, прежде чем продолжать путь вместе с нами.
При этих словах гном вновь сердито свёл брови и недовольно покачал головой, но на этот раз промолчал.
– Куда поедем теперь? – Спросил Нобби, незаметно подошедший к собеседникам.
– Туда же, куда ехали и до этого, – глухо ответил Пако, – а какой у нас выбор? Мы ведь должны добраться до Железного Взгорья, так ведь? К тому же, куда бы мы не направились, он всё равно не оставит нас в покое – так сказала госпожа Сериндэ.
– Ладно, ребятки, раз уж вы непреклонны в своём решении, то пора отправляться в путь, – сказал Олли. – И всё же я никак не могу понять, отчего этот Гаурход к вам привязался?
– Хорошо хоть он не набрёл на наш след, – пробормотал Пако, пропустив вопрос гнома мимо ушей. – Должно быть, вначале он решил, что мы оторвались от него далеко на юг, и ушёл следом, но, не отыскав наших следов там, вернулся назад. Теперь он станет поджидать нас где-то впереди.
– Нет, ждать он не станет, – возразил Олли. – Ему сейчас достаточно найти след саней на снегу, а затем догнать вас, то есть… я хотел сказать нас.   
– Тогда пора бы нам трогаться в путь, – испуганно пробормотал Нобби, которого слова гнома повергли в настоящий ужас.
– Верно, приятель, – охотно согласился Олли. 
Путники вернулись к саням, где их терпеливо поджидал Лимпи и, не теряя времени, пустились в дорогу.
Ехали молча, и каждый с замиранием сердца вглядывался в каждое темневшее на фоне молочной пелены пятно. Как правило, эти пятна оказывались прогалинами на покрывале таявшего снега, но несколько раз в туман стремительно уносило ноги какое-то испуганное животное. Олли не выпускал из рук секиры, потому как следы Гаурхода то исчезали, то вновь пересекали путь движущихся вперёд саней. Каждый из путников ясно осознавал, что чудище могло в любое мгновение преградить дорогу, и все понимали, что в этом случае всё закончится быстро. Даже Олли сжимал топор в руках скорей для самоуспокоения.
После полудня туман сильно поредел, и сквозь его призрачный занавес впереди и справа проступили очертания выстроившихся у восточного окончания Серых Гор островерхих скал.
– Видите вон ту скалу, круто обрывающуюся у восточной стороны горного хребта? – Указал Олли рукой вдаль по ходу движения саней. – Её называют Межевым Камнем. Этой скалой заканчиваются на востоке Серые Горы, а к югу от неё простирается Рованион. Там уж и рукой подать до Железного Взгорья.
Однако, несмотря на хорошую новость, никто не проронил ни слова, а тревога не рассеивалась. Кто мог знать, что ожидает путников впереди? Каждый хорошо понимал, что если Гаурход не отыщет их к югу, то скорей всего затаится где-нибудь между скал и станет терпеливо поджидать там. Кроме того, он вполне может и наткнуться на оставленный санями след, и тогда всё будет кончено. Все эти тревоги и опасения не давали путникам покоя, и они выглядели усталыми и измождёнными. Олли никак не мог понять, что нужно гигантскому зверю от трёх безобидных малышей. Гном чувствовал, что от него что-то скрывают, и это не давало ему покоя.
Межевой Камень с каждым часом пути становился всё ближе и ближе и название «скала» для этой громады, мрачно возвышавшейся над пологими холмами пустошей, выглядело, по меньшей мере, скромно, потому как это скорее была настоящая гора, отстоящая немного поодаль от основной цепи гор. Межевой Камень чем-то напоминал перевёрнутое вверх дном ведро. Склоны горы были круты и неприступны, а верхушка поросла низкорослыми елями и соснами.
– А что это там возвышается на самом краю? – Спросил Нобби, указывая на приземистую башню с черневшими глазницами пустых бойниц и примыкавшую к ней полуразрушенную зубчатую стену.
– Это Крепость Странников, – ответил Олли, – и там уже давно никто не живёт.
– А кто они, эти странники, и что с ними сталось? – заинтересовался уже Лимпи.
– Это были люди, пришедшие с запада, – обрадовался гном возможности поговорить. –  Давно уж это было. Я знаю лишь то, о чём рассказывал мне мой дед. Странники в этих краях всегда были изгоями и всех сторонились. Мы, гномы, о них ничего толком не знаем. Пришельцы прожили тут чуть больше чем полста лет, а затем исчезли, словно их тут никогда и не было. Да и не удивительно это. Должно быть, их выжили отсюда драконы, которых в былые времена здесь водилось в избытке. Теперь о странниках напоминает лишь эта башня, да примыкающие к ней стены. Это всё, что мы знаем о хозяевах крепости.
Слушая короткий рассказ гнома, Пако попытался представить себе, что заставило странников прийти в эти суровые края и искать здесь прибежища: – Возможно, это был голод, – думал он, – а может быть и война согнала их с годами обжитых мест, и тут они искали спасения от безжалостных захватчиков. – Пако любил пофантазировать, и в его грёзах мрачная башня быстро обросла ореолом притягательной таинственности.
– Теперь держи немного правее, друг, – отвлёк гном Пако от размышлений. – Видишь ту пологую седловину между Межевым Камнем и остальной цепью гор. Правь к ней. Это Перевал Обречённых.
Услышав столь удручающее название, Нобби не удержался и спросил: – А почему этот перевал назвали таким мрачным именем? Может быть, нам не стоит туда соваться?
Увидев испуг на лицах спутников, гном заулыбался и сказал:
– Дело в том, ребятки, что это грозное название перевал получил ещё в те годы, когда в Гиблых пустошах водились драконы. Нынче от этих древних тварей остались одни разбросанные по пустоши кости.
– Да ну! – Удивился Нобби. – Это какой же древний герой обладал такой силой, что смог одолеть драконов?
– Не герой, мой дорогой друг, а жадность, – улыбнулся Олли. – Жадность убила их всех одного за другим. Хотя, наши сокровища тоже сыграли в этом немаловажную роль.
Друзья недоверчиво посмотрели на гнома, подозревая, будто он их просто разыгрывает, словно малых детей. Однако Олли оставался вполне серьёзен. Говоря, он энергично размахивал руками, словно пытаясь показать ими, как всё было на самом деле.
– Дело в том, что эти проклятые твари долго не давали житья нам, гномам, – продолжал Олли. – Уж и не знаю, откуда у них такая страсть к золоту и искусно сработанным вещам и украшениям, но в минувшие века они частенько нападали на наши караваны. Много доблестных гномов погибло в неравных схватках, пытаясь не дать завладеть древним червям своими сокровищами, однако ни разу моим предкам так и не удалось оказать чудищам хоть сколько-нибудь существенного отпора. Именно в те годы перевал, к которому мы сейчас с вами направляемся, и получил своё название. Драконы всегда уносили награбленное в Гиблые Пустоши, и всякий, кто отваживался перевалить через этот перевал, чтобы вернуть свои фамильные ценности, более не возвращался назад. Так это место и стало называться Перевалом Обречённых.
– А что если кто-то из драконов остался в живых? – Забеспокоился Нобби.
– Нет, мой друг, – заверил гном хоббита. – Последнюю из этих ужасных тварей уж более семидесяти лет назад сразил метким выстрелом Бард Лучник из Озёрного Города.
– А куда тогда подевались все остальные? – Спросил на этот раз уже Пако.
А остальных как раз и убил тот, который пал от стрелы Барда, – пояснил Олли. – Смогом звали того ненавистного червя, и он долго был в наших краях, словно кость в горле. Так вот… о чём это я? Ах да! Всё дело в том, что когда эти огнедышащие твари натащили сокровищ столько, что те уже не вмещались в их логова, они внезапно повздорили и стали друг с другом соперничать. Мало-помалу среди них выявились сильнейшие и начали убивать своих собратьев, чтобы завладеть и их сокровищами тоже. Таким образом, они и перебили друг друга, избавив всех нас от больших проблем.
Слушая рассказ гнома, малыши невольно поглядывали на раскинувшиеся вокруг Гиблые пустоши и пытались представить себе, как некогда тут сходились насмерть огромные огнедышащие твари, оглашая окрестности яростным рёвом. А сколько награбленных сокровищ всё ещё хранили эти земли, оставалось лишь догадываться.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #307 on: 14/09/2022, 10:46:07 »
На Запад

Глава 23

Горные старатели

2 часть

Между тем близился вечер, и за разговорами о былых лихих временах путники подъехали к подножию перевала. Начался неспешный подъём вверх. Чтобы облегчить работу порядком подуставшему Угольку, все выбрались из саней, и стали подниматься пешком. Перевал не был высок, и Олли сказал, что ещё до наступления сумерек они перевалят на южный склон.
Вскоре поднимавшихся в гору путников обступили стройные сосны, и под кронами деревьев снежный покров оказался почти нетронутым тёплыми ветрами юга. Это обстоятельство очень обрадовало друзей, ибо у них появилась надежда, что раз уж снег окажется и по ту сторону перевала, то им не придётся расставаться с Угольком. Но больше радовал тот факт, что на глаза уже давно не попадались следы Гаурхода. Чтобы не сглазить, об этом никто не решался заговорить, но именно это обстоятельство придавало сил двигаться дальше с верой, что всё закончится хорошо.
Когда путники достигли седловины перевала, уже начало смеркаться. Под быстро темневшим небом, друзья успели разглядеть к югу пологие холмы, поросшие редкими оазисами скупой растительности и простиравшиеся до самого горизонта. Снег лежал лишь у подножия гор, а дальше виднелась лишь серая каменистая земля. Правее к западу тёмной полоской протянулся лес, на подступах к которому высилась одинокая гора. За лесом, на фоне закатного неба, виднелась убегавшая на юг горная цепь.
– Во-он оно, Железное взгорье, – указал Олли рукой в юго-восточном направлении заметив, что малыши молчаливо смотрят на восток. – Ещё пара-тройка дней и мы будем на месте.
Там, куда указывал Олли, действительно виднелось скопление гор, однако те горы не были такими высокими и неприступными как Серые горы. Может быть, так казалось потому, что Железное взгорье было далеко, но скорей всего те далёкие горы и в самом деле были небольшими.
– Не глядите, друзья, что эти горы не столь высоки, как остальные, – заметил Олли. – Поверьте мне на слово, вы не найдёте более уютных пещер, чем те, которые мы высекли под Железным Кряжем и гномьей общины дружней, чем наша. Да что я говорю, через несколько дней сами в этом убедитесь. 
Но гном ошибся, ведь его спутники думали совсем о другом. Где-то там, восточнее Железного взгорья, ожидая своей участи, томились в безвестности нимлондцы. Это за них переживали маленькие путешественники и всё, на что они решились, делалось ради спасения эльфов Эсгалдора.
Пако задумчиво вглядывался в угасающий горизонт, вспоминая Тэльтинвэ и Эвингила. Он не мог знать наверняка, живы ли его друзья, ведь с момента, когда они расстались, пролетели уже почти две недели. За это время войско Атармарта вполне могло сжечь дотла весь Хаэрастский лес и угнать далеко на север всех тех, ради кого было потрачено столько усилий. Тревожные мысли не покидали хоббита, и это делало его угрюмым и опечаленным.
– Мы не должны терять время, – беспокойно проговорил Пако, нарушив молчание. Нужно как можно скорее достигнуть Железного взгорья, а иначе все наши усилия окажутся бесполезными!
– Но, быть может, мы хотя бы немного отдохнём после длительного подъёма? – Спросил Олли, тяжело дыша.
– Только самую малость, мастер Олли, – коротко ответил Пако. – Большего мы не можем себе позволить. Где-то там, на востоке, наши друзья ждут помощи и им больше не на кого надеяться. Быть может, они уже отчаялись, а может… даже страшно об этом думать. Иными словами мы продолжим путь задолго до рассвета.
– Как скажешь, друг, – устало вздохнул Олли.
– Только что это за отдых такой, если у нас и еды нормальной нет? – Недовольно буркнул Нобби. – Я уже начинаю забывать, что такое настоящий хоббитовский ужин.
– Ты же знаешь, что голодным не останешься. У нас всё ещё есть лепёшки Меретина, – подсказал Пако.
Услышав об «обманных лепёшках» Нобби скривился и недовольно пробормотал:
– Морковки что ли пожевать вместе с Угольком?
– Вся морковка здесь только для нашего четвероногого друга, – строго предупредил Пако. – Мы терпели уже много дней, значит перебьёмся ещё один.
– Умираю, как хочется настоящей хоббитовской еды, – никак не мог успокоиться Нобби.
– Лучше возьми и пожуй лепёшку. Глядишь и умирать не придётся, – сказал Пако и раздал всем по «обманной лепёшке». Последнюю он протянул Нобби, и тот, хоть и с недовольством, но всё-таки принял её из рук друга.
Олли быстро сжевал свою лепёшку и сразу начал восхищаться её чудесным свойством утолять аппетит, а когда гному сказали, что он съел эльфийский хлеб, то он тут же побледнел и растерянно проговорил:
– Ежели бы вы сказали мне это раньше, я бы даже не взглянул в сторону этого хлебца. Мы, гномы, не очень-то доверяем эльфийским чарам и считаем, что от них лучше держаться подальше.
– Да не переживайте вы, мастер Олли, – поспешил успокоить гнома Пако, – мы эти хлебцы уже целую неделю едим и ничего плохого с нами не приключилось. К тому же это угощение наших друзей.
– Ваши друзья эльфы? – Обескуражено выдавил из себя гном и надолго замолчал.     
– Давайте лучше отдыхать, пока можно, – перевёл Пако разговор в другое русло. – Хорошо хоть тут не так холодно, как на равнине.
Разместившись в санях поудобней и тесно прижавшись друг к другу, друзья закрыли глаза и попытались заснуть. Лимпи вызвался посторожить их покой и накормить Уголька. Когда кабанчик расправился с положенной ему вечерней порцией морковки, Лимпи тоже забрался в сани и, чтобы не замёрзнуть, закутался в плед.
– Эх, покурить бы, да ни трубки, ни табачку нет, – неожиданно вздохнул Олли, не открывая глаз.
– Ну предположим табачок найдётся, а вот с трубкой будет посложней, – отозвался Пако.
– А я бы с удовольствием у костерка погрелся, – отрешённо пробормотал Нобби. – Интересно, где сейчас все наши? Мельхеор сказал, что они отправились в Харбад.
– Ты о своих родных говоришь? – Спросил Олли.
– А о ком же ещё? – Недовольно буркнул Нобби.
– А что хоббитам делать в Харбаде? – Удивился гном. – Насколько я знаю, вы, ребята, не очень-то переносите наши подземные жилища, какими бы роскошными они ни были.
– Да, это так, – сокрушённо вздохнул Нобби.
– Ну тогда что вынудило ваших родичей направиться в Харбад? – Искренне заинтересовался Олли.
– Как что? – Удивился Нобби. – Вы что же, совсем ничего не слышали?
– А что именно я должен был слышать?
– А то, что война с севера надвигается!
– Что ты такое говоришь? – Встревожено пробормотал гном. – Какая такая война? Саурона то уже скоро два десятка лет как нет в нашем мире. Сокрушили его, да и от твердыни его в Мордоре мало что осталось.
– Не знаю, о чём это вы, мастер Олли, – вмешался в разговор Пако, – но мой друг сказал правду. Я не знаю ничего ни о каком Сауроне, зато мне многое известно об Атармарте. Про него то вы хоть что-нибудь слыхали?
– Какой ещё Атармарт? – Удивлённо спросил гном.
– Скоро услышите, – тяжело вздохнул Пако. – С севера этот демон явился, а нынче его войско стоит у Хаэрастского леса. Насколько я знаю, это не так уж и далеко от Железного Взгорья.
– А вам то, мальцам, откуда это известно? – Уже ни на шутку разволновался Олли.
– Просто знаем и всё тут, – несколько резко отрезал Пако, не желая вдаваться в дальнейшие подробности.
– Но если это правда, тогда нужно предупредить наших под Железными Горами! – Смекнул гном.
– Именно за этим мы туда и направляемся, – спокойно сказал Пако и закрыл глаза, намереваясь немного поспать.
– А наши наверное сидят сейчас в Харбаде, в одном из тамошних трактиров за кружечкой пива и нас вспоминают, – мечтательно вздохнул Нобби. Он примостился поудобней, собираясь последовать примеру друга.
А гном разволновался не на шутку. Не в силах усидеть на месте, он вскочил с саней и начал прохаживаться взад-вперёд, сложив руки за спиной. В распарованных сапогах, в пижаме и наброшенном на плечи, на манер хитона, пледе, Олли выглядел совершенно нелепо. Он с тревогой вглядывался в сторону Железного взгорья, но его мысли были направлены дальше, туда, откуда, по словам хоббитов, исходила невидимая угроза.
Хоббиты уже засыпали, когда раздался взволнованный голос Олли:
– Друзья! Я вижу огонь!
– Где? – Встревожено выдохнул Лимпи, а Пако и Нобби тут же открыли глаза.
– Да вон же, – указал Олли. – Не иначе как наши лагерь разбили.
Хоббиты вскочили с саней и тоже стали пристально вглядываться в темноту опустившейся ночи. Заметить огонёк было совсем нетрудно – он мерцал между деревьями, где-то у самого подножия перевала, с южной его стороны.
– Кто бы это мог быть? – Забеспокоился Нобби.
– Думаю, это наши, – уверенно проговорил Олли. – Надо идти вперёд, ведь там мы найдём приют и славный ужин.
– А если это не ваши, – с сомнением пробормотал Нобби, – что тогда?
– Тогда мы сами станем ужином, – подсказал Пако. – И если два дня назад нам повезло, то на этот раз всё может оказаться значительно хуже.
– Да бросьте вы, друзья, по южную сторону от Серых гор нынче нет орков. В последние годы они сюда не суются.
– Зато здесь вполне может оказаться Гаурход, – настороженно буркнул Лимпи.
– Ну эта тварь уж точно не сможет разжечь костёр, – возразил Нобби.
– Верно, – согласился Пако.
– Тогда вперёд, друзья, – обрадовался Олли. – Чую я, что этим вечером нас ждёт жаркий огонь, компания друзей и сытный ужин!
– Всё равно надо быть осторожными и не соваться туда всем вместе, – остудил Пако пыл гнома.
– Мы так и сделаем, мой юный друг, – сходу согласился Олли, – но для начала надо бы подобраться ближе к огню, а там и решим, кто из нас пойдёт в разведку.
Путники осмотрелись по сторонам; в ясном небе светил узкий серп луны и света было вполне достаточно, чтобы разглядеть темневшие на фоне снега стволы деревьев. В конце концов, после непродолжительного совещания решили последовать уговорам гнома, разместились в санях и начали осторожный спуск вниз.
Теперь Угольку приходилось не тащить сани за собой, а придерживать их, чтобы они сами собой не скатились со склона. Дорога не заняла много времени, однако уже на подъезде к цели Уголёк неожиданно оступился, и сани заскользили вниз помимо его воли. Уголёк упирался изо всех сил, но гружёные сани были до того тяжелы, что усилий кабанчика не хватало, чтобы их остановить. Всё произошло очень быстро, и никто не догадался соскочить на землю, чтобы облегчить Угольку ежесекундно усложняющуюся задачу.
Не в силах совладать с набирающими ход санями, Уголёк не на шутку перепугался и начал громко визжать, потом под полозьями раздался оглушительный скрежет и треск – это в низине закончился снежный покров и, набрав ходу, сани заскользили уже по опавшей хвое и сухому валежнику. Что тут началось! Треск ломающихся ветвей, визг разгорячённого животного и крики объятых ужасом пассажиров беспрепятственно разносились на многие лиги вокруг. Казалось, от этого шума переполошится даже Железное взгорье, отстоявшее от здешних мест на десятки лиг многодневного пути.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #308 on: 14/09/2022, 10:47:17 »
На Запад

Глава 23

Горные старатели

3 часть

Сани стрелой неслись прямо на мелькавший между стволами деревьев огонь и несчастному, перепуганному кабанчику приходилось во всю прыть перебирать ногами, чтобы сани не подмяли его под себя. Уголёк скакал как конь и, должно быть, никогда до этого момента, и никогда после, уже ни один его родич не бегал столь стремительно. Неожиданно из-за очередного древесного ствола впереди показался большой костёр. Чтобы не попасть прямо в огонь, Уголёк резко метнулся в сторону, и несущиеся за ним сани на всём ходу полетели кувырком вперемежку с пассажирами. К счастью в костёр никто не угодил, а вот сани, зацепившись за кочку, перелетели через огонь по воздуху и на лету врезались в ствол могучей сосны. Тут же во все стороны полетели щепки, и сани в один миг превратились в груду разбросанных по всей поляне обломков.
Пако выплюнул набившиеся в рот пожухлые листья и с трудом перевернулся на спину. Его ноги и руки ныли от многочисленных ушибов, но было похоже, что все кости остались целы, что после подобного головокружительного падения казалось невероятной удачей. Хоббит прислушался и услышал совсем рядом жалобные стоны Нобби. С трудом поднявшись на четвереньки Пако подполз к другу.
– Нобби, дружище! – Обеспокоенно позвал он. – Ты жив?!
– Ох-хо-хох, – жалобно стонал Нобби будто бы и вовсе не слышал друга. – Мои ручки, мои ножки, моя бедная голова! Я умираю.
– Ты что же это такое говоришь? Не смей! – Не на шутку испугался Пако и стал наспех ощупывать руки и ноги страдальца.
– Ой-ой-ой-ёй! – Вскрикнул Нобби от боли, и Пако резко отдёрнул руки.
– Ну-ка отойди, малец, дай я посмотрю, – раздался голос за спиной.
 С трудом соображая, что происходит, Пако отполз в сторону, решив, что это Олли, но обернувшись, в свете огня увидел гнома в стёганой куртке, поверх которой была надета кольчуга.
– И когда это он успел одеться? – Подумал про себя Пако, и, осознав, что это уже другой гном, словно пружина вскочил на ноги.
– Да ты не кипятись так, дружок, мы ведь не грабители, – раздался другой голос уже над самым ухом.
– Тогда кто же вы? – Испуганно пискнул Пако.
– Не бойся, парень, мы горные старатели с Железного взгорья. Тебе нас бояться нечего, – послышался уже третий голос.
– Ага, старатели, так я вам и поверил. А кольчуги то на вас зачем? От камнепадов что-ли защищаться? – Выпалил Пако и тут же об этом пожалел, испугавшись своей неожиданной дерзости.
– Если носим кольчуги, значит есть причина, – сурово ответил один из гномов. – На днях в этих местах зверь объявился, да и не зверь, а просто страшилище настоящее. Никогда ничего подобного в этих краях не видывал. Будто бы волколак, но огромный – с быка, а может и как два быка. Глазищи красным горят, словно угли, шерсть чёрная, как смола. Вот и ходим теперь в кольчугах – кто знает, когда он вновь объявится…
При упоминании о страшном звере Пако сразу смекнул, что не так уж и плохо то, что он и его друзья внезапно оказались здесь, в компании вооружённых гномов.
Пако осмотрелся по сторонам и в сполохах горевшего костра, над которым жарился большой аппетитный окорок, увидел не менее десятка других гномов, не замеченных им сразу. Внезапно хоббита словно молнией поразило осознание, что он нигде не видит своего ранца с сокровенным грузом. Ещё мгновение и, забыв обо всём на свете, Пако начал лихорадочно шарить руками под ногами недоумевавших бородачей. Под руки хоббиту попадались коряги, обломки разлетевшихся в щепы саней, разбросанная по всей поляне морковка Уголька, но только не ранец. Мысль о том, что утеряно то, без чего все попытки помочь эсгалдорцам, будут обречены на провал, сводила Пако с ума. Хоббит готов был расплакаться…
– Что это с тобой, малец? – Спросил гном, которого Пако в темноте схватил за ногу. – Потерял чего?
– Где-то здесь должен быть мой ранец, в котором… – запнулся Пако, вовремя сообразив, что вот-вот проговорится.
– Не это ли ищешь, друг? – Спросил другой гном, протягивая Пако драгоценную сумку.
Пако с надеждой осмотрел протянутый ему ранец и вздохнул с облегчением – пропажа была найдена. Он ревностно прощупал медные пряжки и, убедившись, что они надёжно застёгнуты, немного успокоился. Разумеется, хоббита подмывало собственноручно убедиться и в наличии диадемы, но открывать сумку он побоялся из-за опасений, что свет Ромэнсильмэ выдаст его драгоценный груз. Теперь настало время разыскать Лимпи и Олли.
Гном нашёлся сам. Как выяснилось позднее, он успел на ходу спрыгнуть с саней ещё до того, как они перевернулись, и потому пострадал меньше всех. Лепрекона Пако тоже увидел почти сразу – тот, прихрамывая, ходил по краю освещённого костром пятачка поляны и, потирая ушибленный лоб, вглядывался в темноту. Лишь теперь Пако понял, что нигде не видно лишь одного Уголька. – Должно быть, бедный кабанчик был так напуган, что убежал от огня и незнакомых гномов подальше в лес, – решил Пако и не ошибся.
– Олли? – Послышался в стороне радостный, с хрипотцой, возглас. – Старина! Да ты ли это?! Не верю своим глазам! Я уж и не надеялся увидеть тебя в живых! Как тебе удалось вырваться из лап орков? Они ведь утащили тебя в ту злосчастную ночь, как и нескольких других наших ребят!
Гномы крепко обнялись, будто не виделись сотню лет и, подсев к огню, начали неторопливый разговор.
Вскоре Пако услышал с окраины поляны осторожное похрюкивание, в котором нельзя было ошибиться – это был Уголёк. Кабанчик опасливо шагнул в круг света и, схватив одну из разбросанных повсюду морковок, вновь убежал в темноту. Лимпи скрылся во тьме вслед за хрюшкой и вскоре вернул его на освещённую поляну.
Когда все были найдены, Пако вернулся к стонущему Нобби и, став на коленях рядом с гномом, оказывающим хоббиту помощь, взволнованно спросил:
– Ну как он, переломов нет?
– К счастью нет, мой юный друг, – ответил гном, осматривавший Нобби. – Но вот вывихов и ушибов не счесть. Это конечно дело неприятное, но через несколько дней пройдёт. Ну-ка, ребята, – повернулся гном к товарищам, – давайте-ка перенесём его к огню, а то замёрзнет ведь парнишка на холодной земле.
С десяток крепких мозолистых рук тут же подхватили Нобби и, стараясь как можно меньше тревожить его ушибы, аккуратно перенесли к затухавшему костру. Хоббита уложили на расстеленный матрац и укрыли тёплым пледом. Пако подобрал на земле одно из валявшихся на земле после аварии одеял и тоже подсел к огню. Его мыслями тут же завладел аппетитный окорок на вертеле, который уже начинал подгорать. Жир с него капал в костёр и громко шипел на тлеющих углях. И хотя после эльфийских «обманных» лепёшек Пако был не голоден, но сейчас не отказался бы отведать настоящей еды.
Мало-помалу к огню начали подтягиваться и остальные. Лимпи успокоил Уголька, собрал разбросанную на месте крушения саней морковку и, оставив кабанчика с лошадками горных старателей, присоединился к Пако.
Гномы подбросили в огонь дров, чтобы тот не угас совсем и стали слушать историю чудесного вызволения из уст Олли.
– Да положи ты свою сумку рядом, парень, – обратился один из старателей к Пако, – что у тебя там, полный рюкзак мифрила, что-ли?
В опасении, что гномы могут что-то заподозрить, Пако решил последовать дельному совету бородача. – Кто его знает, как они себя поведут, если узнают о Ромэнсильмэ? – Размышлял Пако. – Это ведь именно гномы по словам Мельхеора в древние времена убили ради неё владыку эльфов.
Олли рассказывал и рассказывал, а его товарищи внимательно его слушали, и всё чаще поглядывали на малышей. И если бы друзья обратили на это внимание, то они заметили бы, как за короткое время выросли в глазах горных старателей, но их внимание было приковано к доходившему на огне куску мяса. Гномы же теперь видели перед собой не сбежавших из дома шаловливых детишек, а отважных путешественников, преодолевших заснеженную пустыню в самый разгар зимы и заодно спасших от гибели их товарища.
В лесу было тихо, над головой блаженно сияли звёзды, и лишь уханье филина изредка нарушало сон лесной чащи.
Тем временем мясо на вертеле хорошо прожарилось и гном, следивший чтобы оно не подгорело, поднялся и сказал:
– Всё, готово ребята. Хирли, ну-ка помоги мне снять вертел с огня.
С противоположной стороны от костра тут же поднялся названный гном и взялся за другой конец вертела. Поднатужившись, старатели подняли вертел с вбитых в землю рогатин и, оттащив мясо в сторону, стали разрезать его на аппетитные, соблазнительно пахнувшие кусочки. Затем они по кругу раздали мясо всей собравшейся компании и Хирли, деливший мясо, сказал:
– Теперь, ребята, тушите огонь. Будем печь в углях картошку.
Когда огонь погас, стало совсем темно, и звёзды над головами собравшейся компании засияли ещё ярче. Теперь Пако видел вокруг лишь едва различимые силуэты, нечётко выхватываемые из темноты багровыми переливами тлевших углей. Кто-то поднялся и принёс целое ведро картошки, которую тут же закопали в горку углей. Разговоры как-то сами собой стихли и со всех сторон послышалось плямканье и чавканье. Почуяв головокружительный запах мяса, даже Нобби пришёл в себя и теперь уписывал свою долю за обе щеки, а чтобы хоббит мог сидеть, ему подложили под спину свёрнутый соломенный матрац.
Вскоре послышалось несколько щедрых гномьих отрыжек и Хирли, бывший главным распорядителем ужина сказал:
– Ребята, тащите сюда бочонок с пивом, если его до сих пор ещё не прикончил Долли.
Раздался грубоватый смех, и полдесятка гномов поднялись с мест и отошли к повозкам. Вскоре они вернулись. Двое из бородачей тащили увесистый бочонок и, судя по тому, как они пыхтели и кряхтели, до дна этому бочонку оставалось ещё ой как не скоро. Два других гнома шли следом и несли подносы с деревянными кружками, а последний освещал дорогу всем остальным, неся в руках зажжённый факел. Гномы поставили бочонок в центр компании а тот, что нёс факел, воткнул его в землю. Вокруг вновь стало светло.
– Разливайте, ребята, – сказал Хирли гномам, которые возились с кружками.
Наполненные пенным пивом кружки пошли по кругу, пока не оказались занятыми руки всех собравшихся. Над стоянкой быстро разнёсся запах хмельного напитка, и вскоре вновь завязалась шумная беседа.
– Друзья, – сказал старый гном длительное время державшийся в тени. – В свете недавних, странных событий, имевших место нынешним вечером, предлагаю всем нам послушать историю наших гостей, молодого Пако Прыгинса и его друзей Нобби и Лимпи. Полагаю, всем им найдётся, что порассказать нам, ибо, для того, чтобы сегодня оказаться в нашем кругу, они проделали долгий и опасный путь. Стариковский опыт подсказывает мне, что они неспроста пустились в столь рискованное путешествие и теперь пусть поведают нам о целях своего беспримерного перехода через Северные пустоши. Я думаю, всем нам будет интересно услышать эту занимательную историю, тем более что некоторые из вас не раз бывали в трактире Пончерома Прыгинса на Отпорном Перевале и лично знакомы с замечательным дедом одного из наших гостей.
Добрая половина гномов дружно закивала головами, и все взгляды устремились на Пако.
– Прошу вас друзья, – повернулся старый гном к сидящим рядышком Пако и Лимпи.
Пако покосился на Нобби и по глазам друга понял, что тот не собирается ничего говорить. Нобби привык слушать то, что рассказывал ему Пако и в искусстве измышлять небылицы искушён не был. Что касается Лимпи, то лепрекон поспешно подтолкнул Пако в бок, чтобы тот начинал свой рассказ. Так Пако понял, что отвертеться ему не удастся и теперь нужно на ходу сочинить ещё одну историю, которых за свою жизнь он напридумывал немало. Да, давненько Пако не имел столько слушателей, и каких слушателей! На него разом уставились более десятка бывалых гномов, которых, на самом деле, вместе с новоприбывшим Олли, оказалось семнадцать. Будто сговорившись, они дружно достали свои курительные трубки и вскоре в темноте зажглись семнадцать огоньков. Нашлась трубка и для Олли, который тут же включился в состязание пускания дымных колец со своими товарищами.
Все гномы почему-то уставились на Пако и в тишине ждали, когда хоббит соизволит заговорить.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #309 on: 14/09/2022, 10:48:06 »
На Запад

Глава 23

Горные старатели

4 часть

Впервые в жизни Пако действительно было, что рассказать своим слушателям, ничего не выдумывая, и тут он растерялся. Он всё ещё не решил, что рассказывать стоит, а про что лучше умолчать. Из-за этого он весь взмок и заёрзал на бревне, не зная, куда девать глаза от уставившихся на него взглядов.     
– Ну… это… вроде как война с севера надвигается, – только и смог выговорить хоббит.
При этих словах гномы затаили дыхание, а некоторые даже прекратили курить, ожидая разъяснений.
– Мы конечно с уважением относимся к вашему почтенному деду, господин Прыгинс, – наконец начал гном преклонного возраста, – и у нас нет причин вам не доверять, однако подобное заявление требует основательных разъяснений. Откуда у вас такие сведения?
– Простите, уважаемый, не имею чести знать вашего имени, – уклончиво начал Пако чтобы выиграть время.
– Хорди Мифрильная Жила к вашим услугам, – представился старый гном с заправленной за пояс седой бородой.
– Видите ли, сударь Мифрильная Жила, всё дело в том, что мы с друзьями сами видели эту войну, и у всех нас нет никаких сомнений, что вскоре она придёт и сюда.
При этих словах гномы дружно загалдели, и было сразу видно, что к словам Пако они отнеслись с явным недоверием.
– Тихо! – Гаркнул Хорди и вновь повернулся к Пако. – Продолжайте, молодой человек. Расскажите нам, где вы видели войну, о которой нам тут толкуете?
Оттого, что большинство гномов считают его лжецом, Пако стало обидно чуть ли не до слёз, ведь он говорил чистую правду! Что же тогда будет, когда он расскажет о том, что вместе с друзьями побывал в Эсгалдоре и стал свидетелем многих событий, о которых даже вспомнить страшно? А тут ещё Лимпи едва ли не прислонился губами к уху и чуть слышно шепнул:
– Не рассказывайте им кто я…
– Так о чём же тогда говорить? –  Задумался Пако, взмокнув от напряжения. Он сильно нервничал, однако же, взял себя в руки и продолжил:
– По странному стечению обстоятельств мы с друзьями оказались в Эсгалдоре, что расположен за Окружными горами. Там все мы стали свидетелями ужасной битвы между войском правителя тех мест Тинвэроса Мудрого и несметными полчищами Атармарта, которого эльфы Эсгалдора называют Древним Предателем.
Гномы вновь зашумели. Одни из них снисходительно посмеивались над Пако, другие были в ярости и трясли бородами так, что, казалось, те вот-вот отвалятся. Лишь двое или трое отнеслись к словам Пако с осторожностью и задумались. Спор разгорелся нешуточный, и вряд-ли бы гномы скоро утихомирились, если бы вновь не раздался гневный окрик Хорди:
– Тии-иихо!
Словно по мановению волшебной палочки все мгновенно успокоились и стали ждать, что скажет старший.
– Как я понимаю, – уже спокойно заговорил Хорди, – вы, господин Прыгинс, пытаетесь всех нас убедить в том, что лично побывали в мифическом Эсгалдоре, о котором, кроме странных туманных слухов, более никто ничего рассказать не может. Правильно я вас понимаю?
Недоверие старого упрямого гнома задело Пако за живое, и хоббит неожиданно даже для самого себя вспылил:
– Да! Я сказал всем вам именно это! И у меня есть два свидетеля, которые подтвердят сказанное!
– Успокойтесь, господин Прыгинс, – проговорил гном несколько извиняющимся тоном. – Лично я всегда сомневался во всех тех сплетнях, которые ходят вокруг этого, вашего, Эсгалдора, и надо признать, что иных доказательств в его существовании, кроме некоторых, неведомо кем сработанных безделушек, не имеется. Да, некоторые из наших братьев утверждают, что лично встречались с эльфами, однако где доказательства, что там, за цепью Окружных гор, как вы говорите, существует целое королевство?
В это мгновение Пако внезапно вспомнил про Гиль. Он подумал о том, что если перед гномами появится его маленькая верная подружка, то ему, возможно, удастся поколебать упёртость бородачей и таким образом доказать, что в Средиземье есть ещё много разных дивных вещей, о которых гномы даже не догадываются. Пако стиснул кулаки и, с трудом сдерживая обиду, проговорил:
– Стало быть, вы, сударь, утверждаете, что всего того, чего вы не видели собственными глазами, вообще быть не может?
– Юноша, я прожил в этом мире столько лет, – вновь снисходительно заговорил Хорди, – что вам даже трудно будет себе это представить. И можете поверить мне на слово, что за последние почти сто лет уже ничто не может меня удивить, потому что я исходил эти земли вдоль и поперёк. За свою долгую жизнь я побывал в у берегов безбрежного Белегаэра и на студёных просторах Фородвейта, в прославленном знаменитыми кузнецами Эрегионе и на необъятных просторах Рохана. Судьба забрасывала меня даже в земли лежащие в непосредственной близости от Мордора, некогда бывшего оплотом тёмных сил. Вряд ли найдётся хоть что-то, чем вы можете меня заинтересовать, я уж не говорю о том, чтобы заставить меня чему-то по-настоящему удивиться.
– А если я, всё же, смогу удивить вас всех, – спросил Пако, – тогда вы поверите, что мы с друзьями бывали в Эсгалдоре и что всё, что я сказал вам о войне – правда?
Не успел ещё Пако договорить, как гномы дружно рассмеялись, что ещё больше его раззадорило. Не в силах более сдерживать себя, хоббит полез в карман куртки, но… уже в который раз Гиль там не оказалось.
– Да что же это такое! – Расстроился Пако. – Где же она, когда так нужна! Гии-иль! – В отчаянии позвал он, не обращая внимания на усиливающийся смех. Проверив один карман, Пако полез во второй, но результат оставался всё тот же. Едва не плача от обиды, Пако закрыл лицо руками. Ему хотелось оказаться где-нибудь далеко, далеко, чтобы никто не мог видеть, как он расстроен, но внезапно до него дошло, что смех разом прекратился, и вновь установилась тишина. Хоббит медленно развёл пальцы, чтобы подсмотреть, что происходит и…
Гиль слабо светилась в воздухе над потухшим костром и непринуждённо улыбалась. Её крылышки безостановочно шелестели за спиной на манер стрекозы. Гномы буквально остолбенели. Лица бородачей вытянулись в крайнем изумлении, а некоторые от неожиданности даже выронили свои дымящиеся трубки.
Ещё мгновение и Гиль подлетела к Хорди и, звонко хихикнув, дёрнула почтенного гнома за бороду, отчего тот тут же кувыркнулся через бревно, на котором сидел, на землю. Теперь поверх бревна были видны лишь торчащие ноги Хорди.
– Гиль! Ты что делаешь?! – Испугался Пако. Ну-ка сейчас же полезай в карман и не смей вытворять своих непристойных шуточек!
Гиль без препирательств вернулась к Пако, и на глазах, будто окаменевших, бородачей послушно спряталась в кармане его куртки. Лимпи и Нобби едва сдерживались, чтобы не рассмеяться, но гномы были так ошарашены, будто увидели пещерного тролля. Наконец Хорди закряхтел, перевернулся на живот и, проворчав в бороду что-то неразборчивое, перепугано спросил: – Что это было?
– Простите меня за выходку моей подружки, – виновато отозвался Пако. – Я не ожидал, что она способна выкинуть что-то неуместное со столь почтенными гномами.
– Это что, твоё? – Изумлённо спросил Хорди, отряхнувшись, и опасливо занял своё место в кругу компании.
– Да сударь, – подтвердил хоббит. – Это цветочная фея из Эсгалдора и зовут её Гиль.
– А что она делает в здешних краях, если она из Эсгалдора? – Снова спросил гном.
– Мы вместе путешествуем, – робко ответил Пако.
– Ладно, парень, – всё ещё не в силах прийти в себя выговорил Хорди, – рассказывай нам, что ты знаешь о войне. Мы все тебя внимательно слушаем.

 
Здесь нам нет надобности повторять всё то, что рассказывал гномам Пако, ибо внимательному читателю это уже давно известно. Упомянем лишь, что умолчал хоббит лишь о том, что касалось  Ромэнсильмэ. Гномы слушали Пако внимательно, и ни один из них не дерзнул его перебить до самого конца повествования. Когда же история отважных путешественников подошла к концу, вспомнили о том, что уже поздно и всем пора спать. Засыпая, Пако видел, что у костра остался лишь один Хорди. Гном раздул угли, подбросил в огонь веток и задумался, попыхивая трубкой. Никто не мог сказать, о чём он теперь думает, то ли о невероятном появлении Гиль, то ли о грядущей войне.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #310 on: 21/09/2022, 13:22:10 »
На Запад

Глава 24

Ночной переполох

1 часть

осреди ночи Пако разомкнул глаза и, терзаемый неосознанной тревогой, приподнялся на локтях. Было темно, и лишь тлевшие угли давно потухшего костра всё ещё продолжали переливаться во тьме багровыми сполохами. Вокруг раздавался лишь дружный храп гномов, и никаких иных звуков не доносилось до чутких ушей хоббита. Но что-то невидимое глазам не давало Пако покоя, и заснуть он больше не мог. В тревожном предчувствии хоббит стал всматриваться в темноту, но ничего подозрительного так и не заметил. Напрягать глаза было совершенно бесполезно, и он переключил своё внимание на кучку мерцавших неподалёку углей. Ночь была холодной, и Пако почувствовал, что начинает замерзать. Он подполз ближе к погасшему костру, и раздул небольшой язычок пламени. Подбросив хвороста, хоббит присел у разгорающегося огня и решил, что причина необъяснимого беспокойства кроется лишь в том, что он слегка замёрз. Он с упоением простёр руки над вновь разгоревшимся пламенем и, закрыв глаза, стал наслаждаться растекающимся по телу теплом. Согревшись, Пако быстро забыл о тревожном предчувствии и решил никого не будить. – Пускай себе спят, – размышлял он, – кто знает, может быть такого случая ещё долго теперь не представится – война ведь надвигается. 
Пако подтащил свой ранец поближе и решил, пока все спят, убедиться в сохранности своего драгоценного груза. Но едва он расстегнул одну из застёжек, как пони на окраине поляны всполошились и беспокойно зафыркали. В это мгновение Пако понял, что его странное предчувствие оказалось вовсе не случайным. Тем временем лошадки сбились в кучу, и ночная тишь в одно мгновение наполнилась гулким топотом их копыт. Пако инстинктивно прижал к груди ранец и, не выпуская его из рук, торопливо отыскал спящего Олли и осторожно растолкал его.
– А-а… кто здесь? – Спросонья выпалил Олли.
– Это я, – тихо шепнул хоббит, – Пако Прыгинс.
– Неужто я сильно храпел во сне? – Поинтересовался Олли.
– Да, и это тоже, – согласился Пако, – но я думаю, что надо срочно ещё кого-то разбудить. Пони что-то почуяли и не находят себе места.
– Никак волчья стая неподалёку, – резонно предположил Олли поднимаясь. – Сейчас я растолкаю ещё несколько наших. Всех будить не стоит, потому как впятером, с факелами в руках, мы быстро отпугнём серых разбойников.
Олли скрылся в темноте, и уже через мгновение до Пако донеслось недовольное ворчание разбуженных гномов. Между тем пони растревожились пуще прежнего. Некоторые из них начали призывно ржать, а другие то и дело становились на дыбы. Один крепыш неожиданно оторвался от привязи и галопом поскакал в чащу леса.
– Держите его! – Раздался крик одного из гномов.
Не прошло и минуты, как в лагере поднялся настоящий переполох, и вместо нескольких гномов оказались разбужены все без исключения. Сначала в лагере было ещё совсем темно, потому как маленький язычок пламени, который успел разжечь Пако, был не в силах рассеять окружавшего поляну мрака. Вокруг костерка замелькали тени всполошившихся гномов, поднялся гулкий топот ног и лязг металла. Многие чтобы скорей надеть свою амуницию подбегали к огню, и Пако пришлось поспешно отползти в сторону, чтобы его ненароком не затоптали. Возбуждённо дыша, хоббит прислонился спиной к стволу дерева и стал лихорадочно вертеть головой по сторонам. Внезапно в глаза ему бросились две фосфоресцирующие точки. Сердце Пако ушло в пятки, потому что на него неотрывно смотрели хищные глаза готового сделать смертельный прыжок неведомого врага. Наконец из темноты раздалось злобное рычание. В глотке зверя что-то клокотало и булькало, будто он захлёбывался собственной слюной.
От неописуемого ужаса Пако даже не мог продохнуть. Он хотел бы бежать без оглядки подальше от ночного кошмара, но вместо этого вжался спиной в дерево, не в силах отвести глаз от гипнотизирующего взгляда. В это ужасное мгновение хоббит решил, что его жизнь вот-вот оборвётся, и теперь лишь ждал, когда зверь сделает роковой прыжок.
Тем временем гномы спешно зажигали факела и хватались за секиры. Кто-то подбросил в огонь охапку хвороста, и пламя костра тут же поднялось почти в рост гнома, осветив всю поляну от края до края. То, что до этого виделось Пако лишь двумя светящимися точками, теперь предстало во всей ужасающей действительности – в нескольких десятках шагов от него находился не кто иной, как Гаурход! Будучи уверенным, что жертва никуда от него не денется, волколак не спешил. Пако обхватил ранец левой рукой, а правой стал лихорадочно нащупывать висящий на поясе нож. Нащупав весьма сомнительное оружие, Пако угрожающе выставил его перед собой и спустя мгновение готов был поклясться, что разглядел на морде Гаурхода нечто, напомнившее злорадную ухмылку.   
Медленно, словно в кошмарном сне, чудище приближалось, будто наслаждаясь ужасом, который с каждым мгновением разрастался в глазах хоббита. Казалось, что Гаурход уверен в том, что никто и ничто не в силах помешать ему сделать своё чёрное дело. Наконец раздался низкий утробный рык. Волколак сгруппировался и уже готов был сделать роковой прыжок, когда, откуда ни возьмись, перед ним засветилась во тьме малышка Гиль. Проворная летунья бесстрашно метнулась к морде чудища и ущипнула его за нос. И кто бы мог подумать, что такая кроха сможет причинить огромному волколаку столько боли? Тем не менее, Гаурход надрывно взвыл и в остервенении заклацал пастью, пытаясь поймать обидчицу. Но откуда было волколаку знать, что с Гиль у него нет никаких шансов? Едва ужасные зубы чудища готовы были сомкнуться на тельце миниатюрного создания, как оно тут же исчезало, и смертоносные челюсти  беспомощно хватали одну лишь пустоту. Мгновением спустя Гиль появлялась уже в другом месте и вновь повторяла молниеносную атаку. Разумеется, Гиль не могла причинить Гаурходу хоть сколько-нибудь заметного вреда, но благодаря её вмешательству гномам удалось выиграть несколько мгновений, в течение которых они успели опомниться и, ощетинившись топорами и кирками, сгрудиться вокруг Пако. Блики пламени играли на остро отточенных лезвиях топоров горных старателей, а глаза бородачей горели решимостью.
Не ожидав такого отчаянного сопротивления, Гаурход растерялся. Какое-то время он ещё раздумывал, что делать дальше, и каждый из оборонявшихся готов был поклясться, что сейчас завяжется кровопролитная схватка. Но внезапно воздух прочертил огненный след – это Лимпи вытащил из огня горящую головню и запустил её в волколака. Пущенный снаряд попал Гаурходу в лапу и во тьме брызнул сноп разлетевшихся от удара искр.
Осознав, что время упущено, чудище устрашающе разинуло усеянную жуткими зубами пасть, и по лесу прокатился оглушительный рёв злобы и разочарования. Теперь Гаурходу ничего не оставалось, как убраться восвояси. Чудище медленно попятилось назад, в чащу леса. Вскоре оно слилось с ночным мраком, куда не доставал свет ярко пылавшего костра. Некоторое время из темноты всё ещё были видны два светящихся, налитых злобой глаза, но потом и они растворились в ночи.
Гномы ещё долго опасались расставаться с оружием, напряжённо всматриваясь в окружавший поляну мрак, и лишь когда успокоились пони, потихоньку начали расходиться.
– Что же это за тварь такая? – Спросил кто-то из гномов. – Похож вроде на волколака, но волколаки то меньше этой гадины будут раза в два-три.
– Верно, Булли, – послышался голос старого Хорди. – Полагаю, этот вопрос поможет нам прояснить господин Прыгинс.
– Верно, – одновременно раздались сразу несколько голосов. – Пусть расскажет нам всё, что об этом знает. Неспроста же тварь именно им заинтересовалась, даже пони не тронула, хотя до этого волколаки всегда старались именно пони в лес утащить.
– Что скажете, господин Прыгинс? – Спросил Хорди, заглядывая хоббиту в глаза.
Продолжая сидеть в обнимку с ранцем, на сырой земле, Пако потупил взгляд. Он понял, что утаить от Хорди свои секреты теперь будет очень непросто. В том, что Гаурход преследует именно его, никто из гномов уже не сомневался, и все непременно желали знать, почему это происходит. Но что сказать требующим ответа гномам?
– Что-то мне нехорошо, – жалобно простонал Пако, чтобы хоть как-то выиграть время, для обдумывания истории, стоящей того, чтобы пытаться усыпить ею бдительность старого Хорди и остальных гномов.
– Ладно, друзья, – сказал Хорди, – после недавнего потрясения господин Прыгинс плохо себя чувствует и поэтому он всё нам расскажет при свете дня. А пока готовьтесь к выступлению. На рассвете направляемся домой.
Пако вздохнул с облегчением и стал искать взглядом друзей. К неимоверному удивлению Нобби он обнаружил под одной из повозок, в нескольких десятках ярдов от места, где его уложили заботливые гномы. Лицо хоббита было бледным, а сам он крепко держался за спицы колёс, всё ещё опасаясь вылезать из своего укрытия. Лимпи стоял рядом и пытался его успокоить. Пако поднялся и, подойдя к товарищу, спросил:
– Нобби, как ты здесь оказался?! На тебе ведь после недавней аварии живого места не было?
– А? Что? – Встрепенулся Нобби, будто только заметил подошедшего друга.
– Я говорю у тебя всё хорошо? Руки ноги целы? – Повторил Пако.
– Он что, так и будет нас преследовать до самого Железного взгорья? – Вместо того, чтобы отвечать на вопрос друга, спросил Нобби, беспокойно вглядываясь в черноту подступавшего к поляне леса.
– Думаю да, – тяжело вздохнул Пако.
– Но мы ведь дальше пойдём вместе с гномами? – Вновь спросил Нобби с надеждой.
– Похоже, что да, – не вполне уверенно ответил Пако. – Во всяком случае, я думаю, что скоро этот вопрос прояснится.
– А как ты считаешь, сегодня он уже не вернётся? – Не унимался Нобби.
– Боюсь, что теперь он всё время будет неподалёку, – тихо ответил Пако, – и станет дожидаться более удобного случая, чтобы вновь нанести нам свой визит. С этим теперь уже ничего не поделаешь, а ты бы выбирался, что ли, оттуда, тебе ведь сейчас нужно лежать. Не собираешься же ты сидеть под этой повозкой до самого утра? Думаю, гномы уже укладываться ко сну не станут, а тебе нужен отдых. 
– Да какой уж тут сон, – буркнул Нобби, тем не менее, начав выбираться из-под повозки. И тут из его груди вырвался крик боли – лишь теперь хоббит почувствовал полученные при недавнем падении ушибы и беспомощно распластался на земле.
– Помогите! – Позвал Пако на помощь, и к нему тут же подбежали несколько гномов.
– Как он тут оказался? – Удивился один из бородачей. – На нём ведь живого места нет!
Пако и Лимпи растерянно пожали плечами, а гномы осторожно подхватили стонущего Нобби и аккуратно положили его на место, откуда он удивительным образом умудрился удрать в минуту крайней опасности.
Нобби ещё некоторое время стонал, испытывая боль от потревоженных ушибов, а затем заснул.
Пако и Лимпи устроились рядом с товарищем и стали смотреть, как огонь пожирает подбрасываемые в него дежурным гномом ветки. Остальные старатели готовили повозки к скорому отъезду. Убежавший в лес пони так и не вернулся назад, а искать его, зная, что где-то рядом бродит ужасный зверь, никто не решился. Уголёк был на месте. Старатели определили хрюшку вместе со своими лошадками, и теперь он преспокойно жевал какие-то корнеплоды, которыми его угостил присматривавший за пони гном.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #311 on: 21/09/2022, 13:23:36 »
На Запад

Глава 24

Ночной переполох

2 часть

Рассвета все ждали с нетерпением. Старатели опасались повторения ночного происшествия, а потому добрая половина из них остаток ночи не расставалась с оружием. Разбившись на пары, гномы заняли посты по четырём сторонам света и продолжали дежурство до самого утра. К счастью Гаурход в эту ночь больше не являлся.
Пако и Лимпи, несмотря на все их намерения не смыкать глаз, сморила дрёма. Гномы осторожно уложили малышей рядышком с их пострадавшим товарищем и заботливо прикрыли пледами.
Проснулся Пако оттого, что почувствовал, как кто-то настойчиво трясёт его за плечо. Продрав заспанные глаза, хоббит увидел над собой седобородого Хорди.
– Просыпайтесь, ребятки. Мы готовы выступать и предлагаем вам присоединиться к нашему отряду, пока вместе не достигнем тракта, соединяющего Эребор с Железным Взгорьем. Там вы будете вольны направиться куда угодно по вашему усмотрению, хоть на Железное взгорье, хоть в Эребор, или даже в саму Хоббитанию. Ну что, вы согласны?
Пако хоть и не вполне проснулся, но решительно закивал головой.
– Ну раз уж вы поедете с нами, то у меня есть к вам одна просьба. Дело в том, что ночью мы потеряли пони, и теперь повозка Буллина осталась без одной лошадки. Если вы дадите нам своё согласие, запрячь вашего кабанчика вместе с пони Буллина, мы будем вам очень благодарны.
– Да, мастер Хорди, вы можете взять нашего Уголька, – согласился Пако, сладко потягиваясь. – И мы, конечно же, рады вашему предложению. В нашем положении было бы настоящим безумством отказываться от дружной компании.
– Разумеется, – согласился Хорди. – Похоже что тот ужасный зверь просто так не оставит вас в покое, да и ваш приятель самостоятельно идти сможет лишь через несколько дней. А теперь, раз уж вы согласны, подходите вон к той повозке и забирайтесь в неё, а вашего друга перенесут мои ребята.
– Нет! – Неожиданно запротестовал Нобби, – я смогу дойти сам!
– Как скажешь, приятель, – с сомнением пожал Хорди плечами.
– Ну-ка, ребята, помогите мне подняться, – попросил Нобби товарищей.
Пако и Лимпи подхватили друга под руки и осторожно, чтобы не сделать ему больно, помогли встать на ноги.
– Теперь главное не спеши, – сказал Пако, – и потихоньку мы дойдём.
– А всё-таки упрямые ребята эти хоббиты, – покачал головой Хорди и занялся последними приготовлениями к отправке отряда.
Нобби осторожно переставлял ноги, опираясь на плечи друзей. Было видно, что у хоббита болело всё тело, однако он стиснул зубы и упрямо продолжал шагать вперёд. Когда друзья добрались до указанной повозки, гномы подняли Нобби на руках и уложили его на подстилке из сухой соломы. Пако и Лимпи последовали за другом и, свесив ноги через открытый задний борт, стали наблюдать за суетливыми старателями.
Здесь, по южную сторону Серых гор, было значительно теплей, чем в Гиблых пустошах, а когда из-за облаков выглянуло солнце, можно было подумать, что на пороге весна. Пако снял свои меховые чуни и теперь наслаждался тем, как лёгкий ветерок обдувает шерстку на его мохнатых стопах.
– А всё-таки хорошо, что мы с ними встретились, – тихо сказал Лимпи, кивая в сторону суетившихся гномов. – Ведь Гаурход не оставит нас в покое. Кто знает, что с нами было бы сейчас, если бы мы оказались минувшей ночью одни…
– Ладно, лучше об этом не вспоминать, а то мне и сейчас жутко становится, – нахмуренно буркнул Пако.
Вскоре к Пако, Нобби и Лимпи присоединились Хорди, Олли и ещё один незнакомый гном, и караван тронулся в путь.
Всего в отряде горных старателей оказалось пять повозок, каждая из которых была запряжена двумя крепышами-пони кроме одной, в которую теперь вместо убежавшей в лес лошадки был запряжён Уголёк, не выказавший какого-либо недовольства по поводу соседства с флегматичным пони. Повозка Уголька ехала как раз следом за той, в которой оказались хоббиты и, быть может, именно поэтому кабанчик вёл себя спокойно.
К полудню отряд выехал из раскинувшегося у подножия гор леса на холмистую, покрытую пожухлой травой равнину. Вершины холмов здесь были пустынны, но в ложбинах и оврагах струились многочисленные родники, питавшие влагой густые и зачастую труднопроходимые кустарники. Снега вокруг нигде не было видно даже несмотря на то, что до окончания зимы было ещё далеко.
Отряд ехал по пролегавшей между холмами грунтовой дороге, и повозки жалобно поскрипывали колёсами, переваливаясь на многочисленных кочках и ухабах.
– Ну что-ж, господин Пыгинс, – заговорил Хорди, едва лес остался за спиной, – помнится мне, вы обещали нам поведать о той ужасной твари, которую и волколаком то назвать сложно, а уж я на своём веку, можете мне поверить, повидал всякого. Уверен, что чудище преследует вас неспроста. Разумеется, я также не прочь был бы услышать рассказ о вашем рискованном путешествии через Северные пустоши, потому как из всего сказанного вчера я что-то так ничего и не понял.
Ночью у Пако было время подумать о том, что он скажет проницательному Хорди поутру. Обманывать старого, умудрённого опытом гнома, было рискованно, поэтому Пако решил рассказать всё, как было на самом деле, или почти всё – о Ромэнсильмэ нужно было молчать до последнего.
Хорди слушал Пако внимательно, не выпуская изо рта дымящейся трубки. Рассказ получился весьма длинным и пока хоббит говорил, гном успел выкурить более десяти трубок. Когда повествование было окончено, Хорди выбил пепел из трубки и заправил её новой порцией душистого табачку, после чего сказал:
– Из вашего подробнейшего рассказа, господин Прыгинс, я многое понял, но всё же никак не могу взять в толк, почему всё-таки вас преследует этот ужасный зверь?
– Мы и сами хотели бы это знать, – соврал Пако, – да только разве у него спросишь?
– Давайте, молодой человек, будем строить наши умозаключения последовательно, – предложил Хорди. – С какой целью вы идёте к Железному Взгорью? – Спросил гном, хитровато прищурившись.
– Мы уже сказали вам, мастер Хорди, что жизни наших друзей сейчас в серьёзной опасности, потому как тысячи и тысячи степняков взяли в кольцо Хаэрастский лес. Кроме того, с востока движется огромное войско Атармарта, и все его несметные полчища готовы пойти на всё, чтобы не дать беженцам из Эсгалдора уйти на запад.
– Не понимаю, – снова задумчиво пробормотал Хорди, – зачем этому Атармарту несколько тысяч бегущих на запад несчастных эльфов, если племена вастаков уже признали его своим господином? Этих кочевников ведь в землях Рун несчётные множества. Что-то тут не совсем ясно…
– Мы и сами мало что знаем, – вздохнул Пако, – да только это не меняет нашей задачи. Мы должны помочь друзьям, которые ныне окружены со всех сторон в лесах Хаэраста. Для этого нам нужно встретиться с королём Железного взгорья, чтобы просить его о помощи.
– Запомните, ребятки, – сказал Хорди, придерживая трубку правой рукой в уголке рта, – на Железном взгорье нет короля с тех пор, как под занавес третьей эпохи Даин, Железная Стопа, светлая ему память, ушёл в Эребор. Многие из наших последовали за ним, но далеко не все. Мы ведь прожили на Железном взгорье не одну сотню лет. У многих там оставались кузни, мастерские, да и просто дома и дела, которые не так-то легко бросить, когда для всего этого уже прожита большая часть жизни. Да и Даин не стал настаивать, чтобы за ним последовали все без исключения. Каждый из нас сделал свой выбор самостоятельно. Так вот и получилось, что вместо одной твердыни у нас теперь в этих краях есть две. Так что если вам, ребятки, нужен король, то вам к Одинокой Горе, во-он в ту сторону, – указал Хорди направление дымившейся трубкой. – Ныне там правит сын павшего в бою Даина, Торин Третий, прозванный Каменным Шлемом.
– Нет, нам нужно к Железному взгорью, – решительно возразил Пако. – Пока мы вернёмся с помощью от Одинокой горы, может оказаться уже слишком поздно. Быть может тот ночной монстр и пытается преградить нам путь, чтобы не дать возможности привести подмогу?
– Пожалуй, в этом предположении есть здравый смысл, – согласился Хорди, подумав. – Но в любом случае это чудище, как бы ужасно оно не было, уже опоздало. Это хорошо, что вы вышли прямо на наш отряд, потому что под защитой моих славных ребят вам уже ничто не грозит. Но чтобы убедить Бундина Руку-Молота, который ныне у нас за главного, вам нужно быть очень убедительными, мои юные друзья.
– А почему этого Бундина прозвали Рука-Молот? – Вмешался в разговор Лимпи.
– А это потому, юноша, – гордо ответил Хорди, – что у него такой крепкий кулак, что он способен одним ударом забить пятидюймовый гвоздь в стол по самую шляпку. Я сам, своими глазами, видел, как он это делает. И даже не вздумайте в этом сомневаться, потому что тогда вы нанесёте мне оскорбление.
– А мы и не сомневаемся, – поспешил успокоить гнома Пако, и сидевший рядом Лимпи тоже энергично закивал головой в знак согласия.
– Это хорошо, ребятки, и поэтому мы с вами точно поладим, – улыбнулся старый гном. – Что-ж, мои друзья, – вздохнул он, – в этой беседе многое стало на свои места и теперь мне всё более-менее понятно.
Хорди задумчиво пыхнул в воздух сизым дымком, а затем внезапно оживился и прокричал:
– Эй, ребята! Вам не кажется, что пора бы нам спеть? Ну-ка, Хирли, Трори! Запевайте нашу подорожную!
Словно по волшебству в руках у гномов, ехавших в следующей повозке, появились скрипки и флейты, а один из них даже достал откуда-то виолончель. Ещё мгновение и полилась музыка, а те, кому не хватило инструментов, дружно запели:

Дорога зовёт нас вперёд и вперёд,
Туда где рождаются зори,
За спуском подъём, а затем поворот
Увидим вершины мы вскоре.

Но мы равнодушны к сиянью снегов,
Залитых полуденным светом,
Нас тянет к безмолвью ушедших веков,
Сокрытым в тиши самоцветам.

Не сыщешь мест для нас милей,
Покоев подгорных чертогов,
Где в полном безмолвии залы хранят
Сокровища горных истоков.

Нам музыка кирок слаще баллад,
Что можно услышать под небом,
И блеск самоцветных каменьев глубин
Манит нас скитаться по свету.

Так они и ехали в ложбинах меж холмов, и музыка не стихала почти до самого вечера. Мелодии сменялись одна другой, а Пако слушал и дивился, насколько песни гномов разнятся с песнями эльфов. Эльфы пели о радости и печали, любви и ненависти, а вот гномов больше интересовали сокровища горных недр, которые радовали глаз и отяжеляли их карманы и сундуки.
Утром второго дня пути к Железному взгорью на глаза путникам, на горизонте, вновь попался силуэт Гаурхода. Зверь на мгновение появился со стороны Северных пустошей, на вершине одного из бесчисленных холмов, что высились тут повсюду, и тут же скрылся из виду.
– Ишь, злобное отродье, – проворчал Хорди сурово прищурившись. – Никак не может смириться со своей неудачей позапрошлой ночью. Должно быть, всё ещё надеется осуществить свой лиходейский план.
Пако молчал и с ужасом думал о том, что эта ужасная зверюга ни за что не оставит его в покое. Сейчас ему отчаянно хотелось вернуть диадему хозяйке, но смекнув, что тогда чудище будет охотиться уже за Тэльтинвэ, передумал.   
Благо на следующее утро Гаурхода нигде не было видно, и во второй половине дня малыши немного приободрились. Они пригрелись на солнышке и радовались налетавшему с юга ветерку, который впервые за последнюю неделю помог им по-настоящему согреться.
Ближе к вечеру отряд выехал на хорошо укатанную грунтовую дорогу и повернул на восток. Теперь приземистые вершины Железного взгорья виднелись впереди по пути следования отряда, а Хорди сказал, что если ехать не останавливаясь на ночлег, то к завтрашнему утру отряд будет на месте. Когда Пако стал уговаривать Хорди так и поступить, тот согласился, и ночь перед прибытием в подземный город гномов Железного взгорья путники провели в дороге.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #312 on: 07/10/2022, 10:52:10 »
На Запад

Глава 25

Парад сюрпризов

часть 1

Всю ночь ехали без остановок, и утро застало путников в беспокойной дрёме. Повозки монотонно поскрипывали на ухабах каменистой дороги, а горизонт на востоке медленно окрашивался первыми лучами восходящего солнца. Пако с трудом приоткрыл слипавшиеся после бессонной ночи глаза и только теперь заметил, что слева над дорогой нависает скалистый кряж, а за ним виднеются вершины гор. Внезапно колёса головной повозки громко загрохотали, а затем такой же грохот раздался и под колёсами остальных повозок по мере того, как они продвигались вперёд. Началась мелкая тряска. Пако протёр глаза и, перегнувшись через борт, увидел, что теперь отряд едет по настоящей, мощёной булыжником, дороге. Она была так широка, что по ней могли без труда разъехаться две едущие навстречу друг другу повозки. Шум и тряска заставили всех очнуться, и вскоре отовсюду уже раздавался оживлённый гомон просыпавшихся гномов. Кто-то сладко потягивался, кто-то принялся приводить в порядок амуницию, а иные попрыгали с повозок, чтобы пройтись пешком и немного размять ноги. 
Едва проснувшись, Хорди достал свой кисет с трубочным зельем и прикурил трубку. – Скоро будем на месте, – сообщил он хоббитам. – Ещё пару часиков, ребятки, и вы поймёте, почему мы, гномы, не захотели оставлять этот кряж и отказались от великолепия подгорных чертогов Одинокой горы.
Вершины Железного Взгорья были невысоки, и они даже не были укрыты снеговыми шапками. Склоны гор были безжизненны и неприветливы, и ожидать от здешней обители гномов чего-то особенного было сложно, однако друзья ошибались, и уже очень скоро им предстояло в этом убедиться.
Извиваясь вдоль отвесной базальтовой стены, дорога точно повторяла все её изгибы и повороты, но вскоре в стене открылся узкий проход, через который на равнину вытекала бойкая горная речушка. Повозки прогрохотали по перекинувшемуся через речку дугой мосту и въехали в узкий коридор между почти смыкавшимися высоко над головами путников отвесными скалами. Не прошло и пяти минут, как стены расступились в стороны, и караван очутился в просторном ущелье с большой зеркальной заводью. Теперь журчащий по каменистому дну поток отклонился левей, а дорогу с обеих сторон обступили вытесанные из базальта фигуры гномов-ремесленников. Булыжная мостовая вела к тёмному зеву больших ворот, массивные, кованые створки которых были разведены в стороны. По обеим сторонам открытого прохода высились две гигантские фигуры гномов-воинов, высеченных прямо в отвесном скалистом склоне. Рост фигур был равен высоте въездных ворот, возвышавшихся над поверхностью земли на добрых тридцать футов. Каменные изваяния стояли, словно часовые на своих постах.
Одна фигура изображала бородатого воина, облачённого в кольчугу до колен и опиравшегося на рукоять двуручной секиры, лезвие которой покоилось у его ног. Другой воин был в рогатом шлеме и сжимал в руках упиравшийся в мостовую боевой молот. По мере приближения к распахнутым настежь воротам дорога становилась всё шире, превращаясь в просторную площадь перед входом.
В этот день у входа перед городскими воротами было людно. Уже издали было хорошо видно, как гномы-торговцы выкатывали из ворот свои гружёные товаром повозки и занимали места вдоль дороги.
На подъезде ко входу в подгорные чертоги вдоль дороги был выставлен церемониальный караул из нескольких десятков вооружённых воинов, бороды которых были аккуратно заплетены на один манер и заправлены под ремень.
– Гляди-ка, что делается! – Удивлённо пробормотал Хорди, посматривая на выстроившихся вдоль дороги воинов. – С чего бы это наши почётный караул выставили? Неужто сам Торин Третий из Эребора решил к нам в гости пожаловать?
– Эй, дружище! – Окликнул одного из торговцев Олли. – По какому случаю вся эта суматоха?
– Послов из Гондора ждём, – послышался короткий ответ суетившегося у своей повозки бородача.
– Интересно, что это гондорцам от нас понадобилось? – Хмуро пробормотал Хорди. – До сих пор они нашей жизнью не очень-то интересовались. 
Тем временем отряд миновал людную площадь перед воротами и въехал в сумрачный коридор с высокими стрельчатыми сводами. Булыжник под колёсами повозок сменился массивными каменными плитами с высеченными на них странными знаками и узорами, а дневной свет заменили ряды горящих на стенах факелов. Проход уводил в самые недра гор и в воздухе почувствовался запах сырости.
Вскоре в стороны от основного коридора потянулись ответвляющиеся коридорчики поменьше, а затем повозки въехали под своды просторного зала, настолько огромного, что в нём разместился целый город. Всё пространство вокруг было освещено бесчисленными огнями масляных фонарей и факелов. Это был настоящий подземный город с множеством колоннад и сотнями образовывавших улицы и переулки домов. Многие из жилищ были выдолблены прямо в стенах подземного зала, и везде у входов в дома были развешены фонари, украшенные знаками той или иной гномьей династии или мастеровой гильдии.
Пако и Нобби от восхищения даже пооткрывали рты, а Хорди с нескрываемым удовлетворением спросил:
– Что, мальцы, красиво?
Никто из хоббитов так и не ответил, да это было и необязательно, ведь всё было ясно написано на их восторженных лицах, а вот Лимпи открывшийся вид подземного города не удивил. Лепрекон поглядывал по сторонам без особого восторга, будто всё, что его окружало, было вполне обыденным.
Необъятные своды огромного зала подпирали массивные колонны, расписанные барельефами, изображавшими жизнь и быт Подгорного народа. Эти опоры были столь высоки, что их верхушки терялись во мраке, куда уже не доставал тусклый свет факелов и фонарей.
Хоббиты непрестанно охали и ахали, а Хорди с гордым видом рассказывал им о достопримечательностях родного города. По пути повозки переехали через каменный мост, переброшенный через поток подземной реки, и вскоре въехали в просторную нишу, выдолбленную в дальней стене от входа и освещённую несколькими десятками фонарей. Какие же удивительные были эти фонари! Прикрытые разноцветными стёклами, они освещали своды ниши радужным светом, и хоббитам это зрелище показалось самым удивительным из всего того, что довелось им увидеть в этот день.
Наконец повозки остановились у дощатой, жёлтой вывески, на которой зелёными буквами было написано «Трактир Поверженный Дракон». Справа от вывески вверх взбегала лестница, оканчивавшаяся небольшой площадкой с каменными перилами по бокам. В небольшой, выдолбленной в стене нише виднелась прямоугольная, казавшаяся почти квадратной, деревянная дверь, которая будто подчёркивала особенность телосложения невысоких, коренастых обитателей подгорного города. Вокруг прибывших путников почти никого не было. Лишь несколько гномов, приметив малышей, остановились поглазеть на диковинных в этих местах гостей, и было похоже, что все они приняли Лимпи за ещё одного хоббита.
– Приехали, ребятки, – объявил Хорди. – А теперь выбирайтесь из повозок, ибо первое, что стоит сделать по прибытии домой, то это промочить горло в трактире старушки Молли.
После стольких часов, проведённых в повозках, выбраться на твёрдую землю было не так уж и просто.  Ноги у всех затекли, и теперь нужно было хоть немного их размять.
Когда все были готовы, Хорди сосчитал всех взглядом и произнёс:
– Ну что? Все готовы? Тогда за мной ребята!
Предводитель отряда горных старателей чинно, вразвалку, поднялся по лестнице и, взявшись за массивную медную ручку, отворил дверь, на которой тут же звякнул колокольчик. Внутри просторного зала оказалось шумно и людно, что вовсе не смутило гномов, зато порядком удивило хоббитов, ведь в «Привратнике Эсгалдора» такого количества народу не бывало никогда. Распахнувший дверь Хорди держал её открытой, пока вся его команда вместе с хоббитами и Лимпи не оказались внутри местного увеселительного заведения. Тут же со всех сторон послышались окрики приветствия, и всех гномов из прибывшего отряда растащили за свои столики их старые приятели. Лишь Олли да Хорди вежливо отказались от приглашений многочисленных друзей и остались со своими гостями.
Осмотревшись, Хорди что-то шепнул на ухо Олли и тот убежал к одному из столиков, за которым неспешно потягивали пиво три гнома. Олли что-то бегло сказал, по-видимому, хорошо знакомым ему гномам и те, окинув взглядом необычных гостей, поднялись и пересели за другой столик, по соседству, где ещё оставались свободные места.
– Ну-ка, друзья, присоединяйтесь к Олли, – кивнул Хорди в сторону освободившегося столика, – а я пока разыщу мою старую приятельницу Молли, которая содержит этот замечательный храм веселья.
Повинуясь указанию старого гнома, друзья вместе с Олли присели за свободный столик, и стали ждать.
С интересом осматривая просторный зал «Поверженного Дракона», Пако сразу понял, что этот трактир явно не принадлежал к числу заурядных заведений подобного рода. Зал был просторен и, похоже, без труда мог вместить более сотни беззаветных любителей пива и напитков покрепче. Столики, не менее чем на десять человек каждый, были расставлены по обеим сторонам от центрального прохода, а в дальнем конце зала, на возвышении, был расположен сложенный из крупных каменных блоков прилавок, к которому вели семь широких ступеней. С левой и правой сторон от входа, к длинным, обрамлённым перилами лоджиям взбегали две неширокие, высеченные прямо в каменных стенах, лесенки. Повсюду на стенах были развешены факела и масляные лампы, наполнявшие зал мягким светом живого огня. Нижний уровень трактира украшали более десятка расставленных в стенных нишах статуй гномов, очевидно отличившихся в былые времена ратными и трудовыми подвигами. На постаментах изваяний рунными знаками были старательно выведены имена трудяг и героев. Столы и лавки в «Поверженном Драконе» были дубовыми, а всё остальное сработано из камня, и зачастую попросту высечено прямо в толще приютившей мастеровитых бородачей горы.
В момент, когда друзья оказались в шумном зале, тут уже находились не менее трёх-четырёх десятков гномов, а после того, как к ним присоединилась бригада прибывших из похода горных старателей, начался настоящий пир. По залу тут же разбежались полдюжины гномов с подносами и кружками, предлагая гостям насладиться местными деликатесами и отменным свежим пивом.
Наконец Пако отвлёк от наблюдений голос вернувшегося Хорди:
– Ну что, ребятки, не сильно заждались?
Повернув голову Пако обомлел - рядом с седобородым Хорди стоял… стояла?! Да! Это была женщина-гном! И это была первая женщина-гном, которую повстречали путешественники!
– Знакомьтесь, друзья! Это та самая Молли, о которой я вам говорил.
Фигура Молли, как уже ранее назвал эту колоритную особу Хорди, мало чем отличалась от телосложения гномов мужчин и лишь заметно выдающийся вперёд бюст выдавал её принадлежность к женскому полу. Разделённые на две пряди длинные косы Молли сплетались в одну под подбородком, из-за чего в первое мгновение хоббиты решили, что это борода!
Пако Нобби и Лимпи были так изумлены, что даже забыли привстать со своих мест, когда Хорди представлял их хозяйке.
Увидев растерянные мордашки малышей, Молли щедро улыбнулась, решив, что гости сражены её неотразимым женским обаянием и радушно произнесла:
– Пойдёмте, дорогие, я поселю вас в одной из лучших моих комнат для особых гостей, где вы сможете как следует отдохнуть. Должно быть, вы порядком намаялись в пути и устали от дорожной тряски, поэтому обед я прикажу вам подать прямо в комнату.
Друзья переглянулись и поднялись из-за стола, готовые последовать за радушной хозяйкой.
– Да, ребятки, так будет лучше, – закивал головой Хорди. – А мы с Олли подумаем и решим, как устроить вам встречу с главой Подгорного Братства. Явиться перед собранием наших старейшин сейчас вы просто не сможете, так как по обычаю все прошения подаются в Кругу Совета, а убеждать наших старожилов можно очень и очень долго. Так что пока ступайте наверх и отдыхайте, а вечером мы вновь встретимся.
– Прошу вас, маленькие господа, следовать за мной, – снова широко улыбнулась Молли и шагнула к ведущей наверх лестнице.
Противиться столь желанному после длительной дорожной тряски отдыху никто не хотел и усталые путники молча поплелись вслед за хозяйкой.
– Намаялись бедняги, – пробормотал Олли, наблюдая со стороны, как его новые друзья с трудом преодолели лестницу на второй этаж, откуда вёл коридор к комнатам для останавливающихся в трактире постояльцев.
Процессия, возглавляемая добродушной хозяйкой проследовала по длинному, освещённому тусклым светом чадящих ламп коридору с чередующимися по обе стороны дверями и остановилась у предпоследней из них.
– Вот и пришли, – объявила Молли, вставляя в замочную скважину большой железный ключ.
Ещё мгновение и дубовая дверь со скрипом отворилась, открыв проход в тёмную комнату. Хозяйка шагнула вперёд и свет её масляной лампы осветил убранство комнаты.
Все ожидали, что сейчас их взглядам откроется каменный мешок, более похожий на склеп, но, к несказанному удивлению, малыши оказались в уютной комнатке, где стены и пол были покрыты панелями из лучших сортов дерева, а арочный потолок аккуратно оштукатурен и побелен. Три опрятно застеленных кровати ждали усталых путников, маня свежестью чистых постелей и пышными подушками. На дощатом полу у каждой кровати лежали небольшие шерстяные коврики. Но главный сюрприз ещё был впереди – Молли поставила свой светильник на стол, подошла к большому, закрытому створками окну и, отведя придерживавшую щеколду, распахнула его настежь…
Неожиданно вся комната оказалась залитой солнечным светом и, неготовым к подобному сюрпризу постояльцам пришлось прикрыть глаза, уже привыкшие к тусклому освещению подземного мира. К этому моменту время едва перевалило за полдень, и в комнате было светло, будто путники находились не глубоко в подгорном городе, а где-нибудь в одном из трактиров самой обычной деревушки, где босоногий народец уже давно жил бок о бок с людьми.
– Только не забывайте закрывать окно на ночь, а то в наших краях ночами становится холодно, – предупредила Молли, взяла со стола свой фонарь и вразвалку направилась к выходу. – Ах да, – вновь остановилась она на пороге, – я распорядилась, чтобы вам принесли обед, так что не ложитесь отдыхать, пока не придёт коридорный.
Ещё раз улыбнувшись обрадованным неожиданным сюрпризом гостям, она вышла в тёмный коридор и закрыла дверь за собой.
Наконец усталые путники остались одни и, скинув ранцы, не раздеваясь, попадали на кровати. Все трое сразу отметили приятную упругость странных, мягко просевших под уставшими телами постелей и таким образом впервые познакомились с удивительным изобретением гномов – пружинным матрацем.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #313 on: 07/10/2022, 10:53:57 »
На Запад

Глава 25

Парад сюрпризов

часть 2

После всех трудностей перехода по суровой заснеженной пустыне Пако всё ещё не мог поверить в то, что вновь оказался в настоящей, мягкой и тёплой постели. Он задумчиво уставился в потолок и стал размышлять о том, сколь мало он ещё знает об окружающем его мире, когда сообразил, что до его слуха отчётливо доносится непрерывный монотонный шум. Странный звук раздавался где-то за окном комнаты и, несмотря на всю накопившуюся усталость, Пако не смог совладать с одолевавшим его любопытством. Усилием воли хоббит поднялся с кровати и подошёл к распахнутому окну.
Слева со скал не слишком широким потоком низвергался водопад, наполняя прозрачной водой гор небольшое озерцо на дне ущелья. Очевидно, дальше вода по расщелинам уходила глубже под гору и, скорей всего, впадала в речку, протекавшую через подземный город гномов. Берега озерца сплошь поросли густым кустарником, а вверх, цепляясь за самые мелкие трещины в почти отвесных стенах обрамлявших озеро скал, тянулись вьющиеся растения.
Пако с упоением вдохнул прохладный горный воздух и сказал:
– Вот уж действительно никогда не знаешь, чего ожидать от грядущего. Красота то какая!
Ответа Пако не дождался – его друзья уже спали. До ушей восхищённого видом горного ущелья хоббита донеслось лишь мерное посапывание выбившихся из сил малышей. Почувствовав, как тяжелеют веки, Пако вернулся к своей кровати, забрался под тёплое одеяло, закрыл глаза и в одно мгновение заснул.

 

Проснулся Пако оттого, что почувствовал, как кто-то трясёт его за плечо. Открыв глаза, он увидел Нобби, склонившегося над ним в сгущающихся сумерках вечера. В комнате стало холодно.
– Пако! Просыпайся же ты! – Не унимался хоббит. – Надо как-то закрыть окно, а не то мы здесь околеем за ночь. Было бы неплохо и фонарь хоть какой-то зажечь, или свечу на крайний случай. Тут скоро станет темно и холодно, как в могиле.
– Ты что, окно закрыть не можешь? – Удивился Пако.
– Не закрывается оно, – поспешил оправдаться Нобби. – Там есть какой-то секрет, о котором мы с Лимпи не знаем.
Пако сладко потянулся, нехотя выбрался из-под одеяла и сонно пробормотал:
– Ну-ка погляди у двери, ты там никакого шнурка не видишь?
– Это зачем ещё тебе какой-то там шнурок? – Удивился Нобби.
– Ну как это зачем? – В свою очередь удивился Пако оттого, что Нобби не знает. – Мы ведь в трактире, верно?
– Ну да, – отозвался Нобби.
– А в каждом трактире в сдаваемых комнатах должен быть шнурок с колокольчиком, с помощью которого можно позвать прислугу.
– Ну это тебе виднее, – обиженно буркнул Нобби, – мы ведь, Пудингсы, трактиров не держим.
Нобби уставился на дверь, растерянно осматривая её со всех сторон, но Лимпи опередил его. Лепрекон пошарил руками по стене и, быстро нащупав толстый шнурок с кисточкой на конце, дёрнул его несколько раз. Сделав дело, Лимпи вернулся в кровать и завернулся в одеяло.
– Всё что ли? – Удивился Нобби.
– Не волнуйся, Нобби, сейчас к нам кто-нибудь придёт, – успокоил Пако друга.
Изрядно продрогнув под порывами врывавшегося в комнату холодного ветра, Нобби тоже вернулся в кровать, и друзья вновь затихли, ожидая коридорного.
Вскоре в коридоре послышались неторопливые шаги, и друзья увидели под дверью узкую полоску света. Наконец дверь отворилась, и на пороге показался молодой гном с фонарём в руке.
– Коридорный Туллин к вашим услугам. Что угодно, судари? – Учтиво спросил прибывший.
– Нельзя ли нам здесь зажечь хоть какой-то светильник? – Первым делом спросил Пако.
Без излишних расспросов гном подошёл к стоящему у окна комоду и, открыв верхний ящик, достал оттуда фонарь. Быстро зажегши его, он повернулся к гостям и спросил:
– Чего ещё пожелаете?
Только теперь друзья заметили расставленное на небольшом столике угощение и поняли, что проспали свой обед.
– Вы бы не показали нам, как закрывается это окно? – Спросил Пако.
– Разумеется, сударь, – услужливо ответил коридорный и, отодвинув едва заметные удерживающие упоры, легко затворил створки окна. – Если вам будет холодно, то есть ещё вот что, – с этими словами Туллин отодвинул от стены три расставленных в ряд стула и поднял вверх находившуюся за ними заслонку, на которую раньше никто не обратил внимания. За этой то заслонкой и находился самый настоящий, аккуратно выложенный кирпичом камин!
– Дров и угля вам хватит на всю ночь, – сказал гном. – Всё это отыщете в кладовке, а завтра мы пополним запасы. Хворост и огниво есть, кочерга тоже. Полагаю, трудностей у вас не возникнет, но если что, звоните в колокольчик. Ещё что-нибудь?
– Нет, спасибо, – обрадовано ответил Пако. – Думаю, теперь мы справимся.
– Тогда не стану более вас беспокоить, – сказал гном, церемонно поклонился и вышел, затворив за собой дверь.
– Помнится мне, Хорди и Олли обещали нам встречу, – произнёс Пако, немного подумав. – Мы уже достаточно отдохнули, и теперь пришло время встретиться с нашими новыми друзьями. Думаю, хозяйка Молли знает, где нам их искать. А ещё стоит порасспросить местных, чтобы как можно быстрее определиться, что делать дальше.
– Но, может быть, мы сначала подкрепимся и согреемся у камина? – С надеждой спросил Нобби.
– Ладно, – согласился Пако, – только недолго.
Хоббиты разместились за столом и, скептически осмотрев давным-давно остывший обед, стали выбирать то, что вполне можно было есть и холодным, в то время как Лимпи подошёл к камину, и начал разводить огонь. Вскоре комната наполнилась теплом и потрескиванием разгорающегося пламени, после чего Лимпи присоединился к товарищам за столом.
Не прошло и получаса, как все трое уже шли по извивающемуся полутёмному коридору. Гомон голосов впереди становился всё громче, что свидетельствовало о том, что народу в зале под конец дня явно прибавилось.
Уже спускаясь в зал, друзья столкнулись на лестнице с поднимавшимся им навстречу Олли. Гном приветливо пожал руки всем троим и сказал:
– А я уж думал, что вы решили проспать до самого утра. Теперь следуйте-ка ребятки за мной, где нас уже ожидает свободный стол. Пока вы отдыхали, мы с Хорди кое-что придумали и нам нужно вместе обсудить некоторые важные детали того, что мы собираемся предпринять в дальнейшем.
Продолжив спуск, друзья услышали, что теперь к привычному для всех заведений подобного рода шуму, добавилась не слишком громкая, но зато весёлая музыка. Музыкантов было пять – двое из них играли на скрипках, третий перебирал струны красивой, изящно изогнутой, арфы, четвёртый играл на виолончели, и ещё один на флейте.
Хорди уже поджидал своих компаньонов за свободным столом. Завидев товарищей, он поднялся и, выйдя навстречу, почтительно пожал руку каждому из малышей.
– Прошу вас, мои юные друзья, – начал ободряющим тоном старый гном, – надеюсь, вы по достоинству оцените гостеприимство нашей дружной общины, а так же радушие хозяйки этого замечательного заведения – нашей, всеми любимой, старушки Мо.
При этих словах шум в зале заметно стих и многие из присутствующих громко захлопали, громко стукнув об столы недопитыми кружками.
– Вы имеете в виду госпожу Молли? – Робко спросил Пако, заметив, что взгляды многих гномов устремлены на него и его друзей.
– Её самую, – громко подтвердил Хорди. – Так мы любовно называем её между собой. Но довольно слов, ведь впереди у нас ещё целый вечер. Присаживайтесь за стол, пока всё ещё горячее.
Пако пробежал по столу намётанным взглядом уже опытного трактирщика и сразу отметил на большом серебряном блюде мастерски зажаренного поросёнка – точь-в-точь такого, из-за которого он однажды погорел в трактире деда уже более трёх лет назад. Это обстоятельство сразу навеяло на него воспоминания о беззаботных днях ещё недалёкого детства, но, кроме того, заставило насторожиться. Странное предчувствие того, что вскоре должно было произойти нечто непредвиденное, заставило тревожно колотиться сердце хоббита и никак не желало уходить. Как выяснится впоследствии, чувства вовсе не обманывали Пако и вскоре мы узнаем, о чём пыталось его предупредить чуткое сердце.
Мало помалу мысли Пако потекли другим руслом. Он подумал о том, что прошло всего три быстротечных года, а с тех пор столь многое в его жизни необратимо изменилось. Ответственность за дедов трактир как-то незаметно легла на его плечи, да и благосостояние всего семейства Прыгинсов во многом тоже зависело теперь именно от него. Вслед за этими размышлениями его ужаснуло воспоминание о том, что сейчас он ответственен за жизни нескольких тысяч, пытавшихся достигнуть западных берегов, нимлондцев. Возможно теперь Тэльтинвэ, Эвингил и многие другие, считают его вором, и эта душераздирающая мысль омрачила его сердце.
– Пако! Да что это с тобой?! – Словно издалека услышал Пако голос Нобби. – Тебе что, нехорошо?
Пако тряхнул головой, желая отогнать тяжёлые мысли, и присел за стол, где все уже дожидались лишь его одного.
– Может быть, нам стоит отменить этот ужин? – Обеспокоенно спросил Олли.
– Нет, мастер Олли, мне уже лучше, – возразил Пако. – Всего лишь тяжёлые воспоминания.
– Вот и хорошо, – обрадовался Хорди. – Теперь давайте как следует поедим, а затем и о деле потолковать можно.
Нобби всё никак не мог дождаться приглашения приступать к трапезе и после этих слов с радостью набросился на всё, до чего только мог дотянуться со своего места. Лимпи вёл себя более сдержанно, но так как всё выглядело очень соблазнительно, а над столом распространялись невероятно аппетитные запахи, не слишком отставал от хоббита. Лишь Пако наверное впервые в жизни ел через силу, и только лишь потому, что боялся обидеть гномов. Хорди и Олли не очень-то обращали внимание на своих сотрапезников и одну за другой опрокидывали в горло наполненные пивом кружки.
Лишь когда щедро накрытый стол изрядно опустел, и оба гнома выпили уже не по одной пузатой кружке, Хорди отёр бороду от пивной пены и заговорил:
– Теперь, если конечно никто не возражает, перейдём к делу. Итак, по просьбе всеми уважаемого нами господина Прыгинса, незадолго до нашей нынешней встречи я навестил своего старого друга и главу Круга Совета Подгорного Братства – Бундина Руку-Молота. Несмотря на всю свою занятость приготовлениями к предстоящему визиту высокого гостя, Бундин нашёл время и для нашего дела и внимательно меня выслушал.
– Ага, стало быть, мы всё-таки кого-то ожидаем! – Воскликнул Олли захмелевшим голосом.
– Именно, мой друг, – подтвердил Хорди. – Как поведал мне мой старый приятель, завтра к нам впервые прибывает посольство Гондора, которое возглавляет сын самого Элессара Эльфийского – Эльдарион. Какова цель визита этого высокого посла неведомо никому, но лица королевских кровей не разъезжают по миру просто так. Говорят, Эльдарион уже посетил Эребор и теперь на очереди мы. Прибытие высокого гостя ожидается завтра, ко второй половине дня, и именно поэтому для того, чтобы разрешить беспокоящие нас дела, у нас остаётся лишь завтрашнее утро. Я, как мог, старался убедить Бундина о чрезвычайной важности всего, что вы, мои друзья, хотите ему поведать, а потому он будет всех нас ждать. Времени у нас немного, ведь когда прибудет сын Элессара, старейшинам Подгорного Братства будет уже не до нас. Это понятно?
Пако Нобби и Лимпи дружно кивнули головами.
– Надеюсь, друзья, вы знаете, что делаете, так как у вас будет лишь одна попытка, чтобы убедить Бундина, – добавил Хорди, сурово сдвинув брови. – И должен вам сказать, что это наверняка будет весьма непростой задачей. Когда будете говорить с Бундином, говорите смело, голову держите высоко и не тушуйтесь, ибо глава нашего братства имеет суровый нрав и недолюбливает малодушных.
Хорди задумчиво потеребил бороду, а затем воскликнул:
– Да что это я, всё о делах да о делах! Завтра от нас никуда не денется! Перед нами на столе ещё почти полный бочонок замечательного пива, а вечер ещё только начался, – с этими словами гном подхватил бочонок и вновь наполнил кружку Олли, а также и свою (Пако, Нобби и Лимпи к пиву ещё даже не притронулись).
Услышав весть о прибытии государя неведомого ему королевства, Пако не на шутку разволновался. Он даже не представлял, что и как будет говорить Бундину, и ясно осознавал, что в сравнении с прибывающим высоким гостем его собственная персона выглядит незаметной и малозначимой. Похоже, об этом же задумался и Лимпи. Лишь Нобби, увлечённый роскошным ужином, казалось ничего вокруг себя не слышал и не видел. Угощение гномов явно пришлось ему по вкусу, и отвлекаться на что-либо ещё, пока перед ним оставался недоеденный поросёнок, не собирался. 
Заметив беспокойство на лице Пако, уже порядком захмелевший Олли попытался было ободрить хоббита, заверяя, что всё будет как надо, однако его попытка оказалась тщетной. Вскоре от окружавшего шума у Пако порядком разболелась голова, и он начал подыскивать повод, чтобы удалиться в свою комнату. Он покосился на молчаливо сидевшего Лимпи, а затем смерил взглядом продолжавшего активно орудовать ложкой Нобби. Расположившиеся напротив гномы к этому времени успели заправиться пивом настолько, что, казалось, никого и ничего вокруг уже не замечали. Решив, что за столом не осталось никого, кому было бы интересно выслушивать его надуманную историю, Пако уже собирался подниматься из-за стола, когда заметил, что лицо сидевшего напротив Нобби, побледнело, а в его глазах застыл настоящий ужас, будто он увидел призрак одного из своих достойных предков. Пако с Лимпи сидели спиной к входу в трактир и не могли видеть, что там творится, но это хорошо видел Нобби…
– Что с тобой?! – Забеспокоился Пако, но так и не дождался от друга хоть какого-то ответа. 
В следующее мгновение Нобби как-то странно обмяк и начал медленно сползать под стол, что теперь уже заставило обернуться и его товарищей.
Едва Пако и Лимпи повернули головы к проходу между рядами столов, как в глаза им сразу бросился силуэт рослого человека, в котором они сразу узнали Тэльвега! От ужаса в глазах у Пако потемнело, а сидевший рядом Лимпи едва не упал со стула.
Тэльвег неторопливо шёл по проходу, озираясь по сторонам взглядом хищной птицы и, поравнявшись со своими старыми знакомыми, на миг встретился глазами с перепуганной мордашкой Пако. Сделав вид, будто видит малышей впервые в жизни, он прошёл мимо и спокойно уселся за столом напротив через проход в центре зала. К новому посетителю тут же подбежал гном с подносом, на котором в два ряда стояли десять наполненных пивных кружек. Поставив одну из них перед прибывшим гостем, гном продолжил своё шествие между столиками.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #314 on: 07/10/2022, 10:55:03 »
На Запад

Глава 25

Парад сюрпризов

часть 3

Нобби был так напуган, что, казалось, вот-вот упадёт в обморок. Не поворачивая головы, он медленно скосил глаза в сторону Тэльвега, будто всё ещё надеялся, что всё происшедшее ему только померещилось. Затем он медленно подался вперёд, придвинувшись ближе к обескураженным, как и он сам, друзьям и едва слышно прошептал:
– Что теперь будем делать?
Пако лишь переглянулся с друзьями, но ничего так и не ответил. Краем взгляда он продолжал следить за Тэльвегом, и всё никак не мог стряхнуть охватившее его оцепенение. Минут через пять его мысли немного прояснились, и он понял, что в людном месте Тэльвег пока что не опасен. Медленно придвинувшись к столу, он негромко, чтобы его услышали Нобби и Лимпи, сказал:
– Пока мы здесь, он ничего плохого нам не сделает.
– Но мы ведь не можем сидеть тут вечно, – прошептал Нобби в ответ, и на это Пако возразить было уже нечего.
А Тэльвег за всё это время не удостоил малышей ни единым взглядом и всё же, каждый из них прекрасно понимал, что внимание опасного врага приковано лишь к ним одним.
Вскоре хозяйка Молли принесла гостю горячий ужин и тот, словно его ничего кроме еды больше не интересовало, принялся поглощать свой дымящийся окорок, хищно вонзая в него свои безукоризненно-ровные, слегка желтоватые зубы.
– Надо отсюда как-то выбираться, – снова прошептал Пако.
– Но куда же мы пойдём? – Растерянно спросил Лимпи. – Он ведь теперь нас быстро догонит и… – не договорил лепрекон, ужаснувшись тому, что может последовать дальше.
Друзья в отчаянии поглядели на уткнувшихся головами в стол и безмятежно похрапывавших к этому времени гномов и с ужасом осознали, что теперь заступиться за них будет уже некому! Хорди и Олли наверняка не очухались бы и до завтрашнего утра, а Тэльвег находился всего в нескольких шагах, за соседним столом!
И всё же, этим вечером малышей ожидал ещё один сюрприз…
Пако ещё осматривался по сторонам в надежде найти хотя бы кого-то из горных старателей, вместе с которыми он с друзьями успел познакомиться по дороге от Серых гор до Железного взгорья, когда входная дверь трактира вновь отворилась и на пороге появилась до боли знакомая путникам фигура мага в давно выгоревшем под солнцем плаще и заношенной островерхой шляпе. Ошибки быть не могло – это был не кто иной, как сам Мельхеор!
В этот миг у Пако возникло такое ощущение, что его обили кипятком. Он понял, что если маг узнает, что его ослушались, то это явно не обрадует старца. Кроме того, Пако даже не представлял, что будет, если, вдобавок ко всему, Мельхеору станет известно, у кого находится Ромэнсильмэ!
Недолго думая, Пако нырнул под стол. Оказавшись в весьма сомнительном укрытии, он тут же схватил Лимпи за ногу и дёрнул с такой силой, что одним махом стащил лепрекона с лавки.
– Ты чего?! – Возмутился опешивший от неожиданности малыш. 
– Тихо ты! – Коротко шепнул Пако. – Лучше погляди туда, – указал он рукой на шагавшего в проходе Мельхеора, за которым следовали Гилгаэр, Тинур и какой-то гном.
Нобби сидел за столом лицом к входной двери и, заметив старых знакомых, успел последовать примеру Пако.
Друзья затаились и теперь были скорей похожи не на бесстрашных путешественников, а на порядком набедокуривших сорванцов.
Мельхеор неторопливо шагал вперёд, выискивая свободное место и, о ужас, остановился у стола, под которым схоронились до смерти перепуганные малыши. Теперь, сгрудившись у дальнего от прохода края стола, друзья боялись даже вдохнуть воздух.
В глазах у Пако потемнело, а удары колотившегося в груди сердца гулко отдавались в ушах. Он хорошо слышал голос гнома, сопровождавшего его старых друзей, сказавшего:
– Друзья, здесь достаточно свободных мест. Предлагаю присоединиться к этим почтенным гномам.
– Нет, мой друг, – тут же возразил Мельхеор. – Боюсь, эти гномы не смогут дать нам своего согласия принять нас за свой стол и разделить тёплую кампанию, а подсаживаться к ним самовольно будет неучтиво. Лучше давайте присоединимся к тому одинокому господину.
Мельхеор прошёл к столу напротив, и спрятавшаяся под столом троица хорошо видела, как Тэльвег равнодушно кивнул магу головой в знак согласия.
Ещё не веря в благополучный исход дела, Пако опасливо поглядывал на Тэльвега и поймал себя на мысли, что легче ему отнюдь не стало. Хотя Мельхеор и не обнаружил прятавшихся, но совсем не представлял, с каким опаснейшим врагом сидел теперь за одним столом. Но ещё страшней хоббиту стало, когда он неожиданно поймал на себе мимолётный взгляд Тэльвега, и в ужасе понял, что тот вот-вот может с лёгкостью выдать его магу вместе с друзьями. Но, к счастью, у Тэльвега были свои планы на счёт отчаянных путешественников.
Прошло уже не менее получаса, или Пако так просто показалось, но Тэльвег не предпринимал никаких действий.
– Что будем делать? – Прошептал Нобби, на что Пако лишь растерянно пожал плечами.
Неожиданно рядом послышалось мягкое шуршание юбок – это к столу подошла хозяйка Молли и, уперев руки в бока, возмущённо произнесла:
– Опять набрались словно бесстыжие орки! Нет, чтобы меру знать, так нужно обязательно нахлестаться до беспамятства. И этот, – ткнула она похрапывавшего Хорди своей крепкой рукой, – хоть и знатный гном, а всё туда же! Все они одинаковы! Как до пива дорвутся, так всякое дело на корню и пропало. Надо же! Полурослики и те от них сбежали. Ну и правильно сделали – нечего им с этими выпивохами болтаться.
Молли собрала со стола пустую посуду и собиралась уже уходить, когда Пако схватил её за край юбки. Молли резко развернулась, полагая что к ней вздумал приставать подвыпивший Хорди, но, увидев что оба гнома по-прежнему спят беспробудным сном, растерялась.
– Сударыня, – тихонько позвал Пако. – Это мы, хоббиты с Отпорного Перевала. Умоляю вас, не выдавайте нас.
Сообразив, что малыши от кого-то прячутся, Молли сделала вид, что просто задержалась, чтобы смести крошки и, наклонившись к столу, спросила:
– С чего это вдруг вы, ребятки, забрались под стол?
– Нас преследует один ужасный тип, – отозвался Пако, – который сидит за соседним столом.
– Нам бы нужно как-то незаметно убраться из зала.
– Ну ладно, малыши, – ответила Молли, обведя взглядом ближайших посетителей. – Сейчас я попрошу наших музыкантов сыграть что-нибудь зажигательное – надеюсь, это поможет отвлечь внимание вашего недруга, а затем вернусь. Не бойтесь мои дорогие, я вас у себя в заведении в обиду не дам.
Друзья видели, как Молли отошла от стола и направилась к музыкантам, уже давно игравшим что-то не очень выразительное. Не прошло и минуты, как музыканты перебрались на середину зала и заиграли до того весёлую мелодию, что некоторые из гномов, выйдя из-за столов, пустились в пляс. Остальные, кто не были способны танцевать, начали дружно отбивать в такт, кто ложками, а кто и кружками по столам.
– Ну что, ребятки, готовы? – послышался голос вернувшейся к столу Молли. – Тогда прячьтесь за моей юбкой.
Подождав, когда малыши выберутся из-под стола, хозяйка трактира тихо сказала:
– Теперь осторожно следуйте за мной, мимо прилавка, вон в тот коридор, – стрельнула она глазами в направлении тёмного коридора. – Я буду идти медленно, а вы будьте начеку.
Молли неторопливо поплыла мимо столиков по самому краю зала, следя за тем, чтобы её подопечные всё время оставались сокрытыми её просторными юбками, и вскоре друзья благополучно добрались до безопасного места. Всё ещё не в силах унять волнения, они облегчённо выдохнули и присели прямо на каменном полу, чтобы немного отдышаться.
– Да что это с вами такое творится?! Где тот негодяй, у которого хватило стыда гоняться за безобидными малышами?! – Возмущённо воскликнула Молли. – Вот погодите, сейчас я только поставлю на кухне свой поднос и вернусь. Этот мерзавец пожалеет, что притащил сюда свои ноги.
Раскрасневшись от возмущения, Молли прошла по коридору в кухню, откуда исходили аппетитные запахи, однако друзьям сейчас было не до еды. Переведя дух, они поднялись с пола и стали осторожно выглядывать в зал, стараясь понять, не приметил ли кто-то их бегства. Было похоже, что рискованная затея осталось незамеченной - Мельхеор с Фамбуром курили трубки и прихлопывали в ладоши в такт весёлой музыке, а эльфы о чём-то между собой разговаривали, потому как их мало интересовала музыка гномов.
От заводного ритма мелодии пришли в себя Хорди и Олли, и начали недоумённо оглядываться по сторонам, разыскивая пропавших компаньонов. Придерживаясь за край стола, чтобы удержаться на ногах, Хорди поднялся, отыскал взглядом одного из прислужников и громко прокричал:
– Эй! Милейший! И-ик… не подскажешь ли нам, куда девались наши-и-ик… приятели, которые были вместе с нами?
От ужаса, что Хорди вот-вот выдаст их присутствие Мельхеору и кампании, у беглецов подкосились ноги. Самое страшное было в том, что музыка прекратилась и маг, услышав громкий голос Хорди, повернулся в сторону гнома, внимательно разглядывая разошедшегося завсегдатая. Но Хорди ещё только начинал входить в раж и совсем не собирался успокаиваться:
– Здесь сидели мои друзья… и-и-ик… и я хочу знать, куда они подевались, – не унимался гном. – Я получу здесь от кого-нибудь вразумительный ответ или нет, тролльи потроха!
Следом за этим раздался гулкий удар – это Хорди в неистовстве со всего размаху опустил на стол свой крепкий кулак.
– Что это ещё с вами?! – Испугалась вернувшаяся из кухни Молли при виде прижавшихся к стене, побледневших малышей. – Этот негодяй всё ещё там? Только покажите мне его, и мои ребятки заставят сосчитать его все ступеньки, ведущие к дверям Поверженного Дракона!
– Нет, добрая госпожа! Не надо! – Испугался Пако. На самом деле он с радостью поглядел бы, как Тэльвега выбросят из трактира, но тот в отместку мог выдать их Мельхеору. А уж в том, что Тэльвег заметил своих старых знакомых, и знает, где они находятся, сомневаться не приходилось. Именно поэтому Пако решил, что в этот раз лучше будет отвести удар от врага. Он быстро смекнул, что не будет ничего плохого в том, что он соврёт про Мельхеора – маг ведь всё равно ничего об этом не узнает…
– Госпожа, прошу вас, не трогайте его, – виновато пробормотал Пако. – Этот чародей очень опасен и кто знает, что он может натворить в вашем трактире, – робко указал Пако в сторону ничего не подозревавшего Мельхеора.
При этих словах Нобби и Лимпи недоумённо уставились на друга, однако оба промолчали.
– Да это же Мельхеор, – удивилась Молли. – Его здесь все знают и никто не скажет тут о нём ни единого плохого слова.
– Вы уж поверьте мне на слово, – разошёлся было Пако, но внезапно покраснел от стыда за свои слова и сник, потупив взгляд под ноги. Впоследствии он не раз и не два корил себя за свой постыдный поступок, но в этот миг другого выхода не видел.
– Пускай лучше уходит, – вновь заговорил Пако после паузы, – а вы помогите нам незаметно выбраться из трактира.
– Ну ладно, если вы так хотите, – пожала плечами Молли. – Я выведу вас через чёрный ход, по которому мы доставляем на кухню продукты.
– Спасибо вам, добрая госпожа! – Поблагодарил Пако, радуясь, что ему не придётся больше врать.
– Да не за что, – немного растерянно ответила Молли. – Следуйте за мной.
Хозяйка трактира провела друзей через всю кухню, где у больших бурлящих котлов суетились полдесятка гномов, и указала им на тёмный узкий коридор. – Этот ход выведет вас на городскую площадь неподалёку от входа в трактир, – напутствовала она малышей и протянула им горящий светильник.
– Спасибо вам, сударыня, за вашу доброту, – поблагодарил Пако, – но ваш светильник нам не понадобится, – с этими словами он достал из кармана свой чудесный камень, и легонько постучал им о стену тёмного коридора.
Увидев, как засветился кристалл в руках хоббита, Молли в восторге плеснула руками:
– А вы тут рассказывали мне о могущественном маге… – только и смогла вымолвить она.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #315 on: 08/10/2022, 11:25:37 »
На Запад

Глава 26

Время отчаянных решений

1 часть

Коридор не был прямым. Он сворачивал то влево, то вправо и из-за этого невозможно было понять, долго ли ещё идти. Друзья торопились поскорей убраться из-под давящих на них стен и низкого свода, но туннель всё не кончался. Наконец проход дугой свернул налево, и впереди показался свет. Беглецы оказались на площадке перед «Поверженным Драконом», где тусклое освещение фонарей выхватывало из мрака небольшой пятачок вокруг ступеней у парадного входа, но уже через несколько десятков шагов всё растворялось в темноте. Повсюду, то тут то там, светились разноцветные огоньки у дверей гномьих жилищ, но их света явно не хватало, чтобы рассеять окружающую темноту. Вокруг не было видно ни души.   
– И что теперь? – Растерянно спросил Нобби, натолкнувшись на внезапно остановившегося Пако.
– Нужно немедленно идти к Бундину, пока мы ещё можем это сделать, и рассказать ему всё как есть, – не задумываясь выпалил Пако.
– Ты в своём уме? – Испугался Нобби. – Слышал, что рассказывал мастер Хорди? По его словам у этого Молоторукого очень скверный нрав. А, кроме того, как мы его отыщем в этом царстве теней и мрака?
– Видели Тэльвега? – Спросил Пако, поворачиваясь к товарищам? – Думаете он просто так здесь околачивается? Не знаю как вам обоим, а мне это совсем не нравится, и я собираюсь как можно скорее поведать обо всём, что знаю, самому Бундину Руке-Молоту. Кем бы ни был этот почтенный гном, его нужно немедленно предупредить о надвигающейся буре.
– Но как мы к нему попадём? – Развёл Нобби руками. – Мы ведь совсем не знаем, где его искать! А, кроме того, если кто-то и укажет нам дорогу, то его дом, должно быть, охраняет половина городской стражи!
– Для этого нам нужно дождаться наших друзей гномов, – взволнованно проговорил Пако. – Мы ведь видели, как мастер Хорди очнулся и начал нас искать. Думаю, когда они с Олли поймут, что нас нигде нет, то станут искать нас снаружи. Нужно просто немного подождать. Не собираются же они провести всю ночь в трактире?
– Я бы не был так в этом уверен, – недовольно пробормотал Нобби.
– Ладно, не ворчи, – шепнул Пако другу. – Давайте лучше переберёмся поближе к входу и скроемся в тени вон той колонны. Там достаточно темно и мы будем почти незаметны. Готовы?
Пако и Лимпи молча кивнули головами, и друзья быстро перебежали через освещённую площадь, и затаились в намеченном месте. Многие из развешенных вокруг ламп давно потухли, что явно указывало на то, что большинство городских смотрителей уже давно спят, а наверху над Железным взгорьем давно царит ночь. Ждать пришлось недолго, так как вскоре дверь трактира распахнулась и на пороге появилась высокая фигура, завёрнутая в просторный серый плащ, с низко надвинутым на голову капюшоном.
– Тихо, это Тэльвег! – Настороженно шепнул Пако товарищам.
Малыши вжались в колонну, стараясь слиться с отбрасываемой ей тенью, и притихли как мыши. Они были уверены, что если попадутся в руки Тэльвегу снова, то на этот раз он их точно прикончит.
Затворив за собой дверь, Тэльвег сделал несколько шагов и застыл на ступенях, будто внезапно что-то почуял. Он бегло окинул взглядом тускло освещённую площадь перед входом в трактир, а затем совершенно бесшумно, словно призрак, скользнул вниз и мгновение спустя словно тень растворился в полумраке.
– Куда он делся? – Прошептал Нобби.
Пако сверкнул сердитым взглядом, и прижал указательный палец к губам, требуя полной тишины. Теперь друзья не могли более видеть Тэльвега, и это было значительно хуже, чем если бы он находился у них на виду. Малыши боялись даже шелохнуться, ибо теперь не знали, как далеко от них находится смертельно-опасный враг. Теперь в каждом сгустке теней им мерещился силуэт убийцы. Всем было ясно, что обнаружив цель, Тэльвег несомненно постарается сделать своё чёрное дело в глухом безлюдном месте, чтобы свести старые счёты и силой отобрать то, что уже несколько раз уплывало у него из под самого носа.
Любое неосторожное движение могло выдать местонахождение малышей и это заставляло их сердца колотиться так сильно, что вскоре они начали слышать гулкий перестук своих сердец. Вокруг по-прежнему не было видно ни души, и с каждым мгновением напряжённость нарастала. Воздух будто уплотнился, а тишина начала давить на нервы.
– Может, вернёмся в трактир? – Едва слышно спросил Нобби.
От неожиданности у Пако даже перехватило дыхание, так как ему показалось, что Нобби прокричал свои слова прямо ему в ухо, но не успел он прийти в себя от испуга, как дверь в трактир размашисто отворилась и внезапно грянула разудалая песня:
                     
Налей-ка дружище мне полный бокал,
Да так, чтобы он переполнился пеной.
Сегодня с тобой мы пьяны наповал,
А завтра возьмёмся за дело!

В подгорных чертогах, в развилках пещер,
Без устали крошим породу,   
Воздвигнем твердыню славных царей
Во славу гномьему роду!

Нелёгок наш труд, но награда щедра,
Ведь горы любят упорных,
Назло мерзким отпрыскам древних теней
Мы впредь будем зорче дозорных.

Уверенней поступь и твёрже удар,
Мы помним героев заветы,
Пускай пламя мужества в наших сердцах
Приблизит к нам светоч победы.

Так пусть же игрится в бокалах вино,
Отважных мы дружно помянем,
За тех, кто сквозь годы свой подвиг пронёс,
Мы гимн восхваления грянем…

Лихая песня не стихала, и звук эхом заметался под сводами подземного зала. После долгих минут мёртвой тишины хриплые голоса гномов разрывали пространство подобно оглушающим раскатам грома. Это были не кто иные, как очнувшиеся Хорди и Олли. Покачиваясь из стороны в сторону, гномы неторопливо продвигались вперёд, неуверенно нащупывая ногами ступени. Глядя на гуляк со стороны, малыши застывали в ужасе, когда, потеряв координацию, бородачи несколько раз балансировали на грани падения, однако в последние мгновения Олли всегда удавалось вцепиться в перила с правого края лестницы и удержаться на ногах. Хорди же крепко держался за Олли и это спасало его от больших неприятностей.
– Вот те на! – Даже присвистнул Нобби. – А ты хотел попасть к Бундину! Да эти ребята теперь не то что Бундина – своего дома не отыщут!
– Это ещё неизвестно, – сказал Пако. – Думаю нам надо подойти и постараться привести их в чувство.
– Сомневаюсь, что сегодня они будут способны сообразить, что именно ты от них хочешь, – буркнул Нобби.
– Ладно, довольно препираться, – отрезал Пако. – Давайте подойдём к ним и поможем спуститься, не то кто-нибудь из них вот-вот расшибётся – вот тогда они нам и завтра не помогут.
Лимпи не стал дожидаться повторного приглашения и последовал за скользнувшим в направлении гномов Пако, а Нобби не торопился оставлять спасительного укрытия и беспокойно озирался по сторонам – нет ли поблизости Тэльвега.
– Смелее, – позвал Пако друга, заметив, что тот не торопится. – Не думаю, что Тэльвег станет нападать на нас при свидетелях, а скорее даже уверен, что теперь он будет дожидаться более подходящего случая.
Лишь после этого Нобби нехотя вышел из тени и опасливо шагнул следом за товарищами. Друзья стремительно перебежали через освещённую площадь перед «Поверженным Драконом» и когда оказались у лестницы, гномы уже в обнимку сидели на нижней ступени, не в силах сделать и нескольких шагов без помощи перил.
– Олли, погляди, – обрадовано пробормотал Хорди, заметив появившихся малышей. – Вот они, наши ребятки. Я же говорил, что они вышли подышать свежим воздухом. Не каждый ведь сможет хлестать пиво как мы с тобой.
Заснувший было Олли с трудом расплющил глаза и, бестолково улыбаясь, пробормотал заплетающимся языком:
– Ну как вы, друзья? Может, вернёмся и дёрнем по последней?
– Не думаю, – хмуро отозвался Пако, не переставая поглядывать по сторонам.
– Как скажешь, дружище, – пробормотал Олли, пытаясь подняться на ноги. – Что-то я сегодня немножко перестарался. Ну-ка, ребятки, помогите мне.
Пако подставил гному плечо и тот с трудом поднялся со ступеней.
– Хорди! – Вспомнил Олли, про застольного компаньона. – Ну где ты там, старина? Не вздумай засыпать, а то, как я дотащу тебя до дома?
Вместо ответа послышался мерный храп. Старый гном умиротворённо прикорнул прямо на ступеньках, видимо, намереваясь проспаться, не сходя с места.
– Ну-ка, друзья, помогите мне его поднять, – вновь пробормотал Олли. – Нам надо дотащить его до Бодрянки и как следует умыть.
– До какой ещё Бодрянки? – Удивился Пако.
– Ну до речки нашей, которую мы переезжали по мосту по дороге сюда, – пояснил Олли. – Мы её между собой так называем. Верьте мне, я всегда так делаю, когда нужно привести себя в чувство, да и не только я один. Давно проверено – срабатывает безотказно.
– А ты, дружище, сам-то на ногах устоишь? – Недоверчиво спросил Пако, не очень полагаясь на устойчивость гнома.
– Я?! – внезапно оживился Олли. – Да я вам, друзья, ещё и сплясать смогу, – вскричал гном и стукнул себя кулаком в грудь, отчего едва не растянулся во весь рост, однако же, Пако с трудом его удержал.
– Плясать, пожалуй, не стоит, – скептически заметил Пако, не без опасений отпуская гнома. – Постой тут немного, пока мы поможем мастеру Хорди, ладно?
Олли уверенно кивнул головой, и малыши втроём принялись поднимать Хорди, чтобы не дать тому крепко заснуть и как можно скорей поставить на ноги. Но едва друзья взялись за Хорди, как за их спинами раздался глухой стук упавшего тела, и послышалось недовольное ворчание:
– А чтоб тебя! Молот Дьюрина мне в глотку! Похоже, друзья, что сегодня я станцевать вам не смогу. Что-то с устойчивостью у меня нынче… не очень…
Лимпи опять было кинулся к Олли, но Пако удержал лепрекона за руку: – Стой! Пусть пока полежит. Сейчас главное этого в чувство привести, а то потом его вообще разбудить не сможем, – кивнул хоббит на распластавшегося на ступенях Хорди.
Малыши вновь принялись тормошить уснувшего гнома, пытаясь поднять его с холодных ступеней. Но Хорди и не думал просыпаться, и храпел так, что под сводами зала начало гулять эхо.
– Ох и тяжеленный! – Пожаловался Нобби. – Нести его сейчас к реке всё равно, что тащить туда полную пивную бочку.
– Но река то, вроде, совсем недалеко, – заметил Пако, прислушиваясь к отчётливо слышному плеску воды, – давайте поднатужимся.
– А что это вы тут делаете? – Неожиданно раздался над головами малышей тонкий голосок Гиль.
– Тебе что, нечего делать, как только задавать глупые вопросы? – Недовольно пробурчал Пако. – Лучше бы хоть чем-то помогла, хотя чем ты можешь нам помочь?
– Действительно, чем же я могу вам помочь, если не знаю, что вы собираетесь делать? – Возмущённо фыркнула цветочная фея.
– Видишь вот этого гнома? – Спросил Пако.
– Угу, – кивнула головкой Гиль.
– Так вот, нам каким-то образом надо доставить его к реке, – пояснил Пако.
– Похоже, что доставить реку к нему будет значительно проще, – съязвил запыхавшийся от натуги Нобби.
– А как быть с тем, другим? – Переспросила Гиль, указывая миниатюрной ручкой на уже стоявшего на четвереньках и пытавшегося вновь подняться Олли.
– За него не беспокойся, он сейчас сам поднимется, – сказал Пако.
– Ага, – не переставал язвить Нобби, – помнится, он даже станцевать нам обещал.
– Ладно, – кивнула головкой фея и в одно мгновение переместилась к храпящему Хорди, которого Лимпи и Нобби придерживали за плечи, чтобы тот не простудился на холодных ступенях. Летунья проворно коснулась пальчиком морщинистого лба гнома, и тот сразу широко раскрыл глаза. Вместо того чтобы что-нибудь сказать, Хорди вскочил со ступеней, и ошалело вращая глазами, во всю прыть бросился к протекавшей неподалёку реке. Ещё мгновение и он уже скрылся в полумраке, после чего раздался громкий всплеск, будто бородач с разбегу плюхнулся в воду.
– Что ты наделала?! – Перепугался Пако. – Он ведь так и утопиться может!
Все кроме Олли дружно бросились к реке. Пако на ходу вытащил самосветный кристалл и начал лихорадочно тереть его о куртку, чтобы тот быстрей засветился. Несколько мгновений и друзья уже стояли на берегу шустрой речушки, а серебристый свет кристалла рассеивал окружавшую мглу. Взорам малышей предстала следующая картина – Хорди на четвереньках стоял в воде и громко фыркал словно лошадь. Он то и дело макал голову в воду, а затем неистово ей тряс, разбрызгивая во все стороны тучи брызг.
– Он приходит в себя! – Радостно воскликнул Нобби.
– Пожалуй, похоже на то, – с облегчением вздохнул Пако, – Не простудился бы только.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #316 on: 08/10/2022, 11:27:13 »
На Запад

Глава 26

Время отчаянных решений

2 часть

Наконец Хорди затих и с трудом поднялся на ноги. От холодной воды гнома сотрясала дрожь, но зато теперь он самостоятельно стоял на ногах! Он озадаченно уставился на поджидавших на берегу товарищей и совсем растерялся. Было похоже, что он не может понять, что с ним происходит.
– Где я? – Растерянно выдохнул бородач.
– Неподалёку от «Поверженного Дракона», мастер Хорди, – ответил Пако.
– Опять! – Сокрушённо вздохнул он и схватился за голову обеими руками. – Но я хоть ничего там не натворил этим вечером?
– Нет, вовсе нет, – успокоил Пако гнома, стараясь скрыть улыбку.
– А вы все были там вместе со мной? – Вновь спросил Хорди.
– Да, мастер Хорди, мы были там вместе – вы, я, Нобби, Лимпи и ещё Олли, – перечислил Пако.
– А где же тогда старина Олли, коли, по вашим словам, он был с нами? – Недоверчиво справился Хорди.
– Полагаю, он до сих пор пытается встать на ноги под лестницей, у входа в трактир, – вставил своё слово Нобби.
– Опять она! – Испуганно пробормотал Хорди, заметив парившую над головой Пако цветочную фею.
– Да, это Гиль, – подтвердил Пако. – Она, в каком-то смысле, тоже была вместе с нами.
При виде столь дивного для него создания, гном будто остолбенел.
– Мастер Хорди, скорей выходите из воды, вы уже и так до костей продрогли, – подсказал Пако.
– А, ну да, – опомнился гном. – Я в полном порядке, друзья, а теперь надо бы помочь старине Олли.
Хорди выбрался на берег и, оставляя на мостовой мокрую дорожку от стекавшей с него воды, поплёлся к «Поверженному Дракону».
– Я же говорил, что Бодрянка кого угодно поставит на ноги, – обрадовался Олли, увидев шагавшего к нему Хорди (сам он уже стоял на ногах, тяжело облокотившись на перила у края лестницы).
– Ну а ты как, приятель? – Поинтересовался Хорди. – Может и тебе стоит освежиться в Бодрянке?
– Нет уж, увольте, друзья, – решительно замотал головой Олли, – я и так уже почти в полном порядке.
– Да уж, – почесал Хорди звтылок, – кажись, мы с тобой малость перестарались.  Знаешь, давай-ка я проведу тебя домой и на сегодня больше никаких приключений.
При этих словах Нобби обеспокоено подёргал Пако за рукав: – Ну же, скажи им, а не то они сейчас разойдутся и сегодня нам ни за что не видать встречи с Бундином, – прошептал он.
– Ну что-ж, друзья, – сказал Хорди, оборачиваясь к своим новым приятелям, – спасибо вам за тёплую компанию и дружескую заботу. Припоминаю, я обещал вам назавтра встречу с Бундином, а посему постарайтесь встать пораньше. Кажется, я не забыл попросить Молли, чтобы она поутру вас разбудила, так что теперь отправляйтесь к себе и постарайтесь выспаться. А нам с Олли тоже пора отдохнуть. Покойной вам ночи, ребята.
– Да, друзья, до завтра, – с трудом выговорил Олли всё ещё заплетающимся языком, – и не вздумайте проспать!
Хорди подставил Олли плечо и гномы не спеша поковыляли к мосту.
– Стойте! –  Не удержался Пако и крикнул вслед удаляющимся гномам.
– Хорди, дружище, погоди, – пробормотал Олли. – Мой друг желает что-то сказать.
Увидев, что гномы остановились, Пако подбежал к ним и стал на пути.
– Говори, друг, – сказал Хорди.
– Всё значительно хуже, чем мы предполагали, – взволнованно начал Пако. – Их шпион уже здесь!
– Чей шпион? – Пробормотал Олли.
– Помолчи друг, я сам разберусь, в чём тут дело, – перебил Хорди.
Олли сделал красноречивый жест, что он всё понял и замолк.
– Говори, Пако, – сказал старый гном.
– Мы видели шпиона в заведении тётушки Молли, – взволнованно начал Пако. – Он покинул трактир незадолго до вас и скрылся во тьме. И он всё ещё где-то рядом.
– Успокойся, мой юный друг, – уверенно сказал Хорди. – В нашем городе нет места злодеям, и я полностью убеждён, что ты ошибся.
– Но мы все видели его! – Хором возразили малыши.
– Друзья, если вы боитесь возвращаться в свою комнату, – Начал Хорди, – то мы с Олли вас проводим…
– Нет! – Испуганно возразил Пако, вспомнив о Мельхеоре и компании.
– Тогда чего же вы от нас хотите? – Растерялся Хорди.
– Чего бы эти мальцы ни пожелали… я их парень, – решительно заявил Олли, старательно выговаривая слова непослушным языком.
– Мы должны встретиться с Бундином прямо сейчас! – Выпалил Пако, набравшись смелости. – Завтра может быть уже слишком поздно.
Удивлённый такой отчаянной решительностью, Хорди задумался и, мгновение поразмыслив, озадаченно пробормотал:
– И что это вам приспичило разрешать серьёзные дела посреди ночи? Может, всё-таки, обождём до утра?
– Нет, мастер Хорди, – настоял Пако. – Завтра может быть уже поздно.
– Ой как скверно-то… что же мне с вами делать? – Замешкался старый гном, растерянно теребя бороду. – Нас ведь сейчас попросту никто к Бундину не пропустит. В палатах гильдии стражи – тьма тьмущая, а мы, гномы, народ обязательный и свой долг чтим свято…
– Да ладно тебе, старина, половина городской стражи – мои давние друзья-приятели, – вновь очнулся Олли. – договоримся с ними уж как-нибудь. Мы ведь не какие-то там лиходеи? Скажем, что привели к Бундину послов с Отпорного Перевала, и это дело государственной важности.
– Ты ещё тут на мою голову навязался… – недовольно фыркнул Хорди на товарища. 
– Да брось, дружище, мы же не раз друг друга из беды выручали, – пробормотал Олли, не переставая улыбаться, – давай поможем мальцам. Тем более что они ведь не для себя стараются. Ты же сам видел там, у подножия Серых гор ту ужасную тварь. А Пако говорит, что это ещё не самое страшное. Помнится мне, речь шла о злодее, который целую армию собрал. Кто его знает, на кого он с этой армией двинется?
– Ой, чую я, что ещё не раз об этом пожалею, – проворчал уже почти сдавшийся Хорди. Он немного постоял, прикидывая в голове различные варианты, а потом сказал опиравшемуся на его плечо Олли:
– Для начала, старина, было бы неплохо тебя освежить – ты ведь на ногах не стоишь, а Бундин – гном серьёзный и не потерпит в своих апартаментах вольностей, пусть даже ты и мой друг. Поэтому давай-ка мы тебя макнём разок-другой в Бодрянку – это точно поможет тебе собраться.
– Как скажете, друзья, – пожал плечами Олли. – С вами я хоть в огонь… да что там! На дракона готов идти!
Не теряя времени, Олли подвели к речному потоку, и он, став на четвереньки, принялся в точности повторять недавний ритуал Хорди. Вскоре под сводами подземного города вновь раздалась разудалая песня. Спустя несколько минут мимо друзей, горланя на ходу и пошатываясь из стороны в сторону, прошагал ещё один весельчак. Он тоже распластался у реки и, громко фыркая, принялся окунать голову в воду.
Пако, Нобби и Лимпи уже в третий раз кряду глядели на странный ритуал местных жителей, и теперь для них стало очевидным, почему подземная речка получила своё странное название.
Наконец Олли окончательно пришёл в себя и выбрался на берег. Присев на камне, он снял сапоги и вылил из них воду. 
– Ну что, готов? – Спросил Хорди товарища, когда тот вновь поднялся.
– Гот-тов т-то готов, да вот т-только холод-дно – жуть! – Ответил Олли, стуча зубами. – С-сейчас б-бы оп-прокинуть в-всего од-дну к-кружечку…
– Довольно, старина, с тебя уже кружечек на сегодня, – хмуро заметил Хорди. – Теперь немного разомнись, попрыгай и будем идти – ночь-то не бесконечная.
– Д-да ладно в-вам, друзья, пойдёмте, – предложил Олли. – На ходу и об-богреюсь.
– Вот и ладно, – поддержал друга Хорди, и вся компания направилась к мосту через реку.
– Если повезёт, и Бундин нас примет, то говорить с ним буду я, – на ходу заявил Хорди. – Все остальные будут отвечать лишь тогда, когда Бундин сам о чём-нибудь спросит, это ясно?
Все с готовностью кивнули головами, и кампания зашагала по мостовой.
Проходя по мосту, Пако разглядывал массивные колонны, подпиравшие высоченные своды подземного города. Вдоль берегов реки, почти на всём её протяжении, лепились причудливо сложенные из крупных камней домики. В некоторых окошках всё ещё горел свет, но большинство жителей города давно уже спали. Пако всё никак не мог понять, каким же образом гномы отличают день от ночи, но то, что время суток здесь определялось безошибочно, для любого, попавшего в этот странный мир без солнца, было очевидным. В дневные часы город наполнялся шумом кипящей жизни, а сейчас было так тихо, что звуки шагов отчётливо отражались от невидимых во тьме сводов. Многие жилища в подземном городе выглядели также, как и те, что можно было встретить на поверхности, а иные, как и трактир «Поверженный Дракон», были высечены прямо в толще горы. На стенах центрального чертога, являвшегося сердцем города, виднелись многочисленные балкончики, балюстрады, разновеликие окна и прочие признаки того, что город простирался далеко за пределы видимых очертаний.
Путники перешли через мост и свернули направо. Минут двадцать они пробирались по лабиринтам узеньких улочек между домами, а потом вышли на широкую, вымощенную крупными плитами дорогу, ведущую к западной оконечности города. Ещё через десять минут ходьбы дорога упёрлась в дубовые, окованные железом, ворота. В одной из створок ворот виднелась небольшая дверь, по обеим сторонам от которой дежурили два гнома с заряженными самострелами в руках. На поясе у каждого из охранников висели короткие мечи. Завидев приближавшуюся компанию, гномы выпрямились, и направили самострелы на припозднившихся визитёров, а один из них суровым голосом крикнул:
– Стойте там, где стоите, а не то мы будем стрелять!
Путники были вынуждены остановиться, а стражник строго спросил:
– Кто такие и что вам тут надо в столь поздний час?
– Я Хорди Мифрильная Жила, – с достоинством произнёс седобородый гном. – Со мной мои друзья – Олли Пробейгора, хоббиты Пако Прыгинс, Нобби Пудингс и их друг Лимпи.
В том, что эти малыши хоббиты я и не сомневался, – также недружелюбно, как и вначале буркнул говоривший охранник, – но что вы здесь потеряли?
– Нам срочно нужно попасть к Бундину Молоторукому, ибо эти ребята, – кивнул Хорди на своих спутников, – послы с Отпорного Перевала и прибыли к нам с чрезвычайно важными новостями, – пояснил Хорди.
– Послы они или просто любители поморочить голову занятым людям, пускай возвращаются по домам. Кем бы они там ни были, уже поздно и Бундин давно отдыхает, – сказал стражник, зевая. – Пусть приходят дня через три-четыре, а лучше через неделю, ибо завтра мы ожидаем визит высоких послов из Гондора, и у Бундина и без того хватает забот.
– Но мы не можем ждать целую неделю! – Неожиданно взорвался Пако.
– Можете или не можете, нам всё равно, но если хотите видеть самого Бундина, то придётся, – равнодушно заявил стражник.
– Подождите меня здесь, – сказал Хорди и решительно шагнул к охранникам.
– Кому было сказано! Стоять! – Переполошились гномы и вновь наставили свои самострелы.
– Неужели, Булли, ты станешь в меня стрелять? – На ходу заговорил Хорди. – А ведь я ещё мальцом тебя на руках качал. Так-то ты привечаешь своего дядюшку…
При этих словах стражники немного растерялись и позволили Хорди подойти, и между ними завязалась тихая беседа. Пако без особого энтузиазма глядел, как Хорди пытается убедить охранников пропустить визитёров, но стража оставалась непреклонной.
– Придётся возвращаться назад, – вздохнул Нобби.
– Погодите ребятки вздыхать, – не сдавался Олли, – может ещё что-нибудь и выйдет.
Друзья издали наблюдали за тем, как старый гном в течение нескольких минут что-то объяснял караульным. Затем стражники расступились пропуская Хорди внутрь и, обернувшись, гном крикнул:
– Обождите меня здесь, друзья, я скоро вернусь.
Ещё мгновение, и Хорди скрылся за воротами.
Дверь со скрипом затворилась, и снова стало тихо. Чтобы хоть как-то развеселить малышей, Олли начал рассказывать им забавные истории о днях своей молодости, впрочем, настроения это никому так и не добавило. К счастью ждать пришлось недолго. Наконец ворота со скрипом отворились, и на этот раз Хорди появился не один. Сопровождавший его гном стал что-то объяснять караульным, а Хорди замахал рукой, жестом подзывая поджидавших его товарищей.
– Я же говорил вам, что всё образуется, – обрадовался Олли, – а вы даже не хотели меня слушать. Давайте, ребятки, поживей, а не то мы так до самого утра не управимся.
Друзья поспешили к воротам и, затаив дыхание, замерли, ожидая, что скажет им гном, по всей видимости, бывший тут распорядителем.
– Я начальник городской стражи Хорриг Гранитная Голова. Следуйте за мной, – сухо сказал важный гном и вновь скрылся в проёме ворот.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #317 on: 08/10/2022, 11:28:10 »
На Запад

Глава 26

Время отчаянных решений

3 часть

Визитёры поспешили за провожатым и вскоре оказались в широком коридоре с высокими округлыми сводами. Хорриг Гранитная Голова энергично отмерял путь широкими шагами, и малышам пришлось за ним почти бежать. Стены прохода были украшены барельефами, на которых были изображены гномы различных призваний – воины и камнетёсы, ювелиры и кузнецы и многие другие труженики Подгорного народа, о чьих ремеслах хоббиты не имели ни малейшего представления. По обеим сторонам прохода на равных расстояниях друг от друга неподвижно стояли стражники с двуручными секирами. Некоторые из них охраняли окованные сталью массивные двери, уводящие в стороны от центрального коридора. Через несколько сотен ярдов быстрой ходьбы стены коридора раздались в стороны, и путники оказались в просторном округлом зале с массивными колоннами, покрытыми искусной резьбой. Зал щедро освещали десятки факелов, размещённых в специальных нишах колонн. У дальнего от прохода края, полукругом возвышался помост с восемью мраморными креслами, более походившими на королевские троны. В промежутках между расположенными по окружности колоннами на постаментах стояли гранитные статуи гномов различных ремёсел – здесь были и кузнецы в фартуках, с молотами и массивными клещами в руках, ювелиры с увеличительными линзами и хитроумными приспособлениями для особо сложных работ, плотники с рубанками и топорами, рудокопы с ломами и кирками.
– Это, ребятки, зал Круга Совета – сердце нашего Подгорного Братства, – пояснил Хорди. – Здесь принимаются все самые важные решения в жизни нашей дружной общины. Существует восемь гильдий ремесленников и каждая из них избирает своего верховного мастера, представляющего в этих стенах интересы всех тружеников нашего дружного братства. Один из верховных мастеров становится Верховным Старейшиной Братства на десять лет, после чего он переизбирается снова. Сейчас Верховным Старейшиной является Бундин Рука-Молот. Он мой давнишний друг, и только поэтому, в виде редчайшего исключения, он примет нас прямо сейчас.
Хорриг провёл посетителей к окованной серебром двери в дальнем конце зала, отворил её и, отступив в сторону, торжественно произнёс:
– Бундин Рука-Молот ждёт вас.
Друзья шагнули в дверной проём и, пройдя по короткому коридору, очутились в большой, хорошо освещённой комнате. Со всех сторон на стенах были развешены огромные старинные карты и муляжи животных, а под ногами были всюду расстелены мягкие ковры. На коврах были вытканы до того великолепные картины, что на них было даже как-то неловко ступать. В камине у дальней стены горел огонь, а перед ним покачивался в кресле-качалке убелённый сединой гном в вечернем халате, с ночным колпаком на голове. С колпака на плечо старику свешивалась пышная кисточка. Услышав шаги, гном повернулся к прибывшим, вынул изо рта дымящуюся трубку и громко сказал:
– Прошу вас, друзья, проходите и присаживайтесь.
Напротив Бундина были расставлены полукругом пять мягких кресел, в которых и разместились прибывшие гости.
Удобно умостившись в кресле, Пако недоверчиво смерил взглядом бородача напротив, поглядывавшего на него поверх круглых очков. Слишком уж добродушный вид старика заставил хоббита сомневаться в том, что перед ним не кто иной, как Бундин Рука-Молот. После всех рассказов о суровом предводителе гномов Железного Взгорья он ожидал увидеть заматеревшего во многих боях сурового воителя, а сидевший в кресле добряк в колпаке с кисточкой никак не внушал ему доверия. Даже полдюжины старых шрамов на лице старика вкупе с ночным халатом и, надетыми на босу ногу, меховыми тапочками, выглядели неубедительно.
– Итак, кто из вас Пакмелоний Прыгинс? – Спросил седовласый гном.
– Я, – застенчиво отозвался Пако.
– Мне уже приходилось не раз о вас слышать, молодой человек, – сказал гном, поправив висящие на кончике носа очки. – Вы внук Пончо Прыгинса, не так ли?
Пако молча кивнул головой, а его щёки разрумянились от смущения.
– Теперь давайте не будем терять времени, – снова сказал старик, – и я вас внимательно слушаю.
– Но… – замялся Пако. – Нам нужен Бундин Рука-Молот.   
– Тогда я именно тот, кто вам нужен, молодой человек, – добродушно улыбнулся старик.
Пако ещё раз окинул недоверчивым взглядом сидящего перед собой гнома.
Бундин, а это был именно он, качнулся в кресле и, затянувшись из трубки, выпустил в воздух несколько колечек дыма.
– Прошу прощения, сударь, – замялся Пако, – но я ожидал увидеть кого-нибудь более похожего на воина, чем вы.
– Если бы вы, молодой человек, не подняли меня посреди ночи и дождались завтрашнего утра, – теперь уже недовольно проворчал Бундин, – то увидели бы именно такого Бундина, о котором вы наслышаны, а в это время суток я просто старый уставший за день гном, который очень хочет спать. Итак, вы будете хоть что-нибудь говорить, или нет?
– Покорнейше прошу прощения, сударь, – испугался Пако, – я всего лишь хоббит с Отпорного Перевала.
–   Не переживайте юноша, я тоже когда-то был таким же настырным прямым и нетерпеливым, как и вы, – снисходительно улыбнулся Бундин. – А теперь говорите, зачем пожаловали. Кстати, простите, что не предлагаю вам чаю, потому как меня всего десять минут назад подняли из постели.
– Не волнуйся, дружище, сейчас не это важно, – вмешался в разговор Хорди. – Главное сейчас то, что скажет вот этот славный малый, с которым мы уже успели основательно сдружиться.
Растерянный всеобщим вниманием Пако не знал с чего ему начать, и ещё какое-то время в комнате было слышно лишь потрескивание пылающего в камине огня.
– Я Пако Прыгинс с Отпорного Перевала, а это мои друзья, Нобби Пудингс и Лимпи – начал было Пако, но Бундин его перебил:
– Это я уже знаю, молодой человек, со слов моего друга. Я советую вам приступать сразу к делу, а иначе мне не хватит ночи, чтобы вас выслушать.
– Хорошо, сударь, – поправился Пако и продолжил: – Мы с друзьями прибыли к вам как посланники Эсгалдора, а именно принцессы Тэльтинвэ, дочери Тинвэроса Мудрого.
– Опять Эсгалдор, и опять эти эльфы, – нахмурился Бундин. – Вы что, сговорились сегодня? Если не ошибаюсь, вы пришли уговаривать меня о помощи попавшему в окружение кочевников эльфийскому отряду, не так ли?
– Да, сударь, – подтвердил Пако.
– И почему все думают, что гномы Железного взгорья должны помогать эльфам? – возмущённо покачал головой Бундин.
– Дело в том, сударь, – внезапно оживился Пако, – что кочевники, о которых вы уже слышали, это даже не полбеды – с севера к пределам Хаэрастского леса подошло огромное войско под предводительством некоего Атармарта.
– Об этом Атармарте я тоже слышал, – сказал Бундин, – но он ведь до сих пор не причинял нам беспокойства, так почему мы должны ссориться с могущественным владыкой, о котором почти ничего не знаем? Минувшим днём я уже разговаривал с неким магом по имени Мельхеор, кстати, вы с ним не знакомы?
Пако замешкался, не зная, что и ответить, а затем сказал: – Да, сударь, мы хорошо его знаем, ведь он наш друг.
При этих словах Хорди и Олли удивлённо переглянулись.
– Тогда почему вам было не прийти вместе? – Сразу заподозрил неладное Бундин.
Пако вновь замешкался с ответом, а потом нерешительно сказал: – Мы прибыли сюда по-отдельности и не знали, что Мельхеор тоже находится здесь.
Бундин на мгновение задумался, а потом его лицо просветлело, будто его осенила блестящая идея, и он продолжил:
– Этот Мельхеор много говорил, но я так и не понял причин, почему Атармарт преследует эльфов, вторгнувшись со своей армией так далеко на юг. Попытайтесь мне это разъяснить, господин Прыгинс, вы ведь посланник принцессы Эсгалдора, если я правильно вас понял?
– Да, сударь, именно за этим я сюда и пришёл, – обрадовался Пако.
– Тогда продолжайте, юноша, – кивнул Бундин головой и откинулся на спинку кресла.
– С Атармартом мы впервые повстречались не так уж и давно – это случилось минувшей осенью. Он заявился к нам на Отпорный Перевал накануне зимы и длительное время пытался что-то выведать с помощью своих уродливых ищеек. Тогда нам и довелось кое-что узнать. И скажу вам, что этот Атармарт настоящий демон! Всюду, где он не появляется, его сопровождает лютый холод. Голоса у него совсем нет, а когда он говорит, то раздаётся лишь жуткое шипение. Ещё он всюду появляется в чёрной маске, и хотя я стоял перед ним точно так, как сижу сейчас перед вами, но его глаз так и не видел – вместо них у этого демона лишь чёрные бездонные дыры! Мы на Отпорном Перевале всегда думали, что слухи об Атармарте всего лишь сказки эсгалдорских эльфов, но оказалось, что это совсем не так! Мельхеор говорит, что когда-то Атармарт и сам был эльфом, но затем он подпал под влияние тёмных сил и те извратили его дух. Ещё Мельхеор говорит, что этот демон длительное время был слугой некоего Саурона, но так и не оправдал его надежд и был им забыт. Теперь Древний Предатель, как его чаще всего называют эсгалдорские эльфы, сам по себе, но ему повинуются орки и гворхи Волчьих холмов, потому что некогда ему была дана над ними большая власть. А ещё Мельхеор как-то поведал мне, что теперь Атармарт существует лишь для того, чтобы осуществить свою давнюю мечту и стать владыкой эльфов Эсгалдора и поэтому теперь неотступно преследует их.
– Кое-что из того, что вы говорите, юноша, я слышал и раньше, – сказал Бундин. – Но мне всё же не понятно, каким образом этот Атармарт хочет стать повелителем эльфов? Всем известно, что насильно мил не будешь… так на что же он, всё-таки, рассчитывает?
– Доводилось ли вам когда-нибудь слышать о Ромэнсильмэ? – Внезапно спросил Пако.
– Ромэнсильмэ?! – Даже приподнялся от удивления Бундин. – Откуда вам, юноша, известно об этой древнейшей реликвии?
– Мне рассказал об этом Мельхеор, – ответил Пако.
– Тогда странно, что в разговоре со мной Мельхеор не упомянул об этой вещице, – задумался Бундин. – Продолжайте, юноша, я вас внимательно слушаю.
– Так вот… на чём это я остановился, – растерянно пробормотал Пако. На самом деле он очень боялся проговориться, что диадема находится у него и тщательно подбирал слова, прежде чем высказать их Бундину.
– Вы, юноша, остановились на Ромэнсильмэ, – подсказал гном, – и вот это уже становится интересно.
– Да, Ромэнсильмэ, – повторил Пако и совсем замолчал, опасаясь как бы не ляпнуть чего-нибудь лишнего.
– Что же вы молчите, юноша, вы ведь не за этим сюда пришли, – торжествуя подсказал Бундин. – Ну что-ж, тогда я сам доскажу вам эту историю. Я думаю, что единственный шанс Атармарта добиться своей цели состоит в том, чтобы завладеть Ромэнсильмэ. Полагаю, что теперь я могу с уверенностью сказать, где находится эта древняя реликвия, которую добыли в бою наши прапрадеды.
При этих словах в глазах Пако потемнело, ведь он на мгновение подумал, что Бундин обо всём догадался.
– Ромэнсильмэ или Венец Королей, как чаще всего называем эту старинную, прославленную диадему мы, гномы, – продолжал Бундин, – находится в руках эсгалдорцев. Теперь Атармарт не оставит эльфов в покое, пока не получит то, что поможет ему добиться своей давней цели. Что-ж, это сильно меняет дело.
– Но вы ведь теперь поможете спасти наших друзей? – С надеждой и страхом выдавил из себя Пако.
– Не бойся, юноша, – сказал Бундин, заметно оживившись. – Я понимаю, что вы всего лишь выполняете волю своей хозяйки, которая велела вам помалкивать о бесценном сокровище и потому не держу на тебя зла. Что же касательно помощи… я не в праве принимать решение, которое по нашим давним обычаям должно приниматься в Куге Совета Подгорного Братства. И всё же, могу тебе сказать, что я сделаю всё возможное, чтобы склонить своих братьев к заключению сделки с твоей госпожой. Раз уж Ромэнсильмэ не может помочь эльфам выкрутиться из неприятностей, то полагаю, они не станут упорствовать против нашего предложения. Диадема веками переходила из рук в руки наших прославленных королей и по праву считается достоянием всего нашего рода. И могу вас заверить, что вероятность того, что наше братство решит выступить, чтобы вернуть бесценную реликвию дедов, очень велика.
Неожиданно Нобби не выдержал и сказал:
– Вы, Владыка Бундин, говорите, что Ромэнсильмэ реликвия вашего народа, но мы слышали, что до того, как очутиться в руках гномов, она по праву принадлежала эльфам.
При этих словах брови Бундина сошлись над переносицей, и все решили, что он вот-вот разгневается, однако он совладал с собой и спокойно сказал:
– Больше никогда не говорите о том, о чём не имеете никакого понятия, юноша, если хотите, чтобы мы и впредь оставались друзьями. Теперь же я благодарю вас за бесценные сведения и обещаю, что через несколько дней мы соберём Круг Совета Подгорного Братства и на нём решим, что делать дальше.
– Но через несколько дней может быть слишком поздно! – В отчаянии выпалил Пако. – Почему нельзя принять решение сейчас?!
– Ты слишком нетерпелив, Пакмелоний Прыгинс, – строго ответил Бундин. – Я уже сказал, что не могу принять подобного решения один. Наш Совет соберётся через несколько дней, после того, как с Железного взгорья отбудут высокие послы из Гондора. Теперь же я благодарю вас за этот, без сомнения, важный визит, и прошу простить меня за то, что я не смог принять вас в более подобающей обстановке. Завтра меня ожидает трудный денёк, и теперь я должен хоть немного поспать. Больше сегодня я ничем не могу вам помочь, даже если бы и очень этого хотел.
Словно приговор прозвучали для Пако слова Бундина. Всё, ради чего он не раз рисковал своей жизнью, рухнуло. Ему казалось, что это его вина, что он не сумел убедить Бундина и тем самым подвёл стольких своих друзей. В глазах у Пако потемнело, а в висках раздались гулкие удары сердца. 
– Пако, пойдём, – дёрнул Нобби друга за рукав, возвращая его к действительности, но расстроенный хоббит будто ничего не видел и не слышал. В отчаянии он готов был расплакаться, но усилием воли сдержался. Он обречённо сполз с кресла и, понурив голову, побрёл за товарищами. Теперь он уже не обращал внимания ни на что вокруг и мечтал лишь поскорей оказаться где-нибудь в тёмном углу, где мог дать волю слезам.
Проводив товарищей до трактира «Поверженный Дракон», гномы выразили своё сожаление, пожелали им спокойной ночи и разошлись по домам. С тяжёлым камнем на сердце возвращались друзья в свою комнату. Расстроенные, они не замечали никого и ничего вокруг.

Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #318 on: 09/10/2022, 09:16:23 »
На Запад

Глава 27

Тэльвег

часть 1

В коридоре царил полумрак. Добравшись до нужной комнаты, друзья отворили дверь и бесшумно проскользнули внутрь. В комнате было совершенно темно. Пако нащупал первую попавшуюся ему под руку кровать и, скинув ранец, растянулся на ней во весь рост. Нобби тоже до того устал, что даже не глянув на оставленный на столе ужин, последовал примеру друга. Только Лимпи осторожно пробрался к столу и зажёг масляный светильник. Внезапно Пако почувствовал, что в комнате есть кто-то ещё и, охваченный тревожным предчувствием, открыл глаза. Приподнявшись на локте, он повернул голову к двери и тут увидел у стены сидящего на стуле… Тэльвега!!!
Тэльвег невозмутимо глядел на опешивших малышей и не спешил что-либо предпринимать. Похоже, он был настолько уверен в себе, что счёл более любопытным поглядеть, как отреагируют на его внезапный визит перепуганные жильцы комнаты.
Руки незваного визитёра были вызывающе скрещены на груди, а холодный взгляд не предвещал ничего хорошего. Несколько минут противники разглядывали друг-друга, не предпринимая никаких действий и в мертвенной тишине можно было услышать потрескивание горящего фитиля лампы, да перестук взбудораженных сердец перепуганных малышей.
Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить бешено колотившееся сердце, Пако прикинул расстояние до двери, просчитывая возможность добежать до спасительного выхода, но даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять – стоит Тэльвегу лишь протянуть ногу, чтобы заблокировать дверь и сделать бесполезной любую отчаянную попытку бегства. Пако стало так страшно, что он готов был выпрыгнуть в открытое окно, но для этого его ещё нужно было открыть.
Когда до Пако дошло, что бежать некуда, внезапно рванулся к выходу Нобби. По пути к двери он пытался кричать, но из груди вырывался лишь глухой хрип. Ещё мгновение и случилось то, что следовало ожидать – Тэльвег быстро подпёр дверь ногой, и сколько бы Нобби ни дёргал за ручку, она не поддавалась. Затем полуночный визитёр резко вскочил со стула, схватил Нобби за шиворот и бросил его на кровать рядом с Пако. Опасаясь, что от Тэльвега достанется и ему тоже, Лимпи спрятался за столом.
– Тихо, мальцы, и всё будет хорошо, – угрожающе прошипел Тэльвег, глядя в глаза Пако, ещё хоть как-то пытавшегося сохранять самообладание. – Если бы я хотел убить кого-то из вас, то уже давно бы это сделал, – снова произнёс он. – Но я здесь вовсе не за этим.
Тут Пако вспомнил про покоившуюся в ранце диадему и, похолодев от ужаса, запинаясь, спросил:
– Тогда… что тебе от нас нужно?
Вместо ответа Тэльвег передвинул стул к двери, чтобы похоронить последние иллюзии пленников относительно бегства и снова присел. Вначале он молча сверлил взглядом притихших малышей, словно наслаждался затаившимся в их глазах ужасом, а потом медленно произнёс:
– Прежде всего я хочу, чтобы вы знали, что ныне я вам больше не враг.
– И мы что, должны этому поверить? – Робко съязвил Пако.
– Сейчас у вас просто нет иного выбора, – холодно ответил Тэльвег. – Понимаю, что в это трудно поверить, но я могу вам помочь, и пришёл сюда именно для этого.
– Нам не нужна твоя помощь, – презрительно выпалил Пако.
– Ладно, брось, малый, я же знаю, зачем вы здесь и что лежит в твоём ранце, – ответил Тэльвег, самодовольно ухмыльнувшись.
При этих словах Пако нервно сглотнул и его начала сотрясать мелкая дрожь.
– Перестаньте трястись и слушайте меня внимательно, мальцы, – снова заговорил Тэльвег. – Завтра сюда прибывает Эльдарион – сын короля Элессара, и вы должны знать, что лишь он один сможет помочь вам одержать победу в грядущей битве. Вы должны убедить его в существовании неотвратимо надвигающейся с востока угрозы. Я слыхал, что нынче в Гондоре хоббиты в большом почёте и, полагаю, у вас есть шанс. Если же дело пойдёт туго, то для достижения цели одному из вас придётся воспользоваться чарами Ромэнсильмэ.
– Почему мы должны тебе верить? – Выдавил из себя Пако, не в силах скрыть искреннего удивления словами врага. – Я сам видел тебя вместе с Атармартом и хорошо знаю, о чём вы говорили в трактире моего деда минувшей осенью. Ты с ним заодно и теперь лишь пытаешься выведать у нас то, что велел тебе твой хозяин. 
– Он мне не хозяин! – Внезапно вскричал Тэльвег, вскакивая со стула. Заметив, как съёжились от страха его пленники, он взял себя в руки и снова занял своё место. – Теперь уже не хозяин, – на этот раз спокойно сказал он. – Что мне у вас выведывать, если я знаю, что вещица при вас и я прямо сейчас могу её отобрать? Кто помешает мне это сделать?
Пако сглотнул подступивший к горлу ком и спросил:
– Ладно, тогда зачем ты всё это нам рассказываешь?
Хорошо, чтобы внести в дело больше ясности и отмести в сторону ненужные подозрения, я вам кое-что расскажу, – проговорил Тэльвег после нескольких мгновений раздумий. – Признаюсь, мне нелегко об этом говорить, но за последние дни очень многое изменилось. Не хочу сказать, что во мне неожиданно проснулась совесть и я в одно мгновение изменился, но Атармарт позволил себе допустить одну непростительную ошибку, которую ему делать не следовало. Он почему-то решил, что может меня запугать… – на этом месте Тэльвег запнулся и сглотнул подступивший к горлу ком. – Он убил моего младшего брата, которого, как, оказалось впоследствии, держал у себя лишь затем, чтобы быть уверенным в моей верности. Мерзавец почему-то решил, что может меня запугать, но со смертью Венло я стал свободен. Никто не в силах подчинить меня своей воле, и теперь древний демон об этом узнает. Кроме того, отныне я жажду мести и не остановлюсь, пока не отплачу ему за смерть моего несчастного брата. Не скрою, что ещё неделю назад я бы хладнокровно убил вас всех, одного за другим, и какое-то время я даже страстно желал этого, но гнев странная штука. Вначале он ослепляет, делая тебя своим безвольным орудием, но когда от избытка пережитой боли чувства притупляются, и он вдруг внезапно оставляет тебя, то мир вокруг выворачивается наизнанку – то, что казалось таким желанным и непреложным, внезапно становится бессмысленным, а казавшееся незаметным и неосязаемым – ясным как день.
Сначала я решил, что в смерти моего брата виновны лишь вы трое. Меня сжигали ярость и гнев, с которыми я был не в силах совладать.
Вы не единожды обвели меня вокруг пальца, и гнев Атармарта был ужасен. В приступе ярости он решил меня проучить, убив брата прямо на моих глазах. Его гнев будто вошёл в меня, и я возжаждал, чтобы за смерть брата кто-то ответил. Но так как я не мог убить бессмертного демона, то целью своей мести я выбрал вас троих. Обуревающие меня чувства были столь сильны, что, казалось, выжгли в моём сердце всё, что ещё могло гореть, и когда пищи для ярости больше не осталось, на меня снизошёл покой, открывший ясность моему исстрадавшемуся рассудку. Тогда я осознал, что вы лишь боролись за свою жизнь, и на вашем месте любой поступил бы также.
Внезапно Тэльвег остановился и замолчал, вновь переживая в памяти потерю младшего брата. Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил снова:
– Итак, вы услышали то, что хотели, и теперь вам решать, как поступать дальше. Я лишь предлагаю вам сведения, которые очень скоро окажутся настолько важными, что от этого будет зависеть жизнь не только ваших эсгалдорских друзей, но и всех тех, кому в очень скором времени придётся противостоять Атармарту. Теперь я посижу здесь и подожду, пока вы будете принимать решение – доверять мне, или нет.
Пако не мог поверить своим ушам. Хотя его сознание противилось принимать слова Тэльвега на веру, нашёптывая, что тот лишь ведёт хитрую выверенную игру, но рассудок подсказывал, что всё, что сейчас нужно врагу, находится в этой комнате и стоит ему лишь пожелать сделать своё чёрное дело, никто не сможет ему помешать. Атармарт легко получит Ромэнсильмэ, а Тэльвег сможет насладиться местью за брата.
Пако молча переглянулся с товарищами и, прочитав в их глазах страх, смешанный с полным недоумением, вновь повернулся к Тэльвегу и сказал:
– Если ты не возражаешь, я хотел бы посоветоваться с друзьями. Ты можешь подождать за дверью? Никому из нас отсюда всё равно не сбежать, разве что разобьёмся насмерть, выпрыгнув из окна.
Не проронив ни единого слова, Тэльвег поднялся со стула и, отворив дверь, шагнул в тёмный коридор. Когда дверь затворилась, Пако повернулся к товарищам и тихо сказал:
– Не могу поверить своим ушам, но он только что предложил нам помощь. Сейчас нам предстоит подумать о том, какой у нас есть выбор, и что мы теперь ему ответим.
– И ты ему веришь? – Возмутился Нобби. – Ведь это он в нас стрелял на реке, когда мы бежали в Эсгалдор! А то, что он хладнокровно ранил Гилгаэра, который потом едва не погиб… ты это уже забыл?
– Я помню, – согласился Пако. – Но если он ведёт с нами нечестную игру, то и мы можем поводить его за нос. Возможно, он знает что-то полезное для нас, ведь ещё вчера он был во вражеском лагере. Думаю, в этом не будет ничего плохого, если мы с ним сегодня согласимся. Мы ведь точно ничего не потеряем, но зато, на какое-то время, он будет для нас безопасен. А ты, Лимпи, что думаешь на этот счёт?
– А какой у нас выбор? – Пожал лепрекон плечами. – Если он хитрит, и мы сейчас откажемся…
– Не-е-ет, ну только не это, – в ужасе замотал головой Нобби.
В комнате повисла тишина, и каждый, чтобы не пугать своих товарищей, пытался обдумать сложившееся положение самостоятельно.
Наконец Нобби не выдержал и тяжело вздыхая пробормотал:
– Эх-хе-хех. Уж лучше бы мы не прятались от господина Мельхеора и теперь не попали бы в это дурацкое положение. Ну что бы с нас убавилось? Ну пожурил бы за непослушание, на этом бы всё и закончилось.
– За непослушание?! – Ужаснулся Пако. – Да вы даже не представляете, что было бы, узнай он про то, что мы выкрали диадему! Никто из вас ещё не видел, какой он становится, когда дело касается Ромэнсильмэ, а я уже разок это прочувствовал. Мне жаль, что мы это сделали, но теперь надо идти дальше, чтобы постараться искупить свою вину. Быть может у нас всё ещё и получится. И потом мы ведь не для себя украли эту диадему, мы лишь хотели, чтобы она не попала в руки Атармарта…
– И именно поэтому ты теперь хочешь связаться с его пособником, – съязвил Нобби.
– Зачем ты так, Нобби, – спросил Пако обиженным голосом. – Мы ведь вместе были в осаждённом Нимлонде, прорывались через заслоны вастаков, преодолевали ледяную пустыню… Ты ведь хорошо знаешь, что всё это я делал не для себя…
– Ладно, делай как знаешь, – нехотя сдался Нобби. – В конце концов, какой у нас сейчас выбор?
Лимпи энергично закивал головой в поддержку.
– Спасибо что поняли меня, – грустно улыбнулся Пако. – Теперь нам придётся выслушать, что нам предложит Тэльвег. Думаю, что если бы ему нужна была Ромэнсильмэ, то он просто отобрал бы её у нас, но он ведь этого не сделал. Я не знаю, чего он от нас хочет, и мы должны постараться выяснить это раньше, чем он поймёт, что мы обо всём догадались. Вполне возможно, что насчёт своего брата он соврал, но возможно нам удастся вывести его на чистую воду. Ну что-ж, теперь давайте послушаем, что он сам скажет.
Пако шагнул к двери и приоткрыл её, чтобы позвать полуночного визитёра. Тэльвег молчаливо вошёл в комнату, сел на стул и вопросительно воззрился на застывших в ожидании малышей.
– Мы согласны, – тихо проговорил Пако.
– Это хорошо, – кивнул головой Тэльвег. Он поднялся, передвинул стул к столу, затем достал из кармана небольшую трубку и быстро развернул её. Заговаривать снова он не спешил, а потому Пако набрался смелости и сказал:
– Мы хотели бы знать о судьбе наших друзей в Хаэрастском лесу. Думаю, что это было бы неплохим началом, нашего дальнейшего разговора.
– Ваши друзья в безопасности, – ответил Тэльвег, – а вот вы – нет, а теперь вместе с вами и всё Железное взгорье тоже.
– Это почему? – Удивился Пако.
– Потому что мы все прекрасно знаем, что для Атармарта главная цель – Ромэнсильмэ, а эсгалдорцы никуда от него не денутся, – пояснил Тэльвег. – Он знает, что диадема у вас, а благодаря Гаурходу ему ведомо, где вы находитесь. Неужели вы думаете, что я оказался здесь по собственной воле?
На мгновение лица малышей исказила тень ужаса…
– Нет, это вовсе не так, как вы подумали, – поспешил успокоить Тэльвег. – Атармарт направил меня сюда и ещё не знает о принятом мной решении, поэтому вам уже не стоит меня опасаться.
Сейчас войско Атармарта движется сюда, к Железному взгорью, и именно поэтому следует немедленно предупредить гномов. Без посторонней помощи они не смогут оказать армии Атармарта достойное сопротивление, ибо силы будут неравны. Мне ведомо, что сегодня вы уже посетили Главу Подгорного Братства и думаю, что не ошибусь, если предположу, что вы просили его о помощи окружённым в Хаэрастском лесу эльфам. Уверен также и в том, что гномы не станут вмешиваться в это дело до тех пор, пока оно не коснётся их самих. Верны ли мои предположения?
Пако молчаливо кивнул головой и Тэльвег продолжил:
– К счастью для вас и попавших в западню эсгалдорцев, ситуация сильно меняется. Когда гномы узнают о надвигающейся беде, а это произойдёт со дня на день, то они станут более сговорчивыми. Именно поэтому теперь Бундин тоже должен узнать о том, что я вам рассказал.
– Но это невозможно! – Встревожено выдохнул Пако. – Завтра сюда прибывает посольство из Гондора и Бундину будет не до нас.
– Прибытие сюда сына Гондорского короля Эльдариона лишь играет нам на руку, – возразил Тэльвег. – И надо постараться сделать так, чтобы он тоже узнал о надвигающейся войне. Полагаю, что гондорцам не понравится известие о силе, которая со временем может серьёзно потревожить восточные границы их объединённого королевства. Насколько мне ведомо, послы прибыли затем, чтобы укрепить мир на восточных рубежах, а вместо этого теперь узнают о восстающей угрозе.
– Как бы там ни было, нас всё равно и близко не подпустят к послам, – грустно вздохнул Пако.
– Если бы не Ромэнсильмэ, которая, к счастью, при вас, я бы согласился с этим утверждением, – произнёс Тэльвег. – Если верить всему тому, что я слышал об этой вещице, то перед её чарами не устоит ни смертный, ни Перворожденный, ни простолюдин, ни король.
– Но доводилось ли тебе слышать о наложенном на Ромэнсильмэ страшном проклятии? – поинтересовался Пако.
– И об этом тоже слышал, – кивнул головой Тэльвег. – Но в это мне мало верится. В любом случае хочу вас заверить, что если вы согласитесь, то я уж как-нибудь найду способ пробраться туда, где нас не ждут. Уж поверьте, мне удавалось проникать и не в такие места… это моя работа, и мне за неё хорошо платят.
– Но у нас нечем тебе заплатить, – заметил Пако.
– Я знаю, но вы уже слышали, что для меня это дело личной чести и долга перед погибшим братом, – пояснил Тэльвег. – Так что, вы согласны с моим предложением пробраться на приём посольства из Гондора?
Малыши молча переглянулись, после чего Пако повернулся к Тэльвегу и от имени всех кивнул головой.
– Вот и хорошо, – сказал Тэльвег, поднимаясь со стула. – Теперь я оставлю вас отдыхать. Поздно уже, а день завтра предстоит непростой. Встретимся утром.
Тэльвег поднялся и спустя мгновение скрылся за дверью в тёмном коридоре.
– Ключ у тебя? – Спросил Нобби у Пако.
– Да, – устало выдохнул Пако. – А что?
– Скорей закрой за ним дверь на замок, а то ещё явится ночью, – беспокойно прошептал Нобби. – Я бы на его дружелюбие особо не рассчитывал.
– Он уже раз пробрался сюда без ключа, – возразил Лимпи. – Если захочет, сделает это снова.
Несмотря на замечание товарища, Пако устало подошёл к двери и, вставив ключ в замочную скважину, щёлкнул замком.   
Из последних сил друзья разделись, забрались под тёплые одеяла и уснули крепким сном.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...

Offline Tinweros

  • Старожил
  • ****
  • Gender: Male
    • View Profile
Сказание о Непожелавших
« Reply #319 on: 09/10/2022, 09:17:48 »
На Запад

Глава 27

Тэльвег

часть 2

Проснулся Пако оттого, что ему стало холодно. Открыв глаза, он увидел, как комнату заливает яркий утренний свет. Хоббит приподнялся на локтях и, щурясь от солнечного луча, заметил на фоне окна чей-то силуэт. Не вполне понимая спросонья, где находится, он протёр глаза и увидел, что окно распахнуто настежь, а на подоконнике сидит Тэльвег и невозмутимо покуривает трубку. 
– Но я ведь закрыл дверь на замок, – удивлённо сообразил Пако. – Тогда как же он сюда проник?
Хоббит пошарил у себя в карманах и обнаружил ключ там, где ему и положено было находиться.
– Не переживай, твой ключ мне без надобности, – с довольной ухмылкой сказал Тэльвег, заметив недоумение на лице Пако. – Этот замок открыть также просто, как обычный засов на деревенском амбаре, конечно же, при условии, если знать как. Ты бы лучше начинал будить своих приятелей, полдень уже не за горами, а гондорцы уже на подходе. Нам ещё предстоит многое разузнать, чтобы к вечеру оказаться в Зале Совета Гильдии, и только тогда у вас появится шанс предстать перед Бундином.
Пако явно недоспал, но потянулся, вяло сполз с кровати и, подойдя к Нобби, начал тормошить его за плечо. Нобби спал как убитый, и попытки Пако растолкать друга ни к чему не привели. Видя тщетность своих усилий, Пако оставил в покое Нобби и принялся за Лимпи. С лепреконом дела пошли немного лучше – тот сразу открыл глаза, но, вяло поглядев на Пако, повернулся на другой бок с намерением продолжить сон.
– Да, карапузы, похоже с вами каши не сваришь, – недовольно заметил Тэльвег, наблюдая за усилиями Пако со стороны. Он соскочил с подоконника решительно подошёл к двери и несколько раз дёрнул висящий рядом шнурок. Где-то, в самом конце коридора прозвенел колокольчик, и вскоре дверь отворилась. На пороге появился гном в зелёном колпаке и в потешных здоровенных ботинках. Удивлённо окинув взглядом Тэльвега, он с важным видом представился:
– Коридорный Туллин к вашим услугам. Чего-нибудь желаете?
– Милейший, принеси-ка сюда полный таз холодной воды и два, нет – три полотенца, – ответил Тэльвег. – Да поторапливайся! Юным господам срочно нужно умыться.
Гном покосился на спящих Нобби и Лимпи, затем перевёл взгляд на сонного Пако и вновь уставился на Тэльвега. – Как пожелаете, сударь, – растерянно пробормотал он и скрылся за дверью.
Вскоре в коридоре послышалось шарканье как минимум трёх пар башмаков. Тэльвег решительно шагнул к Нобби, схватил его и бесцеремонно поставил на пол. Убедившись, что хоббит приоткрыл глаза, и теперь уже точно устоит на ногах, он отпустил его и повторил это же действо с Лимпи.
– Просыпайтесь господа, – громко произнёс Тэльвег, – у нас сегодня много дел.
Однако, несмотря на решительные меры, приведённые в чувство сони отнюдь не выглядели готовыми к свершениям наступившего дня, и всё ещё напоминали двух филинов, захваченных врасплох взошедшим солнцем.
Наконец дверь отворилась, и в проходе показались четверо гномов. Двое из них несли вёдра с водой, ещё один – большой медный таз с полотенцами. Но первым порог переступил коридорный Туллин. Оказавшись в комнате, он тут же начал бойко отдавать распоряжения своим помощникам:
– Вёдра оставьте здесь, ребята, а ты, Дилли, поставь таз на этот табурет. Полотенца раздай господам хоббитам.
Как, должно быть, помнит читатель, Лимпи попросил друзей никому не рассказывать о том, что он лепрекон, потому все вокруг всё ещё считали его хоть и немного странным, но, всё же, хоббитом.
Когда всё было сделано, трое помощников коридорного Туллина выстроились у двери в ряд, церемонно поклонились и скрылись в тёмном коридоре, тускло освещаемом лишь светом масляных светильников. Последним, как и положено старшему, вышел Туллин. Гном пожелал гостям приятного дня и затворил за собой дверь.
Едва прислуга покинула комнату, Тэльвег решительно скинул плащ, спешно засучил рукава и вылил содержимое вёдер в таз.   
– Ну что-ж, господа, пожалуй, начнём, – громко объявил он, убедившись, что воды в тазе вполне достаточно.
Тем временем Нобби и Лимпи, пошатываясь на ногах, ещё пытались сомкнуть глаза, чтобы досмотреть последние мгновения сладких снов. Не вполне понимая, что именно собирается делать настырный визитёр, они отрешённо поглядывали на него из-под полуопущенных век, а тот даже и не пытался ничего никому растолковывать.
– Итак, кто из вас первый, господа? – Спросил Тэльвег с беспристрастным выражением лица. 
– Что значит первый? – Спросонья пробормотал Нобби. – Если вы имеете в виду, кто из нас старше, то это я, и почти на целых два года, – вяло пролепетал Нобби, кивая в сторону Пако. – Ну а сколько лет Лимпи, мы так до сих пор спросить и не додумались.
– На два года, говоришь… сойдёт, – кивнул головой Тэльвег. Он бесцеремонно схватил хоббита за предплечье и потянул к тазу с водой.
– Что вы делаете?! – Начал было возмущаться Нобби, но в следующее мгновение его голова оказалась под водой.
Перепугавшись за друга, Пако кинулся к Тэльвегу, намереваясь наброситься на него сзади, однако раньше, чем он успел это сделать, Тэльвег отпустил хоббита, давая тому отдышаться.
– Что вы себе позволяете?! – В негодовании закричал Нобби, но тут же вновь оказался под водой.
– Сейчас же отпусти его! – Закричал Пако, вцепившись в руку грубияна.
Лимпи тоже успел прийти в себя и повис на другой руке Тэльвега.
– Успокойтесь, ребятки, – сдался Тэльвег, высвободив Нобби из железной хватки. – Я лишь хотел помочь вам взбодриться. Если вы ещё не забыли, то сегодня мы намеревались пробраться к Бундину и убить сразу двух зайцев, застав его вместе с высоким гостем из Гондора. Кстати Эльдарион уже в городе и, должно быть, прямо сейчас направляется в Зал Совета Подгорного Братства. Но если, конечно, вы передумали, тогда…
В это мгновение дверь вновь распахнулась, и на пороге появились запыхавшиеся Хорди и Олли. Увидев в комнате более чем подозрительного незнакомца, гномы выхватили из ножен короткие мечи и угрожающе направили их в сторону Тэльвега.
– Ну-ка отойди к стене и подними руки вверх, – угрожающе выдохнул Хорди.
Тэльвег не стал упрямствовать и отступил к подоконнику.
– Вы в порядке, ребята? – Взволнованно справился Олли, делая шаг вперёд, чтобы закрыть собой малышей. – Кто этот человек?
– Успокойтесь, не нужно ссориться, – выдавил из себя Пако, – он с нами.
– Как это с вами? – Искренне удивился Олли. – А нам с Хорди показалось, что мы только что своими ушами слышали крики и шум борьбы.
– Это мы с мастером Тэльвегом умывали Нобби, – быстро нашёлся Пако.
– Не слушайте его! – Сердито ткнул Нобби пальцем в сторону обидчика. – Этот тип только что хотел меня утопить, а ты, – одарил он Пако гневным взглядом, – теперь ещё пытаешься его выгородить!
Гномы лишь переводили недоумевающие взгляды с одного хоббита на другого, не забывая при этом удерживать в поле зрения и странного смуглолицего незнакомца.
Наконец, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, Пако подошёл к тазику с водой и умылся. Приняв полотенце из рук немного расслабившегося Олли, он вытер голову насухо и кое-как причесался гребешком.
– Хм… – наконец промычал Хорди, – раз уж в этой комнате нет чужих, то не представите ли вы нам, ребятки, своего нового товарища?
– Разумеется, мастер Хорди, – кивнул головой Пако, – это мастер Тэльвег и у него есть для нас хороший план.
– Моё почтение сударь, – слегка кивнул головой Хорди, возвращая меч в ножны. – Хорди Мифрильная Жила к вашим услугам. А это мой старый друг Олли.
Представленный Тэльвегу, в свою очередь церемонно поклонился и Олли.
– Раз уж мы теперь все здесь знакомы, тогда, может быть, присядем за стол и обсудим наш план, – предложил Пако.
– Пожалуй, с этого и следует начать, – согласился Хорди.
У стола оказалось четыре табурета, поэтому Нобби и Лимпи разместились на одном из них вдвоём, а Пако занял место на подоконнике. Остальные три стула достались гостям.
– Итак, сударь, мне и моему приятелю Олли не терпится услышать ваш план, о котором тут только что упомянул господин Прыгинс, – с важным видом произнёс Хорди.
Тэльвег с ответом явно не спешил. Набив свою трубку не слишком изысканным на запах трубочным зельем, он пыхнул в воздух несколькими колечками сизого дымка и, расчётливо прищурившись, воззрился на гномов, будто соображая, что бородачам говорить стоит, а что и не обязательно.
– Мастер Тэльвег предлагает не ждать отъезда послов из Гондора, а добиваться повторной аудиенции Бундина прямо сегодня, – произнёс Пако, чтобы как-то прервать затянувшуюся неловкую паузу.
– На мой взгляд, это полное безрассудство, – заметил Хорди. – Такое может предложить лишь тот, кто не знает о правилах гостеприимства гномов, который не позволяет беспокоить гостей совершенно не касающимися их делами. В этом мы, гномы, очень щепетильны, а потому встреча с Бундином, тем более что вчера он нас уже принял, просто невозможна. Кроме того, такой поступок претит всем законам вежливости, ведь Бундин уже пообещал нам, что пошлёт за нами, как только освободится.
– Я не привык бросать слова на ветер, мастер гном, – сурово произнёс Тэльвег. – Если уж я что сказал, то обязательно добьюсь этого, чего бы мне это не стоило. И я всегда знаю, как добиться своих целей.
Хорди смерил Тэльвега недовольным взглядом, но промолчал.
– Мастер Тэльвег считает, – поспешил вставить своё слово Пако, – что если гондорцы узнают о надвигающейся с востока войне, это поможет нам обрести в их лице могущественного союзника.
– Я в этом сильно сомневаюсь, мой друг, – произнёс старый гном, – гондорцы не станут вмешиваться в опасный конфликт, грозящий перерасти в длительную опустошающую войну.
– Смею вас заверить, мастер гном, – вновь заговорил Тэльвег, – что как раз именно у гондорцев сейчас вполне достаточно причин, чтобы обеспокоиться положением дел на востоке. У меня есть сведения о том, что гондорцы желают закрепить мир с народами степей и тем самым обезопасить восточные рубежи своего королевства. Именно для этого король Арагорн отправил сюда не кого-нибудь, а молодого королевича Эльдариона. Если бы я сам был королём, то меня уж точно обеспокоило бы появление на рубежах моего государства бесчисленной армии под предводительством могущественного врага.
– Но откуда вам, сударь, всё это стало известно? – Подозрительно прищурился Хорди.
– Пусть вас не беспокоит этот вопрос, – холодно ответил Тэльвег. – Удовольствуйтесь тем, что я это просто знаю. А ещё я уверен в том, что если мы не начнём действовать прямо сейчас, то этот единственный шанс может быть навсегда потерян. Потому предлагаю закончить наши бесполезные разговоры и приступить к делу. Первое, что необходимо, это проникнуть в Зал Совета, где Бундин прямо сейчас принимает высокого гостя с запада.
– Но мы сегодня ещё совсем ничего не ели, – обеспокоено заметил Нобби.
– Да, – согласился Олли, – подкрепиться у старушки Молли нам всем вовсе не помешало бы.
– Полагаю, нам нужно выбрать, что сейчас важнее, – сказал Тэльвег, – еда, или задача, которую предстоит выполнить.
– Я с ним согласен, – поддержал Тэльвега Пако. – Мы ведь вполне можем подкрепиться хлебцами, которыми снарядил нас в дорогу Меретин. Думаю, тех, что у нас ещё остались, хватит на всех.
Нобби насупился, однако перечить другу не стал. Он очень хотел вновь насладиться отменной стряпнёй госпожи Молли, и теперь заметно расстроился.
– Так каким будет ваше окончательное решение? – Спросил Тэльвег, заглядывая в глаза Пако.
– Мы идём к Бундину, – решительно заявил хоббит.
– Это всё, что я хотел услышать, – с облегчением выдохнул Тэльвег. – Я буду ждать вас в коридоре, – ¬сказал он, поднялся со стула и вышел, затворив за собой дверь.
– Что-то я не в восторге от этой затеи, – тихо сказал Нобби. – Я не могу доверять этому разбойнику после всего того, что мы о нём уже знаем.
– Но мы ведь вчера уже всё решили, – заметил Пако.
– Вчера мы за день просто выбились из сил и засыпали прямо на ходу, – не сдавался Нобби, – а сегодня этот тип пугает меня не меньше, чем тогда, в Эсгалдорском лесу.
– Мне, наконец, кто-нибудь скажет, кто этот парень? – Не выдержал Хорди, всё время переводивший взгляд с одного хоббита на другого. – Я так понимаю, что вы оба его боитесь. Но откуда он взялся, и чего от вас хочет?
– Это долгий разговор, мастер Хорди, – коротко буркнул Пако, не желая вдаваться в подробности, – а рассказывать об этом сейчас, просто нет времени.
– Не нравится мне этот бродяга, – заговорил Олли, положив руку на плечо Пако, – а потому пойду вместе с вами, чтобы не случилось чего непредвиденного. Кто знает, что у него на уме?
– Спасибо, – с облегчением выдохнул Пако и стал собираться. Он быстро накинул на плечи плащ, перебросил через плечо ранец с бесценным грузом и, подождав, когда будут готовы товарищи, шагнул к двери.
– Хотелось бы надеяться, что всё обойдётся, и этот жуткий тип не сделает нам ничего плохого, – пробурчал Нобби, когда Пако взялся за ручку двери, и уже собирался её открыть.
– Уж в этом можете не сомневаться, мастер Нобби, – решительно заявил Олли. – Я перед вами в неоплатном долгу и никому не позволю причинить вам зло.
– А у меня, ребятки, нет перед вами никакого долга, но я тоже помогу вам всем, чем только смогу, – решительно заявил Хорди.
– Спасибо вам, друзья, – поблагодарил товарищей растроганный Пако и его голос дрогнул.
Казалось, Тэльвег был немало удивлён, когда увидел, что все собираются идти вместе, однако не подал виду. Он окинул компаньонов молчаливым взглядом и шагнул по коридору во главе процессии.
– Что будем делать, если внизу окажется Мельхеор, или кто-нибудь из наших знакомых? – встревожено спросил Лимпи, дёрнув Пако за рукав.
– Уж лучше бы никого из них там не оказалось, потому что никакого плана на этот случай у меня нет, – коротко ответил Пако дрогнувшим от волнения голосом.
К счастью в зале трактира оказалось пусто. Лишь за одним из столиков громко разговаривали трое изрядно захмелевших гномов, которые засиделись в трактире ещё со вчерашнего вечера и теперь с трудом приходили в себя после затянувшегося веселья.
Завидев спускавшуюся по ступенькам компанию, Молли направилась к гостям, но Хорди вышел ей навстречу и что-то бегло пояснил. Выслушав своего давнишнего приятеля, Молли была заметно озадачена, потому как впервые встретилась с постояльцами, наотрез отказавшимися от завтрака.
Процессия прошла через зал и, выйдя через парадный вход трактира, направилась к мосту через протекавшую неподалёку речку. Впереди шагал Тэльвег, за ним мелкими перебежками с трудом поспевал Пако, а Нобби, Лимпи и гномы шествовали позади; все они по-прежнему относились к Тэльвегу с опаской, и каждому было не по себе от самоуправства этого подозрительного выскочки. Сам Тэльвег не обращал на недоброжелательность своих спутников совсем никакого внимания – было похоже, что у него есть хороший план, и он хорошо знает, что делать дальше.
Тому, кто никуда не плывёт, незачем ждать попутного ветра...