Здесь больше нет рекламы. Но могла бы быть, могла.


Post reply

Name:
Email:
Subject:
Message Icon:

shortcuts: hit alt+s to submit/post or alt+p to preview


Topic Summary

Posted by: LittleAlex
« on: 10/08/2019, 19:53:15 »

Набор слов, к сожалению.

Всякое стихотворение — это покрывало, растянутое на остриях нескольких слов. Эти слова светятся, как звёзды, из-за них и существует стихотворение.“ — (с) Александр Александрович Блок

Но - у большинсва самодовольных "критиков", что называется - сытое брюхо к стихам глухо.   ;D

Много еще можно сказать.

Cамый лучший способ раскритиковать что-либо - это сделать то же самое, но - лучше. А так - выходяит лишь  гамлетовское "Words Words Words!" (II. ii. 210)


И причащаются в церкви не чашами, а ложками.

Изначально (да и множество веков опосля) причащались из единой на всех чаши. Но это надо знать историю Церкви.
Posted by: posadnik
« on: 09/08/2019, 20:41:27 »

звучание допиливать и допиливать. Непроизносимые скопления букв.
"в чьих когтях ты власти" убило наповал. Набор слов, к сожалению.
Стиль первого сонета радует сочетанием существительных на -енье и "ладошками" в пределах одного текста.

автор явно не знает смысла слова "пелены". Вообще-то, в контексте заявленной могильной темы "пелена" означает саван. Могильные пелены. И "мольбы из внешней тьмы пелен" в результате рассыпаются на отдельные слова.

И причащаются в церкви не чашами, а ложками.

Много еще можно сказать. Пока что стихи там бьются в желании что-то сказать, а как сказать - почти не умеют.
Posted by: Adenis
« on: 27/12/2018, 11:10:13 »

Есть неплохие места, но в целом тяжело, коряво, не-по русски ("тех, что съело время" - правильно "тех, кого съело время" ) образы невнятные ("давно ушёл в ненужность старых стен").  Бодлероподобное переводили уже, и получше

Ну хотя есть довольно хорошие строфы, однако
Posted by: LittleAlex
« on: 27/12/2018, 02:17:40 »

У мира дна

I
Под пеплом дней оставшееся бремя
Не знает дня, не знает ночи день,
И запах тленья тех, что съело время
Давно ушёл в ненужность старых стен.

Молчит трава - поблекших жал цветенье,
И в тучах - мрамор древности могил,
Яиц змеиных ждёт рожденья семя
Под чёрной томью адских звезд светил.

Я ночь делю, роняя боли крошки,
На два куска - один из них не мой,
Другой - не твой, но ты возьмёшь в ладошки
Забвенья рок, начертанный судьбой.

Смотри, мой друг, как бъётся пламя в пасти
Той чёрной страсти, в чьих когтях ты власти!

II
Бледнеет тень под тяжестью светила
И бъется сон в объятиях зари,
И ночь гнездо себе под сердцем свила
В могильной яме выжженной земли.

Восток тяжёл и болен розовеньем
Багровых туч, беременных огнём,
А здесь давно пропитан тяжким тленьем
Застывший мраком боли водоём.

Лучится мрак, змеясь над гладью чёрной,
Как пепла стынь, случайный тлеет блик,
И тьмы бельмо, взирающее сонно
Со дна забвенья к небу тянет лик.

Встаёт мертвец, и к небу тянет руки
Под горних высей пламенные звуки.

III
Не плачь, когда под бременем разлуки
Твой разум нем и сердце камнем спит,
Когда палач тебе ломает руки
И вырванный язык в тебе молчит,

Когда над жизнью бремя тяжких плит
Могильных плит, сомкнувшись дремлет скукой,
Когда с тобою в снах не говорит
Любовь твоя смертельной пытки мукой,

Когда в ответ не прилетит ни звука
Твоим мольбам из внешней тьмы пелен,
Когда поймёшь, что прах еси и тлен,
И что извечна тьмы твоей разлука.

Молчи, молчи и рок свой пей до дна,
Как чашу пьют причастия вина.